Неприятности по обмену (СИ)

Долго искать мальчишку не пришлось. Семён, не спеша, прогуливался по отделу игрушек. Разглядывал детский товар и нервно косился на продавщиц. Едва одна отошла к кассе, а другая завернула в соседний ряд, схватил мягкую собаку и запихнул под футболку. Но заметил Мику и разочарованно положил игрушку назад.
— Что ты творишь? — прошипела девочка.
— Ничего, — соврал Семён. — Другу подарок выбираю.
— Правда? Юра играет с собачками? Или это любимое занятие Славы?
— Отстань, — мальчишка хотел оттолкнуть Мику, но она первая шлёпнула его по руке.
— Не смей воровать на работе! Из-за тебя всем попадёт!
— Тише, — взмолился Семён, став краснее вареного рака. — Ты не понимаешь. Мне нужно доказать, что я не слабак и клоун.
— Воровством?
Мика осуждающе покачала головой. Да, дома она таскала сладости с кухни. И огненные листы из бабушкиного кабинета позаимствовала. Но Семён поступал в сто раз хуже!
— Да, воровством, — объявил тот задиристо. — Иначе они перестанут со мной водиться.
— Подумаешь, горе.
Мальчишка быстрым движением поправил очки и выпятил грудь, намереваясь объяснить Мике что-то важное. Но охнул и юркнул за её спину.
— Стой спокойно, — потребовал он нервным шепотом. — Мама идет. Меня тут быть не должно, ясно? Увидит, голову оторвёт.
Мика обернулась и вросла в пол. Мимо детского отдела шла мама Семёна — миниатюрная кудрявая женщина. Та, что несколько дней назад плакала в кабинете Тамары Ильиничны. Но не одна. А в самой худшей компании на свете!
— Колдунья, — простонала Мика.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мерзкая дамочка в галстуке захватила новую жертву. А ведь только утром вернула Полину! Водянистые глаза светились, на губах играла шальная улыбка. Длинные пальцы крепко вцепились в плечо мамы Семёна, а та покорно шагала вперёд, не сопротивляясь похитительнице.
— Колдунья? — переспросил мальчишка с усмешкой. — Волкова, ты дура?
— Сам дурак! — не сдержалась Мика. — Твою маму крадут!
— Очень смешно.
— Тогда кто эта дамочка?
— Знакомая, наверное, — Семён пожал плечами.
— Женщина в мужском костюме?
— Многие взрослые странно одеваются.
— Та-а-ак! — раздался рядом сердитый голос. — Что вы двое тут делаете?
На подростков грозно взирала Тамара Ильинична. Присутствие промоутеров в нерабочее время показалось начальнице странным.
— Мы п-п-подарок выбираем, — выкрутился Семён. — Д-д-другу.
Но Мике стало не до выдумок.
— Тамара Ильинична! — вскричала она. — Глядите! Это тётка, которая Полину увела!
— Где? — заволновалась начальница, оглядываясь.
— Там! — Мика показала направление рукой. — Вы смотрите на неё. Она идёт с мамой Семёна!
Начальница разъярилась не хуже морского чудища. Грубо схватила Мику за ворот футболки.
— Мне надоели твои глупости, Волкова! — процедила она, выставив вперёд указательный палец свободной руки. — Ещё одна такая же, и бабушке скажу! Брысь отсюда!
Мика не посмела спорить, побежала прочь из отдела игрушек. Следом несся громкий топот Семёна.
— Тамара Ильинична слепая? — спросил мальчишка в коридоре.
— Нет. Колдунья отводит всем глаза. Кроме меня. И тебя почему-то.
— Издеваешься? — скривился Семён, ища глазами дружков.
Юра со Славой испарились. Наверняка, увидели, как приятеля отчитывала начальница, и унесли ноги. Храбростью эти двое никогда не отличались.
Мика потянула Семена за собой. Надо торопиться, пока колдунья не скрылась в картине Руди с новой жертвой.
— Окликни маму, — велела девочка.
Но Семен выдернул руку.
— Говорю же, она не должна меня видеть. Я наказан.
Мика гневно фыркнула. И это ее Вика обвиняла в трусости!
— Окликни. Я скажу, что нас оставили после работы — помочь в детском отделе. Мне поверят. Давай же, докажи, что я чокнутая. Друзьям хвастаться будешь.
Семён почесал затылок. Идея ему понравилась.
— Идем, — согласился он, деловито засовывая руки в карманы широких штанов.
