Осколки клана. Том 2 (СИ)

Бесхозным товаром же, а значит и их собственностью, для них может стать всё, что, по их мнению, представляет какую либо ценность, плохо лежит или не охраняется. От людей, до локомотива другой семьи и их груза. В том числе и живого, при этом никто не знает, что собственно они делают с пойманными людьми, потому как сами по себе рабами они не торгуют, вот и ходит о Перевозчиках слух как о заядлых канибалах. Но если власти что и знают, то всё равно вынуждены сотрудничать с племенами, ведь альтернативы их железным дорогам в нашем мире просто не существует.
Кстати именно по этой причине, поблизости от их железных дорог никогда не стоили посады, ведь землю вдоль путей они считают «своей», как и всё что на ней находится. Впрочем, на вокзалах и полустанках, Перевозчиков опасаться не стоит. Эти существа, с маниакальной педантичностью выполняют любые взятые в этих местах на себя обязательства. И если за сто метров от погрузочной платформы посадчанина на застрявшей телеге, вместе с лошадкой и грузом ждёт незавидная судьба исчезнуть навсегда в недрах локомотива но на пироне даже маленький ребёнок сумевший заплатить за поездку будет в целости и сохранности доставлен туда куда ему нужно.
Покуда мы разглядывали зал и вобравшихся в нём людей, девчонки окончательно пришли в себя и мы поспешили на нужный нам пирон к указанному вагону. К нашему удивлению, встречал нас там не только Мистерион, но ещё и восемь других наставников со своими подопечными командами из разных Академий, а так же группа из десяти боевых чародеев. Так что, ровно в одиннадцать, когда подошли ещё пятеро студентов-морозовцев и все угомонились, вперёд вышел статным мужчина в возрасте с суровым взглядом и капитанским эполетом и, обведя нас всех строгим взглядом, – заговорил
  
