Черный дождь (СИ)
— Оно живое! У-ха-ха-ха! Оно живое!
От резкого звука я дернулся и открыл глаза. Заляпанный чем-то потолок, когда-то, очень давно, покрашенный зеленой краской. Несколько ламп, горящих синеватым пламенем. Было душно, пахло машинным маслом. Я попытался повернуть голову. Безрезультатно.
— Где я?
— Оно разговаривает! — в голосе, идущем откуда-то сбоку, смешались восторг и благоговение.
Я попытался пошевелиться, но это не получалось, как будто я был прикован.
— О, секундочку! Сейчас, сейчас! — что-то щелкнуло, и я оказался свободен. Поднявшись, я огляделся. В одних кальсонах я сидел на металлическом столе. Комната вокруг напоминала гараж безумного автомеханика, все стены и пол были покрыты разным железным хламом, какими-то механизмами неизвестного назначения, на стенах я разглядел ряд металлических конечностей разных форм и размеров. Несколько железных голов, явно вышедших из фантастических фильмов, висели на стене, будто охотничьи трофеи. Передо мной, нервно переминаясь и слегка подпрыгивая, стоял худощавый, чрезвычайно лохматый человек в изодранном кожаном фартуке. Он как будто не мог ни на секунду остановиться и все время пошатывался, двигал руками и шевелил пальцами. На маленьком носу еле помещались здоровенные очки с толстыми стеклами,
Нетрудно было догадаться, что я попал в лапы к какому-то сумасшедшему ученому. С такой-то внешностью этот НПС никак не мог быть, например, булочником.
— Кто вы? И что я здесь делаю? — задал я наиболее терзающий меня вопрос.
— О! Оно еще и разумное! Наконец-то мне повезло! — лохматый человек задвигался и запрыгал еще быстрее.
— Стоп! — надо было прекращать эту безумную пляску, меня уже начинало слегка укачивать от этого мельтешения, — Постой, не прыгай. Ответь, пожалуйста, на мои вопросы.
Человек встал в горделивую позу и загадочным голосом сказал:
— Тыква! Нет! Тыквер! То есть Доктор Тыквер! Это моя фамилия! Я подобрал тебя в трущобах, донес тебя до моей лаборатории, ты тяжелое существо, да… Я починил тебя, теперь ты будешь мне помогать, служить и откроешь тайны своего рода!
Его выступление меня смутило, особенно последняя часть. С одной стороны, мне стало интересно, что будет дальше, с другой мне не очень понравилась идея помогать, служить и открывать тайны рода. Какого рода? Я обратил внимание, что кнопки интерфейса вполне доступны, и вряд ли мне грозит виртуальное рабство, в любой момент я смогу выйти. Но разобраться надо.
— Во-первых, уважаемый, я не существо. Меня зовут Серый Пароволк. И я чело…
— Так ты мальчик! Восхитительно!
— Кхм! Ну не то чтоб мальчик… Скорее мужчина, чем мальчик.
— Очень интересно!
Да чему он так радуется? И тут я заметил, что я чувствую свою левую руку. Я упирался руками в металлический стол, на котором сидел, причем одинаково чувствовал это обеими руками. Подняв руку, я посмотрел на нее. Протез был на месте. Но это был не мой протез. Та железка, что мне выдали в начале игры, была скорее похожа на хоть и сложный, но гаечный ключ с поршнями. Эта же рука была явно произведением искусства. Блестящая стальная рука, ладонь и пальцы были похожи на человеческие. Очень качественная вещь. Рука была покрыта сложным выгравированным узором. Он складывался в какой-то знак. Повернув голову, я увидел стилизованную цифру девять. Протез слушался великолепно, тактильные ощущения в полном объеме, как в правой руке. Разницы с настоящей практически не было.
— Нравится? — напомнил о себе Доктор Тыквер.
— Это вы сделали? — я помахал рукой.
— Я это тебе поставил, — уклончиво ответил ученый, — когда я нашел тебя, ты был совсем поломанный. Я тебя починил, а чтобы тебе было удобнее, поставил этот манипулятор. Я его давно нашел. Два дня назад. На свалке. Все думал поставить кому-нибудь, но мне никак не попадались автоматоны без левой руки. А тут ты! Ты просто подарок! И манипулятор поставил, и ты нормально запустился! И автоматон! И говорить можешь! Мы прекрасно сработаемся! У меня великолепное предчувствие по поводу тебя, Пароволк! — ученый опять начал хаотически шевелиться и подпрыгивать.