Колдунья с новой пленницей прошли мимо самодвижущейся лестницы. Посланница Эдуарда Четвёртого умело обходила покупателей, не обращавших на неё внимания. До служебного коридора оставалось пять-шесть отделов.
Семён нервно выдохнул и позвал:
— Мам!
Та не отреагировала.
Зато обернулась колдунья. Смерила преследователей презрительным взглядом.
— Уходите, дети, — прошипела она, не хуже змеи. — Иначе станете моим ужином.
Семён отпрянул, Мика сжала кулаки. Мерзкая дамочка в галстуке прибавила шаг, увлекая жертву прочь.
— Что происходит? — в глазах мальчишки плясали огромные вопросительные знаки.
— Вот-вот! Очень интересно! Что тут делает это недоразумение?
Ни Мика, ни Семён не заметили появления семейства Лавровых: мамы Валентины Евгеньевны и обоих рыжих отпрысков. Таня сложила руки на груди, Тёма сердито морщил лоб. Вопрос задал Тёма. «Недоразумением» он назвал Семёна, а вовсе не колдунью.
Мика открыла рот и сразу закрыла. Правдоподобное объяснение на ум не приходило.
Зато сориентировался Семён.
— Тётя Валя! — он кинулся к Валентине Евгеньевне. — Вы мою маму видите?
— Твою маму? — переспросила она задумчиво. — Её Инна Васильевна зовут? Кудрявая такая? Нет, не видела. Подойди к администратору. Пусть по громкой связи объявит. Мама сразу к тебе подойдёт.
Валентина Евгеньевна, как недавно начальница, смотрела прямо на мать Семена с похитительницей. Смотрела, но не видела!
— Мам, вон же она, — подсказала Таня, показывая пальцем. — С городской сумасшедшей. Той, что в галстуке разгуливает. Мы рассказывали о ней, помнишь?
— Где? — переспросила Валентина Евгеньевна. — Не вижу.
Семён взвыл. Но надо отдать ему должное, наутёк не кинулся. Схватил Мику за руку и побежал за матерью с колдуньей.
— Эй! — возмутился Тёма. — Вы куда?! Таня, за ними!
— Что за ребячество! — донесся вслед крик Валентины Евгеньевны. — Мы за покупками пришли, а не в догонялки играть!
— Мам, встретимся на выходе! — крикнул Тёма на бегу.
Колдунья с жертвой добралась до служебного коридора. На них, по-прежнему, никто не смотрел. Лишь ребёнок лет пяти показал пальцем, дергая мать за длинную юбку.
— Смотри, тётя в галстуке!
Посланнице короля не понравилось внимание. Не сбавляя скорости, она яростно зашипела на малыша и показала уродливые острые зубы. Лицо ребёнка вытянулось, и коридор наполнил громкий рёв. Мать закрутилась на месте, не понимая, что напугало сына.
— Что это было? — с трудом выдавила Таня.
Мика впервые за время знакомства разглядела в глазах подруги страх.
— Зубы, как у щуки, — пробормотал Тёма с сомнением в голосе. Он не был уверен, что всё это происходит наяву.
— Что делать? — Семён повернулся к Мике и умоляюще сложил руки, осознав, что больше на помощь никто не придёт. — Взрослые не видят колдунью!
— Серафима Фёдоровна видит, — прошептала девочка, не понимая, почему одинокая старушка стала исключением.
Впрочем, сейчас-то какая разница?
Дверь служебного коридора захлопнулась за похитительницей. Она вот-вот исчезнет в картине! Вместе с Инной Васильевной!
— Бежим! — велела Мика.
Сердце затрепыхалось пойманной в сети рыбёшкой. Но отступать не к лицу. Она бросила в беде Полину, переживая о собственной безопасности. Второй раз оставаться в стороне нельзя.
Семён, Таня и Тёма кинулись следом, по праву посчитав Мику главной.
— А если она, правда, нас съест? И маму? — прошептал Семён, пока Мика осторожно заглядывала в коридор для персонала. Проверяла, не затаилась ли колдунья за дверью. Вдруг нападёт исподтишка?
— Не съест, — ответила Мика, не обнаружив засаду. — Колдуны не едят людей.
Девочка покривила душой. Уверенность отсутствовала напрочь. Прежде Мика не слышала, что у жителей колдовского мира бывают та-а-акие зубы!
— А ты откуда знаешь? — задышал в ухо Тёма.