Выбор пути (СИ)
— Каганов? Слышишь меня? Какого черта на звонки не отвечаешь?
Я посмотрел на экран телефона — точно, три пропущенных. И как я не слышал? Неужели так глубоко задумался?
— Извините, Виктор Семеныч. Работал на земле. Визитки разносил по домам. Видно в машине забыл телефон.
Голос Миронова сразу подобрел — работает подчиненный! Землю роет! Служба идет.
— Это ты правильно, работай, молодец. Только телефон не оставляй больше — мало ли что случится? Вдруг придется довести до тебя оперативную обстановку в районе? А я и дозвониться не могу! Так нельзя!
— Извините, Виктор Семеныч, больше не повторится.
— Ладно… как сам? Устроился на месте? Главу администрации видал? Помог он тебе?
— Пока не видал, он в отъезде. Но увижу. А так ничего, устроился. Дом неплохой, крепкий. В зиму только надо чтобы дров привезли, да неплохо бы, чтобы баллоны газовые меняли — а так все нормально.
— Ну это к главе администрации, это в его ведении. Ему за это УВД платит — и за дрова, и в электросети платит. Ты вот что, Каганов, завтра к десяти часам давай в отдел. Из областного УВД приедет заместитель начальника по охране общественного порядка, будут всех собирать. Доклад сделает, ну и накачку по результатам работы. Кстати — тебе надо будет до конца месяца сдать десять протоколов на мелких хулиганов и лиц, находившихся в общественном месте в нетрезвом виде. И ничего мне не говори о том, что в деревне таких нет! Сейчас идет месячник по борьбе с пьянством и хулиганством, так что это всем обязательно. Тебе, кстати, еще меньше чем другим поручили — учитывая, что ты еще недолгое время на месте находишься. Так что давай — к десяти ноль-ноль, и без опозданий! Транспорт тебе выделен, горючее выделено — жду.
Начальник положил трубку, а я с тоской подумал о том, кого же я буду оформлять в протоколах. Кольку Капустина с его инсультом? Или бабу Нюру, с ее странными речами? Ну вот кого, в самом-то деле? Я понимаю, что с начальника требуют, но я-то причем?!
Ой-ей… Похоже, что придется мне испытать на своей заднице всю ярость впавшего в амок начальства. Не дам я им протоколы. Одна радость — дальше участкового не пошлют, дальше фронта не спишут.
А в район мне так и так надо ехать — горючку уже пожег, надо бы и баки заправить, и в канистры залить(с собой брал, тут-то заправок никаких нет). Ну и может в магазине чего вкусного прикуплю… что-то на сладкое потянуло. Пирожных купить, что ли? С безе. «Корзинки» с безе и вареньем. А еще — заварных пирожных. Имею право, чего уж там! Я не женщина, чего мне следить за толщиной талии.
Глава 3
Остаток дня я посвятил обустройству «гнезда». Повесил спутниковую антенну, настроил прием сигнала. Это было непросто — надо как-то найти на небе спутник и точно направить на него антенну. Но я ведь связист, если не я, то кто еще сделает? Но попотел с настройкой, это точно.
Закончив с телевизором и прибавив звук посильнее, стал вешать на окна занавески. Были у меня струны, были портьеры, была и дрель со сверлами. Особых проблем не вызвало. Твердые, как кость бревна не хотели впускать гвозди. Те гнулись, будто я пытался вколотить их в камень, а не в какие-то там потемневшие от времени бревна. Пришлось сверлить сверлами по металлу и потом вворачивать в дырки дюбеля. Но все получилось.
Облагородил и «люстру», то бишь лампочку, которая на черном электрическом проводе, загнувшемся почти параллельно потолку, выглядела совершенно отвратно. Был у меня абажур-светильник, дешевенький, но вполне себе прилично на мой взгляд выглядевший. Вот его и приделал. И лампочку помощнее поставил — «сотку».
У меня даже коврик был — на стену. Кто-то скажет, что это пошло, колхозно и всякое такое — но черт подери, если у тебя вместо стены с обоями бревна — пусть лучше на этой самой стене, возле твоей кровати висит коврик! Или как там его называют? Гобелен? Значит, гобелен. Обычная тряпочка размером с небольшое покрывало, на которой нарисован сказочный лес — огромные деревья, огромные грибы и веселый старичок-лесовичок, на голове которого шляпа наподобие шляпки белого гриба. Кич, конечно, но чем-то коврик мне приглянулся. В каждом из нас сидит ребенок…
Поужинал жареной картошкой, только сегодня вывалил в сковороду банку говяжьей тушенки. Гулять, так гулять! Кетчуп острый — соус чили, и вперед! Налопался, аж живот трещит. Нельзя на ночь наедаться?! Чоо?! Да ладно?! Хе хе хе… Не толстею я. Типа — конституция такая!