— Кхм, даже не знаю, как сказать. Но мне кажется, что я не автоматон.
Доктор Тыквер замер.
— Нееет. Ты не можешь быть механоидом. Механоиды глупые. Подай, принеси, постой в углу. Примитивные машины. Не то что вы, автоматоны. У вас есть искра творения! Вы великолепны! Нет, ты точно не механоид!
— Может, я человек? — усмехнулся я.
— Человек?! — ученый сделал удивленное лицо и с ужасом уставился на меня. Вдруг его лицо разгладилось, он немного улыбнулся, потом улыбка стала шире, потом рассмеялся.
— Ахаха! Юмор! Очаровательно! Смешная шутка.
Я почувствовал, что устал. Тяжелый день на работе, вчерашнее ограбление, теперь этот бессвязный разговор.
— Так. Доктор, посмеялись и хватит. Я ужасно благодарен вам за спасение. Я ужасно благодарен за то, что вы подлатали меня. Но я человек. Я никакой не автоматон. Хватит, — я спрыгнул со стола на пол, — где моя одежда? Я пойду, пожалуй.
Доктор медленно подошел ко мне, постучал пальцем по окошку моей «печки» в груди и тихо произнес:
— Знаешь, что это? Это сердце автоматона. Я разбирал множество механоидов, автоматонов и человеков. И вот такое, — он уперся пальцем мне в грудь, — было только у автоматонов!
Я поглядел на свое механическое «сердце». Топливо 80/80 радостно гласила надпись.
— А! Я понял! — взбудоражился доктор, — Тебя по голове не били последнее время?
— Ну вообще-то били, — я автоматически потрогал свой затылок. Никаких ран, шрамов или крови не было. Возможно, при излечении все повреждения пропали. Волосы были грязными на ощупь.
— Это все объясняет! Бедненький! Тебе повредили Искру! — слово «искра» он произнес с неким придыханием и явно с большой буквы, — Повредили! Надо починить! Надо срочно починить! Но для этого тебя сначала надо усыпить. А как мы тебя усыпим?
Тыквер стал бегать по «лаборатории», хватать инструменты. Посмотрел на висящую на стене кувалду, потом на меня.
— Доктор! Доктор Тыквер, хватит! — я не выдержал и повысил голос.
Ученый замер. Я продолжил:
— Я ухожу. Где моя одежда? Я не могу по улице в одних кальсонах пойти.
— Одежду я сжег, — беззаботно махнув рукой в сторону печки, сказал доктор, — но зачем? Зачем тебе уходить? Сегодня холодно. Оставайся здесь, я тебе вон чулан отдам. Будем жить вместе, будем вместе творить. Я сразу, как нашел тебя поломанного в подворотне, подумал — вот это повезло! Оставайся!
Вам предложено задание «Подмастерье Великолепного и Безумного Доктора Тыквера». Вы становитесь слугой и подмастерьем Доктора Тыквера. Доктор обеспечивает вам жилье, пропитание и зарплату 30 крон в день (для получения зарплаты необходимо выполнять не менее 2х поручений Доктора за игровой день)
Награда за принятие: Точка привязки «Дом Тыквы». Цепочка циклических заданий.
Штраф за провал/отказ: нет
О, точка привязки. Закрою задание — хоть полиция не будет разыскивать. С другой стороны, выполнять поручения этого малахольного желания не много. Так, у меня же есть еще второе задание — на еду. Сытость была равна 0, а вот топлива в «сердце» было 80 из 80. Доктор в процессе моего лечения заправил мой «реактор»?
— Доктор, а еда у вас найдется? Голодный, ужас просто!
Ученый подпрыгнул, залез в кучу хлама, долго разбрасывал какой-то мусор и произвел на свет две консервные банки, вскрыл их длинным штыком и протянул мне вместе с погнутой железной ложкой. Надпись на банках гласила «Рацион номер 5. Союзный арсенал Графа Луавазье». Судя по дате производства, данным консервам было больше 15 лет. Предчувствуя отравление, я попробовал содержимое банки. По вкусу это больше всего походило на пшенную кашу с небольшим количеством тушенки. Съедобно. Дебафов на меня никаких не повесили, поэтому я расслабился и быстро стал уплетать еду. Доктор Тыквер смотрел на меня печальными глазами, подергивая и оправляя свой кожаный фартук.