Морфо

– Не заносить! – крикнул Эон, сердито глянув на паренька-лягушку. Тот втянул голову в плечи и дрожащей рукой опустил карандаш. – Начинаем заседание!
– Подожди! – опять перебил его господин Аяк и достал из-под стола небольшой топор.
– Аяк, быстро убери его! Ты уже разбил им десять столов за неделю! ДЕСЯТЬ! – раздраженно прорычал Эон. – Судьи стучат по столу молотком, а не топором! Запомни хотя бы это!
– Какой в этом смысл? Молотком ничего не разрубишь! – Господин Аяк провел рукой по гладкой поверхности стола.
– Он нужен, чтобы привлечь внимание!
– Ой, скажи еще, что топор внимания не привлекает! – съехидничал господин Аяк.
– Смысл в том, чтобы привлечь внимание и оставить стол целым, – с нажимом произнес Эон.
– Это же так скучно! А как же экспрессия, зрелищность? Нет, я так не играю, – надулся господин Аяк. – Либо у меня будет топор, либо у вас не будет третьего судьи.
Эон укоризненно покачал головой.
– Начинаем заседание! – снова начал он. – Слушается дело Флинна Морфо, умершего в неполные семнадцать лет, ныне проживающего в квартале Убийц в доме Раскаявшихся. Причина смерти: утопился.
– Раз он утопился, то почему живет не в квартале Самоубийц? У нас там мест не осталось? – спросил господин Аяк. – Короче, паренек, иди с миром, только больше не повторяй подобную глупость. Жизнь так прекрасна, цени ее. Дело закрыто! – Он замахнулся, и лезвие топора вонзилось в стол. Во все стороны полетели щепки.
– Поправка: подсудимого утопили, – процедил Эон. – Прибыв в Чистилище, он попал под опеку психофора № 456. После прохождения лабиринта Упущенных Моментов подсудимому были выданы Всевидящим Мудрецом такие номера: 92, 455, 226, которые соответствуют следующим испытаниям: океану Гнева, болоту Безысходности и коридору Прощения. Первые два задания господин Морфо успешно выполнил, а с третьим не справился.
– Какая жалость! – огорчился господин Аяк.
– В первом испытании, – продолжил Эон, – демон Злобы напился крови обвиняемого и вымахал до размеров огромной акулы. Подсудимый усмирил его веревкой Самообладания.
– Да-да! Самообладание – это определенно важное качество, не так ли, мой милый друг? – Господин Аяк ткнул рыжеволосого повелителя времени в живот.
– После, – громко задышав, сказал Эон, – подсудимый в болоте Безысходности решил помочь одному несчастному, который в прямом и переносном смысле сел ему на шею.
– Бывают же нахалы! – возмутился господин Аяк, положив голову на плечо Эона, словно на подушку.
– Скинув с себя ответственность за чужую судьбу, обвиняемый сразился с демоном Уныния, – со сжатыми зубами проговорил Эон, пытаясь игнорировать все выходки взбалмошного коллеги. – Демон был побежден конфетами Счастья и Радости.
– Точно! У меня же есть конфеты. Угощайтесь! – Господин Аяк достал из кармана пиджака конфеты в ярких обертках и подкинул их в воздух.
Сфинкс с вялым интересом принялась играть с одной из них, как с мышью. Эон закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
– На, скушай леденец, подсахари свое кислое личико.
Господин Аяк развернул конфету и насильно засунул ее Эону в рот. У того глаза чуть не вылезли. Яркий леденец мигом затрещал и зашипел, изо рта Эона повалила пена, переливавшаяся яркими цветами. Судья походил на сломавшуюся стиральную машинку, в которой зачем-то постирали радугу.
– Хватит! Это уже слишком! Я буду жаловаться Танату! – загрохотал Эон, вытирая губы.
– Кажется, я дал тебе не ту конфету. – Господин Аяк снял очки и, сощурившись, пытался прочесть надпись на обертке. – Нет, все верно. Конфета «Безграничной Радости». Наверное, у тебя аллергия на радость, потому что со стороны кажется, что ты проглотил «Бескрайнее Раздражение».
– У меня аллергия только на тебя! – выплевывая остатки леденца, рявкнул Эон. – Продолжаем заседание! В коридоре Прощения подсудимый смог пройти пять этапов из шести. Также он проткнул демона Вины, который значительно потерял в размерах, но все же полностью не исчез.
– И кого же он не смог простить? – подала голос Сфинкс. В ее глазах вспыхнуло любопытство.
– Себя, – сказал Эон.
– Частая проблема, – отметила Сфинкс.
От ее внезапно возникшего интереса и следа не осталось. Она вновь принялась вяло играть с разбросанными по столу конфетами.
– Простить и принять себя всегда страшно. – Господин Аяк часто закивал.
– Защита! – неожиданно громко обратился Эон к Тайло.
– Я здесь, – спокойно отозвался психофор.
– Вы наблюдали за всеми испытаниями. Какую оценку вы можете дать своему подзащитному? – Эон сцепил руки в замок, приготовившись внимательно слушать.
– Я считаю, что он справился достойно. Ни для кого не секрет, что коридор Прощения – самое сложное испытание. Мало кто проходит его с первой попытки.
– Это так, – согласился Эон.
– Совершенно и безусловно так, – поддакнул господин Аяк.
– А что насчет драки с вашим подопечным? – Взгляд Эона прыгал от Флинна к Тайло, точно мячик. – Вы использовали прием «мгновенная карма».
– Было дело, – кивнул Тайло.
– Драка! – отчего-то развеселился господин Аяк. – И каков был счет?
– 1:3 в мою пользу. – Тайло хитро покосился на Флинна. – Мой подопечный испытал на себе втрое больше, чем я.
– А кто из вас остановил драку? – с азартом поинтересовался господин Аяк.
– Никто. Нас разнял сам Дом.
– Какой заботливый Дом! – расчувствовался господин Аяк. – Порой нечто неодушевленное способно проявлять поразительную душевность.
– То есть даже после океана Гнева подсудимый плохо справляется со своей яростью? – уточнил Эон, забарабанив пальцами по столу. – Покончив со старыми демонами, он принялся взращивать в себе новых?
– Да, такая проблема существует, – неохотно признался Тайло. – Но он старается.
– Одних стараний мало, нужен результат, – подытожил Эон, что-то нацарапав в документах.
– Я считаю, что он есть, – не согласился Тайло.
Психофор держался холодно, прямо как Танат, а вот Флинна пробирала нервная дрожь.
– Ему нужно время, – продолжил Тайло. – Я уверен, что в будущем он со всем справится. И я готов быть его психофором до тех пор, пока это не произойдет.
У Флинна от сердца отлегло, он хотя бы будет не один.
– Эон, слышал? Им нужно время! Ну так что? Отмеришь мальчишкам пару веков? Или снова включишь режим скряги? – спросил господин Аяк.
Эон проигнорировал язвительный выпад в свой адрес.
– Ох, мой милый друг, ты стал экономить не только время, но и слова, – вздохнул господин Аяк. – Ладно, поболтаем в другой раз. Пора приступать к следующему этапу. Вызовите первого свидетеля! – Он ударил топором по столу.