Караг и волчье испытание

– Спасибо за всё, миссис Шеридан, – сказал я. – Деньги мы постараемся вернуть как можно скорее.
– Нам пора! – крикнула Тикаани. – Потом расскажем всё подробно, ладно?
– Ладно. Удачи и успешных превращений, – Эрику было страшно любопытно, но от расспросов они с мамой отказались. А может, им просто было слишком шумно.
Рыжеволосое существо в ползунках ухватилось за ногу Эрика, пытаясь его укусить.
– Ай! Мики, прекрати немедленно! – закричал Эрик и, отцепив от себя брата, хотел было передать его матери, но та скрестила руки.
– Мы же договорились, что ты следишь за ним весь вечер, – сказала она и повернулась к нам: – Как вам удалось так быстро добраться? Может, помочь вам вернуться обратно?
– Нет-нет, спасибо, пока! – быстро отказались мы и, запихнув сэндвичи в рот, поспешили удалиться.
Вряд ли миссис Шеридан обрадуется, если узнает, что мы приехали сюда на угнанной машине и без водительского удостоверения. Возможно, она даже предложит отвезти нас, хоть и говорила, что не может надолго отлучаться. Но такой вариант нам не подходит – нужно срочно вернуть машину.
Мы промчались на бешеной скорости по хайвею, протряслись по щебёнке к кемпингу – и вдруг обнаружили сотовый: услышали, как что-то дребезжит под сиденьем водителя. Кучка совиного помёта! Если бы мы нашли его раньше, мы могли бы просто позвонить воронам-близнецам!
Мы с Тикаани переглянулись.
– Я правильно понимаю – три часа коту под хвост? – спросила она.
– Точно, и я ужасно отсидел ту часть, что начинается ниже хвоста, – ответил я.
Мы оставили автомобиль, одолженную одежду и сотовый на парковке кемпинга, положили на сиденье водителя ключи зажигания и записку с извинениями и помчались к нашим друзьям – навстречу нашей совершенно особой прививочной кампании.
 
Вакцинация
Навстречу нам радостно вылетели оба ворона. Один из них сел мне на голову, другой приземлился на плечо к Тикаани.
– Признайтесь, вам бы тоже хотелось иметь крылья, – сказал Сумрак, явно пребывая в хорошем настроении.
– У нас была мощность в сотню лошадиных сил, – ответил я.
– Да, тоже неплохо, – Тень легонько ущипнула Тикаани за ухо. – Нам было совсем нетрудно доставить сюда лекарство. Круто, правда?
– Очень круто, – согласилась Тикаани, а потом мы бросились к Джефри, держащему в руках вакцину: – Ура, она у нас!
– А с вами что? Вы и правда ездили на машине в город?! – Мие было очень любопытно.
– Давай не будем об этом, хорошо? – сказал я и украдкой взглянул на Нимку и Ксамбера, которые тоже внимательно прислушивались. За такие проделки моя человеческая семья меня бы как следует наказала, но мои родители-пумы не увидели ничего плохого в том, что мы с благой целью «позаимствовали» одну из вонючих жестянок.
Вакцина находилась в двух надписанных картонных упаковках. В большей из них лежали двадцать шприцев и бумажка с ужасно мелким шрифтом, словно текст писали для мышей. Но тем не менее Джефри – в человеческом облике и одетый – наморщив лоб, уже изучал инструкцию.
– Тут всё просто, – сказал он. – Втыкаешь иголку в большую мышцу и нажимаешь на шприц. Летнему Ветру нужно много вот этих уколов на протяжении определённого времени, – он поднял вверх маленькую упаковку. – Остальным членам стаи достаточно всего одного укола. Короче, раз плюнуть.
– Раз плюнуть? – скептически повторил я. Разглядывая шприцы, я постепенно осознал, во что мы ввязались. В следующие полчаса мы должны воткнуть в туловище двенадцати диким волкам, а может, ещё и волчатам острый кусок металла. Причём сделать укол нужно в человеческом облике, потому что для этой операции нам нужны руки.
– Не забывай, что ни один из этих волков ни разу не видел человека вблизи, – сказал я Джефри. Терри, Табита и Мия с интересом следили за нашим диалогом. – Они же нас к себе ни за что не подпустят!
– Тебя-то уж точно. От тебя же даже в человеческом облике за милю кошкой несёт, – заявил Джефри.
Я надулся:
– А что, здесь где-то есть душ?
– Прыгай в озеро, – приказала мне старшая сестра, и мне стало не по себе – вода в озере Йеллоустон, как известно, ледяная.
– Попробуем снабдить его волчьим запахом, – сказала Тикаани и, скинув одежду, превратилась в арктическую волчицу. – Так, Караг, а теперь обнимашки!
Дважды повторять не пришлось. Я уселся рядом с моей подружкой, обнял её и принялся гладить загривок и тискать, а большая белая волчица тёрлась об меня головой, лизала мне лицо и вовсю виляла хвостом.
– Так, проверяем, – сказал Джефри и обнюхал меня. – Уже лучше. Посмотрим, что скажут волки. Они, кстати, тут недалеко, я их уже позвал.
Спрятавшись в кустах, Тикаани быстро превратилась обратно и оделась. Потом мы с ней и Джефри осторожно приблизились к стае, а остальные члены нашей команды наблюдали за нами издалека.
Как же хорошо больше не сидеть в рычащей машине! Ожидая волков, я ощущал под ступнями траву и нагретую солнцем землю. Первым к нам приблизился разведчик – это был Друг Бизонов. Вздыбив на загривке шерсть, он остановился метрах в пятидесяти от нас, не решаясь приблизиться к «людям». И это всё? Волкам нужно подойти вплотную, иначе ничего не получится.
Тикаани, задрав голову, завыла.
– Что ты им сказала? – шепнул я ей, и волки вздрогнули, услышав мой человеческий голос.
– Что у нас есть волшебное средство от проклятия и что всё будет хорошо, – перевела она.
Наконец к нам пригнувшись подбежали оба бета-волка – Черномех и Драноух. Мы стояли не двигаясь, опустив руки вдоль туловища, и выжидали – хотя мне больше всего на свете хотелось заорать, чтобы они пошевеливались, потому что нам нельзя терять ни минуты и все наши усилия пропадут зря, если они сейчас сдрейфят. Бета-волки тоже не осмелились подойти ближе чем на два метра и кружили вокруг нас, прижав уши к голове.
В конце концов терпение у Джефри кончилось. Он зарычал на них, потом посмотрел обоим альфа-волкам, которые, как всегда, осторожно держались позади, прямо в глаза и издал несколько протяжных звуков.
– Ой… он им сказал, что никогда бы не подумал, что они такие трусы, – прошептала Тикаани.
На мгновение мне показалось, что разозлённые волки нападут на нас все разом, но потом стало понятно, что слова Джефри подействовали. Волки наконец подошли ближе! А их угрожающая стойка была всего лишь демонстрацией их намерений – на случай, если мы их обманули и заманиваем в ловушку.


Увы, нам и правда предстоит их обмануть – ведь укол причиняет боль, я это хорошо усвоил в человеческом мире.