Хозяйственные будни красавицы и чудовища

— Лара, Его Величество хоть и самолюбив и горд, но всё-таки не дурак. Я написал ему подробное письмо. Моё предложение должно заинтересовать его.
— А если не заинтересует? Точнее, не так, заинтересовать-то заинтересует, но что ему мешает без тебя всё провернуть?
Адам хитро усмехнулся.
— Потому что он не знает эти земли, как знаю их я и мои люди. Без нас он здесь будет довольно долго разбираться. И он это прекрасно понимает.
Я покачала головой.
— Уповаю на то, что ваш король и правда - нормальный и адекватный мужчина, а не капризный и изнеженный монарх-переросток.
— Лара! — укоризненно вздохнул граф.
— А что «Лара»? — рассмеялась я. — Ещё скажи, что я не права.
— Ты во многом оказалась права, — улыбнулся граф. — И это всего за каких-то четыре дня.
— Это ещё что, вот завтра поедем смотреть твоё хозяйство и будем воплощать все планы и идеи в жизнь, — подмигнула ему. — Кстати, ты так и не сказал, что там такого предложил королю? Помимо моих идей есть ведь нечто ещё, верно?
— Верно? — расплылся он в широченной улыбке. — После твоей неуёмной энергии, вихря идей и нашего мозгового штурма, я думал и кое-что понял.
— Да-а-а? — протянула я. — И что же это?
— На моих землях есть одно место, которое давно не используется и о свойствах многие забыли. Да что там говорить! Все забыли! Даже я! — воскликнул в сердцах Адам и от его вскрика вздрогнул Хёскульд и недовольно проворчал, приоткрыл один глаз, и посмотрел на хозяина с откровенной укоризной. — Но благодаря рассказам и записям ещё моего деда, я нашёл это сокровище.
— Адам, я сейчас умру от любопытства, — проворчала я.
— Подожди, — рассмеялся он, отодвинул от себя зарычавшего волчака и прошёл к бару. Налил в два бокала рубинового напитка, один протянул мне и сказал: — Пойдём в сад?
— Ты меня сейчас с ума сведёшь! — рассмеялась я, принимая и руку и бокал. — Столько таинственности, что я уже начинаю думать, будто на твоих землях закопано золото Колчака!
— Не знаю ни о каком золоте Колчака, — произнёс он весело. — Но да, есть кое-что на моих землях, что как раз и заинтересовало короля. По крайней мере, я так думаю. Карты, книги и записи никто не отменял, вот он и узнал. Ведь больше ничего кроме этого места в Бистауне нет интересного и важного.
— Всё, срочно говори! Ненавижу тайны, сюрпризы и недоговорённости! — наигранно грозно прорычала я.
Адам рассмеялся и, предложив свой локоть, повёл меня в розарий.
— Сейчас всё узнаешь.
Луна осветила розовый сад, залила серебром цветы и листья. В лицо подул прохладный ветерок. Но Адам вдруг, набросил мне на плечи шерстяной плед.
Я вдохнула запахи напоенной цветочными ароматами ночи, и глубокий покой снизошёл на мою душу.
Адам повернулся ко мне и мягко улыбнулся, салютуя бокалом.
Лунный свет упал на него: высокий, сильный, взъерошенные волосы.
Отпив из бокала, он, наконец, рассказал.
— На моих землях имеется одно место с уникальным горячим источником. Терма рождается на горе «Маунт Бист» — на высоте более одной тысячи метров над уровнем моря. С этой высоты термы опускаются на глубину пять километров ниже уровня моря, где формируют свой неповторимый состав. После этого горячий ключ выходит на поверхность с температурой плюс семьдесят градусов на глубине двадцать метров. Температура очень высокая, но рядом протекает родник. Есть место, где соединяется горячая и холодная вода и происходит поистине волшебный источник.
Если вы думаете, что я была поражена этой информацией, то вы ошибётесь. Я была в полнейшем ауте! Получила информационный нокаут!
— И ты говоришь об этом сейчас? — прошептала я, до конца ещё не переварив услышанное.
Это же всё меняет! Тут ведь можно та-а-ак развернуться! Боже! Ада! Сидишь буквально на золоте и ни шиша не шевелишься!
— Я хотел рассказать завтра, когда мы поедем осматривать мои владения, — сказал Адам.
— Я нашёл дедову карту, которую он в подробностях составил и вложил в свой дневник. Если честно, не появись тебя здесь и не начни ты тормошить меня, я бы так и не нашёл дедовы записи. А сам я уже и забыл обо всём. Маленьким был, когда дед рассказывал об источнике и мечтал построить здесь...
— Что построить? — тут же ухватилась я за его слова.
Он пожал плечами.
— Какой-то центр для всех людей. Для всех, понимаешь? И для простых и знатных.
Он вздохнул и посмотрел на луну. Я взглянула на ночное светило и тоже вздохнула. Скоро луна станет полной. Но тут же отмахнулась от этих мыслей, потом подумаю, а сейчас другое дело важно.
— И что случилось? Почему он не воплотил мечту в жизнь?
— Он скоропостижно скончался, — сухо ответил Адам. — Неудачная охота, Лара. Ружьё само выстрелило и поразило его в самое сердце. Бабушка не пережила эту трагедию. А сам я плохо помню, маленьким был. Я думаю, дедов дневник бабушка спрятала, а то так бы и канули его записи в бездну.
— А твой отец? — нахмурилась я, подозревая, что ни хрена смерть деда Адама не случайна.
— У отца было другое увлечение, Лара. Он смеялся над мечтой деда и считал её невыполнимой. Просто. Просто, судя по карте и записям, это место находится на плато, на которое можно попасть, пройдя болота, а затем опасные горные тропы.
— Погоди. И что, до сих пор никто не знал о чудодейственной воде и месте, где она находится? — опешила я.
— Ну почему же, — хмыкнул он. — Кто-то да знал. Местным жителям не до воды, сама понимаешь. У них работы много. А вода. Вдруг мой отец был прав, и это просто вода, без каких-то там целебных свойств?
— Ага, ну конечно, — съязвила я. — Поэтому королю позарез понадобилось твоё графство!
— Мне тоже так кажется, — согласился Адам.
Я полностью осушила бокал и, проглотив пряный напиток, едва не поперхнулась от возникшей мысли.
— Стой, ты хочешь сказать, что об этом месте и волшебной воде ты рассказал королю в своём письме? — с ужасом прошептала я.
— Не совсем, — улыбнулся он печально. — Я написал, что имею некоторые предположения в отношении своих земель, которые интересны Его Величеству и которые я мог бы исследовать и по полученным результатам, сообщить ему. И если результаты будут положительными, то... я был бы счастлив, предложить короне долю.
— Очуметь! — простонала я. — А харя у короля не треснет?!
Я со злости резко поставила бокал на садовый столик и увы, бокал моего гнева не выдержал и хрустальная ножка обломилась.
— Проклятье! — разозлилась на себя.
Адам взял мои руки в свои, разглядывая мои ладошки на наличие порезов от стекла, но убедившись, что я цела, со вздохом, сказал: