Свободные отношения (СИ)

Только сейчас до меня доходит, насколько опасна эта игра и как сильно она может ударить по мне самой. Это все пустое, ненужное, бессмысленное. Уродливый хищный цветок, выросший на кровавых ошметках прошлого. Болезненное желание доказать что-то самой себе.
Я уже почти месяц в Москве, моя миссия подходит к завершению, скоро приедет Илья, которому я так и не призналась в затяжных шашнях с Ромой. И непременно начнутся большие проблемы, которые мне не нужны. Рома вряд ли по-джентельменски отступит в сторону, узнав, что я замужем, и просто коротала с ним время.
Хватит, наигралась, подёргала за веревочки, самолюбие потешила, но пора завязывать с этими играми.
— Все, засыпаю. Спокойной ночи, — резко обрываю наше привычное общение и откладываю в сторону телефон.
Мне надо подумать, о том, что происходит, о своем поведении и решить, как быть дальше. В том, что надо «избавляться» от Неманова я ни капли не сомневаюсь. Он мне не нужен.
Это была долгая ночь, наполненная неприятными мыслями, самоанализом, претензиями к самой себе. Я проснулась злая, растрепанная, не выспавшаяся, но принявшая окончательное, единственно верное решение. Пора заканчивать. Мне это не нужно. Неманов мне не нужен. У меня нет к нему никаких светлых чувств, только извращенный интерес, подогреваемый похотью. Гадкая смесь, которая еще никогда и никого не делала счастливым.
Моя главная ошибка в том, что давно надо было так поступить. Поставить точку после двух-трех встреч, когда еще этот яд не проник так далеко в кровь.
Илья, как всегда, был прав, когда говорил, что надо знать свой предел и никогда, ни при каких условиях через него не переступать. Надо четко осознавать свои слабости, держать их в узде, жестко контролировать, чтобы они не начали контролировать тебя. Наверно, Рома должен был второй раз появиться в моей жизни, чтобы я наконец поняла свои ошибки и окончательно отпустила прошлое.
Я не хочу его видеть, потому что внезапно вся прелесть нашего общения утратила свою притягательность. Я поняла, как выгладит со стороны наша вторая попытка: женщина, падкая на самообман, подпустила к себе человека, который когда-то раздавил, предал, причинил жуткую боль и выбросил из своей жизни, как ненужную вещь.
Зачем мне это потребовалось? Не получалось ответить на этот вопрос. Я хотела отомстить? Доказать, что стала крутой? Что со мной теперь нескучно? Что научилась классно трахаться?
Зачем? Какая польза со всего этого для меня самой??? Никакой! Что я получила от нашего повтора? Ничего!!! Только испачкалась.
Да, именно так. Внезапно я почувствовала себя грязной, предательницей. И придала я не мужа, здесь моя совесть была чиста, а саму себя, остатки своих принципов. Самое страшное, что в этом никто не виноват. Даже Илья, толкнувший меня на этот сомнительный путь извращенной свободы. Даже Рома с его матерым сволочизмом.
Меня никто не заставлял идти на этот шаг. Я все затеяла сама, поддавшись нездоровому любопытству, захотев узнать «а, что будет, если». А ничего не будет, абсолютно. Только пустота и сожаление.
Плавно ухожу в мыслях от Ромы в сторону Ильи. И снова испытываю раздражение. Непонятное, иррациональное. Меня неожиданно начинает бесить то, что давно стало привычным, то, на что я сама неосмотрительно согласилась, то, что вразрез шло с моим внутренним миром, моим воспитанием, моими ценностями.
Ящик Пандоры внутри меня раскрылся, выпустив на волю то, что давно было посажено на цепь, насильно спрятано в самые потаенные уголки души, чтобы никто не нашел, не достал, не растоптал.
Зачем мне все это?
Зачем с Немановым спуталась? Лучше бы в любовники выбрала кого-то другого. Незнакомого. С кем не было точек соприкосновения и грязного прошлого. Тогда, возможно, сейчас не было бы так неприятно, и не хотелось бы смыть с себя чужие прикосновения. Хотя… Не нужны мне никакие любовники. Зачем мне брак, в котором все можно? Зачем я стала такой же как Мартынов?
Похоже, свободные отношения — это не мое.
И что с этим делать, я не знаю, потому что на этой мнимой «свободе» построена вся моя жизнь.