Глава 12
 
— Здравствуйте студенты, – произнёс незнакомец хорошо поставленным голосом. — Меня зовут, Олег Максимович Вятничев. Чародей, капитанского звания, мастер-распорядитель Княжеского Стола. Хочу поздравить вас всех с успешных прохождением первого этапа плановых учений. На которые ваши группы были отобраны в числе одних из первых по первому курсу учебных заведений Полиса.
Признаться честно, я хоть и внимательно слушал оратора, но куда с большим интересом рассматривал окружавшие нас локомотивы Перевозчиков. То ещё зрелище, если честно, особенно для непривычного к подобным железным чудовищам человека. А я их вблизи – можно сказать в первый раз видел.
Огромная сегментарная механическая змея, метров двадцать высотой, на фоне которой люди казались сущими букашками. Одни колёса у вагонов, в высоту – три меня, да и шириной в полтора метра. Настоящие бронированные многоэтажные дома, которые по рельсам тянуло массивное тупорылое паровое чудовище похожее на чуть скошенный, вытянутый цилиндр, гулко ухающий многочисленными отведёнными в сторону трубами, из которых вырывались облака то чёрного, то серого, а то и вовсе белого дыма и снопы искр.
— Так что, можно сказать, что вам повезло, – продолжал тем временем чародей-капитан, расхаживая перед нашим строем, заложив руки за спину. — Сезон Уробороса, а вместе с ним, основная волна зачисток в Зелёной Зоне только приближается, а потому многие из ваших друзей, будут проходить свою практику не в столь благоприятных погодных условиях… У вас вопрос, юноша?
— Так точно! — произнёс, делая лёгкий шаг вперёд один из парней с шевронами Сахаровской Академии на предплечье. — Не могли бы вы пояснить, о каких «зачистках» вы говорите. И почему их проводят не в Сезон Древа, когда стоит хорошая похода, а в холодное и слякотное время Уробороса?
– Хороший вопрос, — кивнул мужчина. – Тем более, что в своё время, также стоя на перроне, правда, другого вокзала, я тоже задал похожий мастеру-распорядителю. Как бесклановый, я тоже не знал о подобных вещах и у меня в свою очередь возник вопрос о сезоне холодов. Молодой человек, вы же, наверное, помните ваш выпускной экзамен из школы, в лесу при Тимирязевской Академии…
— Вот и представь, как по такой зелёнке, можно сказать – «нативов» гонять! -- продолжил капитан, получив утвердительный ответ от парня. В Сезон Древа, в лесу ты того же хрякорыла разве что случайно заметишь и то если повезёт. Да, мы – чародеи, мы многое можем и ещё больше умеем, а он там – живёт с самого своего. Как и его предки, и пусть мы не считаем, что он вообще должен существовать, это не отменяет его сродства с этим лесом.
Мужчина остановился и обвёл нас тяжёлым взглядом.
– Вы уже не дети, а потому, должны понять одну простую истину, – произнёс он рассматривая наши лица. – Мы люди, выигрывая в периметрах Полиса, постоянно проигрываем за его пределами. Проигрываем даже не Духам – с ними разобраться относительно легко, проигрываем тем созданиям, которые уже давным-давно поселились неподалёку от нас и которые не менее приспособлены жить… а главное выживать в своей среде, как и мы в своей!
Он на мгновение обернулся, в сторону далёкой головы локомотива, откуда послышался долгий протяжный гудок, а затем вновь нацелил своё внимание на нас.
– Вы, как чародеи, должны знать – «Запретная Зона», вокруг Полиса, безумно опасна. Но это – непосредственная угроза для всех. Однако, в «Зелёной Зоне» опасностей для человека, ничуть не меньше. Для человека, но не для чародея. Однако, без тех, кто не наделён даром, но продолжает жить в посадах Зелёной Зоны, Полис просто не выживет. Мы не самодостаточны. Мы не можем прокормить сами себя всеми необходимыми продуктами, мы не имеем возможности добывать в Полисе нужные нам ресурсы и наконец, экономике Москвы всегда требуется приток простецов...
«Ну да! Алёнка, чуть не попавшаяся в начале года бандитам-подборщикам так и оставшегося мне неизвестным борделя, яркий пример того, как Полису нужен приток простецов и той самой новой крови…» – подумал я и тут же поймал на себе яростный взгляд мастера-распорядителя.
– Ты! – он ткнул в мою сторону пальцем, с отвращением поморщившись. – Тоже фанатик исключительности одарённых? Что парень, неприятно даже рядом стоять с бесклановыми, а разговоры о простецах как о нормальных людях, вызывают боль в заднице?
– Вы мне не тыкайте, – как мог холодно произнёс я, чувствуя как из-за неожиданного наезда, в груди разливается неприятное тянущее ощущение и слегка потряхивает страх наведённый не особо умелыми манипуляциями с аурой. – Даже если вы чародей-капитан – вам не по статусу так со мной разговаривать...
Давление усилилось, но меня уже немного несло, так что я этого даже не заметил. В любом случае, «Жуткая аура» у Ольги Васильевны, была куда как страшнее. Ну а проявлять вежливость и расшаркиваться с этим человеком только из-за его звания, в то время как он, по непонятной причине попытался вытереть об меня ноги – я не собирался.
– Да и что за речи такие гнилые? – проложил я, слегка набычившись, в то время как многие из студентов согласно зашумели. – Вы, что из «этих»? «Правош» или «Маломосковец»? «Социалистимум примум!», фанатичный блеск в глазах, огонь революции в сердце, «Башни рабочим, платформы посадским!»? Ага, вижу – правош! То-то я смотрю, вы так внимательно высматривали у кого из нас есть клановая тамга, а у кого нет! Что – думаете, нашли себе самого «безопасного» мальчика для битья?
Я с вызовом посмотрел на мужика, чьё лицо мгновенно налилось дурной кровью. То, что он уже меня ненавидел, я буквально чувствовал кожей. Ну как же – классовый и идеологический враг! Только вот встретить фанатичного правоша не среди артельщиков или бандюгов со Дна, а среди чародеев довольно таки высокого ранга – было для меня лёгким шоком! 
– А что если я тебе… – начал мужчина, прищурившись и слегка побагровев, сделав несколько шагов ко мне, прежде чем перед моим взором из тёмного тумана за какое-то мгновение соткалась спина Мистериона, отсекая меня, как и всю нашу группу от мастера-распорядителя.
– Не думаю, что вам стоит продолжать капитан, – совершенно спокойным голосом произнёс наш наставник. – Здесь никого не интересуют ваши политические пристрастия Олег Максимович, и разговаривать со своими учениками в подобном тоне я не позволю.