Дракон принцессе (не) жених

Боль! Именно она послужила оружием. Дракон взревел, когда внезапно ощутил всё то же, что и я, и пламя стало ещё ярче. А потом он услышал звуки боя там, наверху, и забыл обо мне, как о противнике.
Ириана. Драконья королева, однажды уже лишившая его человеческой ипостаси. С одной стороны, он мечтал перекусить ей горло, с другой – хотел вновь пуститься в древний драконий пляс, сплетаться с нею воедино в небесах.
«Ты уже раз сплетался! – зло оборвал дракона я. – И теперь там, внутри, твой ребенок, ещё не вылупившийся из яйца! А эта чешуйчатая стерва собирается его забрать! Украсть! И ты больше никогда его не увидишь!»
Я не знал, насколько силен у драконов родительский инстинкт. Возможно, самцы вообще не испытывают никакой привязанности к собственным детям?
Но нет. Мой дракон взревел от негодования. Вспомнил, как высиживал яйцо, как укрывал его пламенем, как обнимал хвостом и представлял себе маленького дракончика, которого будет обучать полету, помогать встать на крыло.
Да, возможно, человеческий детеныш и не вызвал бы у дракона никакого желания его защищать. Но ведь в яйце находился маленький дракончик! И Альдо, точнее, его крылатая половина, представлял себе этого малыша с голубой чешуей, представлял, как тот будет взмывать к небесам и носиться, играя, над этими скалами, как будет летать по поместью, распугивая слуг.
В какую-то секунду человеческие и драконьи воспоминания перемешались. И Ириана больше не была желанной женщиной, нет. Она превратилась в лютого врага, которого следовало сразить, чтобы защитить свою кровиночку от любой напасти.
Дракон взревел и взмыл в воздух.
Нет, не дракон.
Я.
Мы.
Мы были практически единым целым – пусть только на этот короткий миг, когда дракон нуждался в моём холодном, расчетливом уме и опыте, чтобы не поддаться, когда драконица вновь вильнет хвостом. В ней, в конце концов, привлекательность лишь внешняя.
И совершенно гнилая душа.
Альдо Велле, в куда большей мере слившийся со мной, человеческим психотерапевтом Романом, осознающий себя одним целым, готовый к сражению, огненной горой поднялся над поместьем – и с удивлением обнаружил, насколько он громаднее драконьей королевы.
Так она, взревел дракон, отобрав у него человека, отобрала и первенство?!
В один миг я почувствовал всё драконье тело. Не как гость, а как настоящий хозяин. Взмахнул на пробу крыльями, пытаясь адаптироваться к огромным габаритам, и некая неведомая сущность подтолкнула меня вперед, обучая полету быстрее, чем я успел даже моргнуть.
Я огненной горой завис за спиной Ирианы, тяжело взмахивая крыльями, и громким ревом привлек к себе внимание. В голове осталось мало осознанных мыслей, только одна: она сейчас атакует мою женщину и моего ребенка, точнее, яйцо.
Ириана наполовину пролезла в дыру, которую успела уже пробить в стене моего поместья. Но в этот миг я ощутил в себе силу, большую, чем когда-либо. Если будет нужно, я перегрызу этой чертовой стерве горло!
Дракон понятия не имел, что такое чертова стерва, но в общем-то был со мной согласен. Я рванул вперед и вцепился зубами в хвост Ирианы, дернул её на себя, вытаскивая наружу. Она забила крыльями, попыталась заползти обратно в поместье, но тщетно. Теперь я понимал, насколько ничтожно её сопротивление в сравнении с моей мощью. Дракон Альдо был, наверное, раза в два больше, чем синяя королева.
Приложив усилие, он смог наконец-то выдернуть её из поместья. Ириана попыталась взмыть в воздух, но пламя стремительно распространялось по её телу и, кажется, жгло чешую. Я не чувствовал ни капли боли, огонь был частью моей сущности и плясал на чешуе.
Драконица попыталась извернуться, и я наконец-то разжал зубы. Но не дал ей отлететь слишком далеко, просто позволил на несколько секунд ощутить свободу и вновь защелкал зубами, преграждая все пути к отступлению. Ириана ревела, отбиваясь, бросала какие-то ментальные сигналы, но её магия выгорала, стоило ей только соприкоснуться с моей пламенной чешуей, и я наступал, осыпая драконицу предупредительными ударами.
Наконец-то она поняла: победы не будет. Взмыла в воздух, уже почти не защищаясь, и тоскливо зарычала, а потом спешно бросилась прочь. Она летела неровно, с трудом, заваливаясь на левый бок, и догнать её, столкнуть вниз, на острые пики скал было совсем несложно. Мне понадобилось совершить огромное усилие над собой, чтобы не догнать драконицу и не отомстить ей за всё одним коротким укусом, что лишил бы её жизни.
Но становиться убийцей... Этого хотел дракон, но у меня в сознании забилась чужая паническая кровь: ощутив кровь сородича на языке, дракон больше не позволит вернуться в человеческую ипостась. Он поглотит меня, если обретет больше силы, и безумный Альдо Велле вернется вновь.
Потому, проводив сбежавшую Ириану взглядом, я повернул назад. Тяжело взмахнул крыльями и устремился к поместью. Наполовину разрушенная стена выглядела очень жутко, а тонкий драконий нюх уже позволил удостовериться: Марлена там, яйцо тоже.
И кто-то.
Мужчина.
Ревность заслепила мне глаза. Я попытался пробраться внутрь, но габариты не позволяли. А он был там. Другой дракон, слабее физически, но с отвратительно сильной магией, пахнущей так, что просто дух забивало.
Чтобы оказаться внутри, мне пришлось запустить все существующие в организме механизмы уменьшения. И тело, всё ещё объятое пламенем, сжалось в десятки раз.
Я ещё драконом, хоть и маленьким, влетел в зал. Лапы заскребли по мраморному полу. Потом вновь была болезненная вспышка, и я вновь ощутил свои человеческие руки и ноги.
Но моё сознание всё также было единым с драконьим. И прежней человеческой рассудительности, способности мыслить здраво там не осталось ни на йоту. Я издал что-то, что, должно быть, в драконьем теле звучало бы как рык, а не как странное человеческое поскуливание, и бросился вперед.
– Альдо! – услышал я оклик Марлены.
Остановился посреди помещения. Не понимал до конца, где нахожусь, насколько одет, но увидел её, и в глазах зажглось пламя.
Цела. Правда, слаба, это я тоже чувствовал, хоть и нюх был уже не таким острым, как в крылатой ипостаси. Пошатывается, с трудом стоит на ногах, но с этим я справлюсь, отдам ей часть своих сил, у меня их достаточно! И яйцо за её спиной тоже цело. О! Она защищала его...
– Альдо, Марлена, вы целы?
Я дернул головой. Голос был незнакомым и определенно мужским. Я вновь вспомнил о незнакомом драконе и понял, что это он. В человеческой ипостаси незнакомец был примерно моего роста, строен и, должно быть, привлекателен для Марлены. Во мне проснулась дикая ревность. Уничтожить! Убрать противника с пути, прежде чем он успел хоть как-то привлечь внимание Марлены!
И, забыв о здравом смысле, я бросился на незнакомца, глухо, по-драконьи рыча.
– Альдо, нет! – предупредительный крик Марлены пролетел мимо моих ушей.