Я словно на перепутье вышла, и не знала, куда мне двигаться дальше. Оставить все как есть, попытаться что-то исправить или сломать подчистую и строить заново, начинать жизнь с чистого листа?
Роман
Мне стыдно признаваться в этом самому себе, но я все чаще ловлю себя на мысли, что мне хочется обратно, туда в прошлое, где она меня встречала искренней улыбкой, где я был центом ее вселенной. Сейчас бы все было по-другому, потому что новая Варька мне подходит. По всем пунктам. Гребаный идеал ворвавшийся, словно торнадо, в мою жизнь.
Мне хочется забрать ее к себе, потому что когда она появлялась в моей квартире, меня не оставляло ощущение, что так оно и должно быть, что ее место здесь, рядом со мной. Осталось ее в этом убедить. Как? Понятия ее имею.
Ошибки прошлого сейчас стоят между нами нерушимой стеной. Впервые я пожалел о содеянном. Нет, не об Ирке — она слишком незначительный эпизод, чтобы о ней жалеть, да и вообще вспоминать. Я жалел о том, что не смог уберечь наши отношения от неприглядной правды. Надо было отпустить ее, не мороча голову. И тогда сейчас, между нами не было бы всего этого дерьма. Мы спокойно смогли бы попробовать еще раз, без оглядки на нелицеприятное прошлое.
Но уже поздно. Нынешняя Варя хоть и улыбается, хоть и целует, но стоит на тропе войны. Играет со мной, крутит как хочет. Трахается со мной, но не подпускает близко к своему личному миру. Впервые в жизни это задевает. До зубовного скрежета хочется узнать, что у нее в голове, хочется приручить, чтобы как раньше ласковой кошкой ко мне льнула.
Только хреном по наглой морде, а не ласка мне. Эта кошка гуляет сама по себе. То позвонит посреди ночи, то три дня не объявляется, наглухо игнорируя меня.
Вот и сегодня я не видел ее ни разу.
Лисовая молчит словно партизан, когда пишу ей, не берет трубку, когда звоню. Как всегда, доводя до бешенства. У меня руки чешутся, так сильно желание ее придушить, или отшлепать по наглой заднице. Но она будто неуловимая тень, исчезает, не позволяя к себе приблизится.
Под конец дня одолевает непреодолимое упрямство, звоню ей до тех пор, пока не отвечает.
— Глухая что ли? Или специально игнорируешь? — наезжаю, потому что градус бешенства уже зашкаливает. Довела своим молчанием!
— Нет, — хрипит в трубку, и у меня тут же тревога поднимается.
— Что с тобой?
— Все хорошо, — снова скрипучий голос и шмыганье.
— Хорошо?! Да ты себя слышала?
— Нет, — посмеивается невесело, — не слышала. Уши закладывает. Что-то я приболела.
— Я уже понял это. Температура?
— Небольшая. Тридцать семь и восемь.
— Уже порядочная. Что еще?
— Больше ничего
— Варя! Заканчивая со своим гонором. Просто по-человечески расскажи, как себя чувствуешь.
— Неманов, не включай заботливого папочку. Тебе не идет, — усмехается она, но в конце голос срывается, переходя в кашель.
Ее слова задевают, царапают. Потому что сейчас, в данный конкретный момент, я действительно о ней беспокоюсь. И мне не плевать.
— Хватит, — цежу сквозь зубы.
— Да все нормально. Забей. Просто простыла. Нос не дышит, да горло саднит. Ничего страшного, — произносит устало.
— Давай я к тебе приеду!
— Зачем? — снова насмешка в голосе, — давно ли ты у нас во врачи заделался? Я уж сама как-нибудь справлюсь. Отлежусь сегодня, и завтра как огурчик буду.
Я не стал спорить. Просто решил, что поеду и все. И не за чем это обсуждать.
— Как хочешь, — соглашаюсь сдержано, — не буду тогда мешать. Ложись отдыхать.
— До встречи, — сопливая Лисовая отключается.
Я завершаю все дела, часть из них бессовестно перекидывая на следующий день, и торопливо покидаю кабинет.
Сначала заезжаю в аптеку. Не знаю, что ей подойдет поэтому покупаю целый пакет: капли в нос трех видов, микстуру, таблетки какие-то, жаропонижающее, обезболивающее, противовирусное, противовоспалительное, леденцы для рассасывания, специальные пластыри-ингаляторы. Хватило бы чтобы обеспечить какую-нибудь сельскую поликлинику.