Младший вовсе был дурак (СИ)

— Потанцуем? — крикнул я Ленке. — Заодно поищем твою близняшку!
— Давай к барной стойке! — крикнула Лаврентьева и начала пробираться сквозь толпу танцующих. — Там обзор лучше!
У барной стойки обзор оказался действительно неплохим. Находилась она на небольшом возвышении, а если прибавить к тому высоту огромных трехногих табуретов, мы с легкостью могли осмотреть весь зал, если бы было немного светлее. Я взгромоздился на стул и протянул верзиле—бармену сторублевку.
— Два светлых пива.
Ленка села рядом и приблизила лицо к моему уху.
— Смотри внимательнее, она где-то здесь!
Я потягивал пиво и смотрел, но в колыхающемся людском море не мог разглядеть ни одного человека. Стробоскопы делали моментальные фотографии, на которых акцентировалась только одна деталь. Вспышка: чьи-то глаза, вспышка: татуировка на бицепсе, вспышка: растянутые в улыбке губы, вспышка: копна рыжих волос, залитых лаком с блестками. Таким образом рассматривать танцующих можно часами, и не факт, что найдешь нужного человека. Если Ленкин клон вообще сегодня пришел в “Плазма—сити”. Пелена тоже не помогла, магии в клоне осталось очень мало.
Неожиданно басы затихли, и ди-джей объявил медленный танец. Толпа взревела и быстренько разделилась по парам. Часть девушек и парней отошли к стенам, часть уселась за свободные столики в зоне барной стойки. Освещение изменилось, бешеная скачка красных и синих огней сменилась плавными желто-оранжевыми переливами.
И тут я увидел ее. Невысокую брюнетку со стройной спортивной фигурой, одетую в облегающий красный топ и джинсы на бедрах. Ленкин клон сидел за столиком и целовался с каким-то светловолосым парнем.
Я толкнул Лаврентьеву в бок и кивнул в сторону сладкой парочки.
Ленка улыбнулась, а потом ее глаза удивленно расширились. Я посмотрел на клона и замер. Ленкина копия, если не считать цвета волос, целовалась не просто с каким-то парнем, а со мной. С моей копией, если не считать дурацкой клетчатой рубашки, какую я никогда бы не надел.
— Это что? — я закрыл рот и растерянно повернулся к Лаврентьевой. — Это что, мой клон?
Глава 29
Младший вовсе не дурак
Не сговариваясь, мы с Ленкой встали и направились к сладкой парочке. Ленкин клон заметил нас раньше своего спутника, и поднялся навстречу. Мой клон, увидев, что его девушка встала, посмотрел на Ленку и замер. Замешательство длилось ровно секунду, затем он открыл рот и произнес:
— Сестричка у тебя высший класс.
После этого его взгляд встретился с моим. Нижняя челюсть молодого человека поползла вниз, на физиономии отразилось удивление и узнавание. Ну еще бы, повстречаться с собственной копией тот еще сюрприз. Я ухмыльнулся, отметив, что когда удивляюсь выгляжу довольно глупо, и подмигнул двойнику. Что-то я не припомню, чтобы у меня был брат—близнец. Может нас, как в индийском сериале, разлучили в детстве?
Я открыл рот, чтобы спросить об этом клона, но тот неожиданно вскочил и рванул в толпу танцующих.
— Эй! — крикнул я. — Стой!
Мой клон врезался в дрыгающуюся в такт музыке молодежь, отчаянно работая локтями, стал продвигаться к двери.
— Стой! — снова крикнул я, но мой голос утонул в очередной волне басов.
Я проскользнул между танцующими подружками в одинаковых белых майках, нырнул в просвет между спинами двух здоровенных парней и налетел на высокую рыжую девчонку с колечком в правой ноздре.
— Эй! Потише! — возмутилась она.
— Извините! — крикнул я, выискивая глазами близнеца.
— А ты ничего, симпатичный, — девушка подмигнула и прижалась ко мне. — Потанцуем?
В другой день я обязательно принял бы приглашение рыжей, даже более, сам предложил бы потанцевать, но Сергей–2 уже преодолел большую часть пути, и я понял, что если не поспешу, рискую никогда его не догнать.
— Извини, — произнес я и отодвинулся. — Мне надо подышать.
— Козел! — девушка обиженно меня толкнула. — Вали давай! Не мешай веселиться!
