Монахиня из третьего отдела (СИ)

— Разве ты не знаешь? Цепные псы Церкви никогда не спят, они только делают вид, чтобы сбить с толку врагов, — рассмеялся Логан. — Конечно, есть. Одна престарелая леди очень просила явиться к ней вечером на плюшки. Будем вместе поминать ее родственников, погибших во время недавней трагедии в Северном Лиффренте.
Логан усмехнулся, откинулся на спинку стула и задумчиво погладил бакенбарды, наблюдая за Лиреттой из-под прикрытых век. Ей всегда было неуютно от этого взгляда. Создавалось ощущение, что он что-то знает, но хочет, чтобы она дошла до этого сама. Ничего плохого в этом нет. Но подвести его страшно.
— Представляешь, какое дело? Несколько девчонок устроили посиделки на крыльце, когда произошел взрыв, и спаслись буквально дланью Триединых. Родителям, увы, повезло меньше. Архиепископ, конечно, очень обрадовался, что дети не пострадали, и взял их под опеку церкви, но вот нас с Кайлом и Сью очень смутило, что никто из дальних родственников не приехал их хотя бы проведать, в то время как на траурной церемонии присутствовало никак не меньше восьми сотен родственников и просто иногородних сочувствующих. Вот такая вот история.
— Очередные детишки, которых под благородным предлогом забрали из семьи. Почему вас это так беспокоит? — хмыкнула Лиретта. — Когда меня забирали от матери, что-то никто не переживал.
— Мне не нравится ситуация. Нет интереса родственников. Допустим. У всех одинаковое пост шоковое состояние: они меланхоличные, покладистые и довольно милые. Предположим. А теперь гвоздь программы: они фонят благодатью, словно их сбросили к Триединым и где-то на полпути резко вытянули обратно. Одной ногой в посмертии. Хех! В таких условиях медикам ковырять их запрещено, а тайные технологии диагностики — помнишь такие — ничего не дадут, все будет засвечено. Даже толком не поймешь, что с ними случилось, есть ли отравление, например, или какая врожденная патология. Так что медики гадают на кофейной гуще, и я заодно. Вот такая вот дурацкая служба: в чудеса я верить должен, как храмовник, и не должен, как следователь…
Логан Дрейк тяжело вздохнул и махнул рукой.
— Хорошо хоть с тобой нет никаких трудностей. Правда ведь? — мужчина тихо рассмеялся, с плохо скрываемой иронией. — А как же!
— Ну… тут вам судить. Но, насколько мне известно, в последнее время я не падала в бездну… Девчонок жалко. Их уже пристроили куда-то или пока так?
— Их уже… — Логан прокашлялся, —…пристроили. Сама понимаешь, после того, как архиепископ публично объявил, что берет их под свое покровительство, они не останутся без крыши над головой, еды, тепла и заботы.
В голосе мужчины слышалась странная неоднозначность, словно в этой бочке меда была ложка дегтя. О которой, впрочем, он все равно вряд ли скажет.
— Главное, что под куполом и сытые. Если родственники не приехали, значит они не нужны. Избавились от лишних ртов, — уверенно заявила Лиретта. — Не хотите рассказать что-нибудь еще?
— Да нет. Уже с этим достаточно маяты. — ответил Логан, явно обеспокоенный происходящим.
Да и, судя по его интонациям, перспектива посидеть вечером с бабушкой была для него скорее неприятной и утомительной рутиной, нежели каким-то подобием отдыха.
— Что ж, — пробормотала Лиретта, поджимая губы. — Как минимум мне есть о чем подумать этой ночью.
— Это хорошо. Но не забудь выспаться, — Логан улыбнулся, по-отечески поцеловал в макушку, заправил за ухо выбившуюся прядь и пошел к двери. Уже положив ладонь на ручку, он обернулся: — Спокойной ночи.
— Удачно попить чай с плюшками, — попрощалась Лири.
Стоило двери закрыться за куратором, как ее сморил сон. Желание обдумать полученные крохи информации тут же забылось. Одеяло было теплым, подушка — мягкой, а Унами — подозрительно молчаливым.
Хвост шестой.
Ночной визит
Утро обещало хороший день. На улице ни облачка, ярко светит солнце. Лиретта встала с постели и пододвинула стул поближе к окну. Ей нравилось нежиться в теплых лучах, хотя летнее солнце было колючим и не таким ласковым, как весеннее.
«Что будешь делать?» — подал голос Уна, поудобнее устраиваясь на ее груди.
«Хороший вопрос. Не знаю. На самом деле, не знаю. Мне кажется, что мир вчера перевернулся с ног на голову, и я теперь живу среди глубинных!»
«Это еще почему?»
«Ну… Помнишь же, что в стенах церкви я хотела держаться подальше от мужчин? А теперь меня к нему тянет. Это нелогично! Да, хочется быть рядом с Риком, но кажется, что меня подменили. Что я не Лиретта, а кто-то другой в моем теле!»
«Ну, тут тебе было лучше с Логаном об этом поговорить. Я все же мыш, хоть и летучий, — усмехнулся Унами. — Но начитанный!»
«Я знаю, Уна… моя личная библиотека всегда под боком, — Лиретта улыбнулась и погладила мыша между длинными ушами. — Но разве это не странно, спрашивать у него такие глупости? Вроде как и так должна все понимать».
«Он твой куратор, тебе бы побольше Логану доверять. Знала бы, как тебе с ним повезло… адекватный человек попался, а могло быть намного хуже!»
«Это как?» — опешила Лиретта.
«Он тебе помогает, что-то рассказывает. А есть те, кто просто дают пачку документов и разбирайся как хочешь, отчет сдать тогда-то. Я слышал. Так что… выше нос. И вообще, я думаю, это все гормоны. Ты же мужчин своего возраста и не видела толком. Логан не в счет!»
«Какого он моего возраста? Он старый!» — фыркнула Лиретта.
«Ну уж помоложе монахов, учивших вас. Да и внешность у него очень даже ничего, если я правильно разбираюсь в ваших стандартах».
«Уна… хватит. Он куратор и точка. Меня беспокоит другое. Что делать, если Вейлум все-таки придет? А если не придет? Что так, что эдак, моя судьба в его руках… и это держит в напряжении».
«Ну работа у тебя такая. В конце концов могло быть хуже, — хихикнул летучий мыш. — Давай, выше нос. Как минимум, ты впервые в жизни влюбилась. Конечно, твое положение запрещает тебе делать глупости… Но не мешает наслаждаться».
«Уна, пока я трясусь, ни о каком наслаждении не может быть и речи. Да и… давай будем честны, скорее всего по протекции Логана меня все-таки приставят к тому старикашке, которого я отобрала по досье, и мы с Риком больше никогда не увидимся!»
Только Уна хотел ответить что-нибудь колкое, как в дверь постучали.
— Да, войдите, — откликнулась Лиретта, обрадовавшись возможности отвлечься и поворачиваясь ко входу.
Сердце ушло в пятки, а потом взлетело под самый купол. На пороге стоял он, Рикардо Вейлум, собственной персоной в компании медсестры с подносом.
— Доброе утро, Лиретта, как вы себя чувствуете? — спросила девушка, опуская еду на столик. — Ничего не болит?
— Благодарю, все в порядке, — смущенно ответила Лири, опуская взгляд.
— Хорошо. Доктор зайдет к вам позже, — улыбнулась медсестра и вышла, оставив Лиретту наедине с Риком.
— Как вы себя чувствуете? — повторил вопрос медсестры Рикардо, пододвигая стул и садясь напротив. — Выглядите бледной. Плохо спали?
— Не стоит переживать, я такая от природы. Хотя до аристократок мне далеко. А как вы? Все в порядке?
— Да, не впервой попадать в передрягу, — отмахнулся Рик, откидываясь на спинку стула и закидывая ногу на ногу. — Заживает все как на собаке.
— Наверное, ваши родственники очень сильно волновались, пока вы вчера…
— Милая Лиретта, вам не о чем переживать и не в чем себя винить. Матушка даже не узнала о вчерашнем происшествии, а отец доверяет мне, поэтому не беспокоится. Я уже самостоятельный мужчина, — усмехнулся Рик. — По крайней мере, так говорит папа.
— Это хорошо. Не стоит заставлять близких волноваться, — с улыбкой ответила Лири, перебираясь на постель и повыше натягивая одеяло.
Какое счастье, что у больничной пижамы были длинные рукава, а то потом не отмоешь свое честное имя! И плевать, что ты была в больнице, а он тебя навещал. Он же видел…
— Почему вы не завтракаете? Нет аппетита? — обеспокоенно спросил Рик. — Или еда невкусная?
— Вы на меня смотрите, — краснея, ответила Лири. — А я не одета. Как я могу есть?