Теперь можно и новости посмотреть. Это как наркотик — не знаешь, что в мире творится — и жизнь твоя не полна. Надо же знать, кто не прав, и кто транзиту не дает? И какие в Наглии сволочи засели. Посмотрел, можно и спать ложиться спокойно. День завершился как надо.
Устраиваясь на сон, хотел выключить телевизор, и вдруг… рука моя с пультом остановилась. Прошлой ночью я хорошо спал, никто меня не беспокоил. Почему? Чем прошлая ночь отличалась от ТОЙ ночи? Ну… той <em>нехорошей </em>ночи. А вот чем — я оставил включенным телевизор, на экране которого изображался сериал!
Не хочу думать, как это все связано, просто есть факт: включаю на ночь телевизор с «волшебными картинками» — меня никто ночью не тиранит и я спокойно сплю. Вот это и будет правильный подход к делу — не надо думать, голову ломать, не надо соображать почему так, а не иначе. Работает программа — используй ее, и не насилуй мозг. Аминь!
Так и поступил. Убавил звук, чтобы не мешал спать, выключил свет и под бормотание теледикторов спокойно провалился в сон.
Утром первое что сделал — пошел смотреть, что там с грязной сковородой. Сковорода была чиста, ложка тоже, и даже фаянсовая кружка с «нифелями» на дне была чиста, как если бы я и не пил из нее зеленого чая как минимум месяц, или два. Замечательно. А что — разве нет? Ну — кто не хочет заиметь такую посудомоечную машину?
Завтракать не хотелось. На ночь так налопался, что… в общем — лишку налопался. Хотя и не толстею, но тут ведь какая штука — нажрешься на ночь, так потом начинают сниться всякие сны — переживательные, тяжелые, даже кошмары. Кошмара сегодня не было, но насчет переживательности…
Снился мне странный сон. Лес. Такой, как на моем кичевом гобеленчике — огромный такой лес, с дубами в пять обхватов, с елями, уходящими в небеса. Поляна. Такая же поляна, как на коврике. И… нет, не старичок-боровичок со шляпкой — женщина. Скорее всего — женщина. Она сидит на чем-то вроде трона, или высокого стула с подлокотниками. Я не вижу ее лица — капюшон закрывает его так, что непонятно — она сама видит что-то, или нет? Кроме своих коленей.
Откуда я знаю, что это женщина? Да вот знаю, да и все тут! И даже знаю, как ее зовут — только вспомнить не могу. Забыл я ее имя.
Во сне нет никаких логических расхождений — ты просто ЗНАЕШЬ. Или НЕ знаешь. Сон — это отголосок событий, которые происходили с человеком в прошлом — ближайшем или далеком. Мозг вытаскивает эти воспоминания, сооружает из них что-то вроде сюрреалистического сериала, и выдает человеку в виде сна. Вот такое я читал в одной из научных статей. И кстати — не раз, и не два подтверждал своим собственным наблюдением.
Вот и сейчас — вся картинка сна была взята из рисунка на моем коврике. Только женщина на троне никак не подходила под стройную теорию сновидения. Что за женщина? Где я видел женщину в таком плаще? Старинном плаще, между прочим!
Впрочем — зачем гадать? Может фильм какой-нибудь смотрел, в котором ходили в средневековых плащах, может картинку в книжке встретил — так что это все прекрасно укладывается в теорию. А мне нужно не сны разгадывать, а поскорее нестись, задрав хвост, по направлению к отделению МВД, иначе этот самый хвост начальник отдела мне и оторвет. Если опоздаю на очередную нудную-пренудную встречу с дорогим руководством областного УВД.
Я этого вообще не понимаю. Зачем нужно тратить время на такие вот дурацкие встречи? Зачем отрывать сотрудников полиции от их непосредственной работы? Чтобы в очередной раз услышать, как мы плохо проводим профилактическую работу на местах, и как нам нужно усилить, улучшить, и все такое прочее! Неужели мы сами не знаем, что нам нужно улучшить и усилить?! Это такой же идиотизм, как и план по составлению протоколов на мелких хулиганов и пьяниц.