И я свалил, по крайней мере, попытался. Продвигаться сквозь колышущееся море, плотностью сравнимое с плотностью человеческого тела, та еще задачка. Я подныривал под руки, протискивался между чужими спинами, а кое-кого и вовсе отталкивал, стараясь не потерять клона из вида. Увы, двойник оказался шустрым малым. У раздевалки он обернулся, выискивая меня в толпе, и выбежал на улицу.
— Черт!
Наплевав на приличия, я рванул к выходу, ощущая себя экскаватором, расчищающим снежные заносы. Меня окрикивали, ударяли по спине, однажды даже легонько пнули, но я не задерживался. Когда добрался до входной двери, клон сворачивал в подворотню. Оранжевые фонари метнули в мою сторону длинную тень, и я припустил следом.
Бежал так быстро, что даже не чувствовал мороза, только в легкие врывался ледяной воздух, напоминая о времени года. Дважды поскользнулся, едва не свалившись в сугроб, перескочил занесенную снегом лавочку и вбежал в подворотню.
Обычный задний двор обычного жилого дома, каких полно в любом спальном квартале: выставленные рядком контейнеры для мусора, сломанные качели, ржавый остов отслужившей своей век старенькой девятки, занесенная снегом песочница и арка, выходящая в такой же задний двор соседнего дома.
Клон преодолел полдвора, обернулся, заметил погоню и нырнул в арку. Я рванул следом.
В арке эхом отзывалось бренчание гитары. Я выбежал в соседний двор, и увидел, что у одного из подъездов собралась молодежь: четыре парня и девушка. Гитарист — высокий качок в лыжной куртке и черной вязаной шапке, сидел на лавочке. В зубах он держал сигарету, и сосредоточенно дергал струны. Справа от него сидела замерзшая брюнетка в дутой куртке, тонких капроновых колготоках и сапожках на высоких каблуках. Она зябко ежилась и прижималась к качку. Слева сидел еще один качок в лыжной куртке. Он пил пиво и что-то доказывал двоим пацанам, стоящим рядом.
— Милиция! — заорал клон. — Убивают! Спасите!
И рванул к компании.
Гитара смолкла. Мой клон что-то быстро заговорил, указывая за спину, на меня. Гитарист невнятно кивнул головой, и лже—я трусливо спрятался за широкую спину амбала. Качок медленно передал гитару девушке и демонстративно хрустнул пальцами.
Любой здравомыслящий человек в этой ситуации развернулся бы и направил стопы туда, откуда пришел, или, в моем случае, прибежал. Но я никогда не относил себя к здравомыслящим людям. А после путешествий по параллельным мирам, драки с гигантской летучей мышью и знакомства с призраками, вампирами и самым настоящим демоном — гением уничтожения и не только последствий — какие-то жалкие качки не пугали. Сейчас, пока во мне сохранялись остатки магии, я мог справиться с любым количеством накачанных пивом парней, а ощущение близости разгадки тайны клона только подстегивало. Поэтому я снизил скорость и неторопливо подошел к гитаристу.
— Че за разборки? — спросил тот и встал.
Ростом он показался мне чуть пониже фонаря, но это неважно, важно то, что двойник совсем рядом, я могу дотронуться до него, схватить и выпытать правду.
— Брат у меня идиот, — спокойно сплюнул я и замахнулся на клона. — Дома еще получишь!
Амбал всмотрелся в мое лицо, потом обернулся к моему двойнику и помрачнел.
— Топайте отсюда, гопота. Я думал, правда, убивают кого.
Я крепко взял клона за предплечье и повел обратно к клубу. Когда миновали арку, я дернул двойника за руку:
— Ну, а теперь говори, кто ты такой? Засланец? На кого работаешь?
— Не засланец я, — мой дубль шмыгнул носом и попытался вырвать руку. Я держал крепко. — Меня Иваном звать. Извини, что так вышло, но во всех мирах СНВ ты мой единственный двойник.
Иван.
Двойник.
Тут меня будто молнией ударило.
— А братьев у тебя случайно нет? Один женатый, а второй оборотень.
Иван кивнул, и я застонал: вот она, разгадка тайны! В моих руках, причем буквально.
— Пошли!
И я потащил упирающегося королевича в клуб. На входе мы предъявили охране ультрафиолетовые печати, и вернулись к бару. Ленка со своим клоном неторопливо потягивала апельсиновый сок.