Тарзанариум Архимеда

Вот и все. Окончание первой коммерческой экспедиции. Довольно неудачное, нужно заметить, окончание. Пусть хоть Сергею Михайловичу повезет. Руслана перевела взгляд к противоположному краю горизонта и различила желтое пятнышко лунного модуля, выползающего из-за него. Со стороны Солнца к нему приближалось другое. Точно такое же. Руслана порывисто, насколько это было возможна, села. Олег, замерший на груде натасканных ими камней, тоже смотрел в том же направлении. В наушниках, еще вибрирующих от его ругани, слышалось тяжелое дыхание. Словно прибой на берег накатывался. На берег лунного моря, никогда не знавшего плеска прозрачных волн.
— «Тайга-Луна», «Тайга-Луна», — разрезал тяжелые всхлипы напряженный голос Наруддинова, — я — «Тайга-Орбита». Командир, ты не поверишь, но к нам гости едут.
— Видим, — хрипло прозвучало в наушниках. — Ну, что я тебе говорил? Конкуренты не дремлют.
Руслане почему-то показалось, что лицо в гермошлеме скафандра Тресилова исказилось кривой усмешкой.
— Да кончай ты шутить, Олег! Какие конкуренты! Тут чудеса чудные творятся!
Два пятнышка на черном небе сближались и сближались. И вот второе внезапно остановилось, помедлило и конкретно заскользило по черному небосводу по направлению к первому. Руслана ощутила, как по ее коже поползли мурашки. Никакой радости она не испытывала. Может быть, «пока» не испытывала?.. С большим трудом, не отрывая глаз от орбитальных светлячков, Барбикен заставила себя принять горизонтальную позу.
— Командир, ты помнишь, как Ричардс с «Дискавери» доложил, что видит какой-то объект? Над этим потом все НАСА голову ломало. Так вот, сейчас — что-то похожее. Правда, тогда это произошло рядом с челноком. И размеры объекта были, если я не ошибаюсь, фута два. А сейчас… Расстояние до объекта — километров тридцать. Очень хорошо светится. И, главное, маневрирует! Маневрирует, Олег!
— Что маневрирует, мы тоже уже заметили. Искусственное оно, что ли? — спросил Тресилов ровным спокойным голосом. Но это спокойствие почему-то наполнило Руслану холодной липкой жутью.
— Оно приближается, Олег! Приближается!
— Спокойней, Серега… Спокойней. Опиши его.
— Сейчас, сейчас… Представь себе огромное металлическое яйцо, — чувствовалось, что спокойствие Наруддинову стоило немалых усилий. — Метров двадцать, я думаю, в меньшем диаметре. На остром конце, переднем, нашлепка какая-то черная. Наверное, из другого материала. На заднем конце — выпуклости непонятные. В количестве, если не ошибаюсь, четырех штук. Сопла, что ли?.. Форма объекта очень функциональная. На земные аппараты ни с какой стороны не похоже.
— Много ты знаешь о земных аппаратах, — услышала Руслана бормотание Тресилова. Или ей показалось, что она услышала?
— Олег, — голос Наруддинова стал тонким, как лезвие бритвы, — он сбрасывает скорость. Медленней. Еще медленней. Черт, чем же он маневрирует?.. Мерцание какое-то сзади… Ложится на параллельный курс. До него не больше километра. Мы двигаемся рядом. Рядом!
Светляки передвигались по черной дуге лунного неба, словно привязанные друг к другу.
— Никаких деталей на поверхности «яйца» не видно?
— Ряд кругов по периметру чуть ниже нашлепки и… Надпись, что ли?.. Слушай, Олег, я срочно вызываю «Дальтур». Нужно им сообщить. Такого еще свет не видывал! Да и «Роскосомосу»…
— Отставить!!! — чуть не лопнули наушники скафандра Русланы от разъяренного крика Тресилова. — Отставить! Что ты им сообщать будешь? Хочешь, чтобы всех нас тут за идиотов приняли? Чем они нам помогут? Чем они нам помогли? Советы только давали да сопли вытирали…
— Совершенно верно, — раздался внезапно в эфире хорошо поставленный, незнакомый мужской голос.
Руслана вдруг ощутила такой жар, словно с нее содрали скафандр и бросили, голую, под раскаленное лунное солнце. Это ощущение внезапной обнаженности усилилось и тем, что у нее перехватило дыхание. Как в безвоздушном пространстве. Голос был твердым, уверенным и каждая интонация в нем — математически выверенной. Так мог говорить только Бог. Или Сатана.
— Совершенно верно, — повторил голос. — Сделать соответствующие разъяснения и оказать вам помощь в данной ситуации смогу только я. — И, поскольку эфир пораженно молчал, добавил: — Если, конечно, пожелаете. — Эфир снова молчал. Поэтому голос был вынужден холодно произнести: — Позвольте представиться. Дэн Маккольн, борт «Лунной Республики».
— Здравствуйте, — пискнула Руслана. Ребята слышно не было.
— НАСА, что ли? — в конце концов, выдохнул Наруддинов.
— Никоим образом.
— Европейцы?
— Не нужно гадать. Я — «Лунная Республика». И этим сказано все.
Наруддинову понадобилось около минуты, чтобы переварить полученную информацию. После этого он кашлянул в пространство:
— Да нет, сказано еще не все. И объяснено. Командир, — обратился он к Олегу, — я просто обязан связаться с «Дальтуром» и обрисовать ситуацию. — В его голосе проскользнули насмешливые нотки. — Так, говоришь, конкуренты прибыть могут? Ну-ну…
— Я имел в виду «Пан-Орбитал», — суетливо кинул Тресилов, но его перебила «Лунная Республика».
— Никому ничего сообщать не надо. — Голос Маккольна оставался спокойным, но стал таким холодным, что Руслана поежилась в скафандре. — Конечно, я здесь оказался не случайно. Меньше нужно было на всю вселенную кричать про аварию. Даже на закрытых частотах. Однако, мой рейс экспериментальный и окутан легким флером таинственности. Не хотелось бы нарушать этого приятного состояния.
— Я вынужден принести свои извинения за определенное нарушение вашего комфорта, — не менее изысканно отозвался Наруддинов, — но, согласно инструкциям, я обязан связываться с полетным центром при малейшем отклонении от штатной ситуации.
— По-моему, вы отклонились от нее настолько далеко, что еще один шаг в сторону ничего не изменит.
Тресилов молчал. Руслана не выдержала:
— Да бросьте вы!.. Господин Маккольн, а вы можете снять нас с поверхности?
— Вот, — отозвалась «Лунная Республика», — я всегда говорил, что истинное положение дел ясно, хотя и интуитивно, ощущают только женщины и дети. Конечно, смогу… Госпожа Барбикен, если не ошибаюсь? Можете называть меня просто Дэн. Это относится и к остальным членам экипажа «Тайги».
— У вас довольно много информации, — хмуро заметил Наруддинов. — В отличии от нас.
Желтые пятнышки орбитальных аппаратов начали подползать к ослепительному пространству солнечной короны.
— Хватит ерничать Сергей! — неожиданно зазвенел голос Тресилова. — Тебе хорошо рассуждать там, наверху. А у нас, между прочим, модуль снова завалился. В другую сторону. Хуже того, воздушные баки раздавило. Если в течении еще нескольких часов мы не покинем Луны, то… В общем, я приказываю тебе ни с кем не связываться. Это, заметь, вопрос жизни и смерти двух людей.
Руслана поймала себя на том, что при каждом слове Олега она согласно кивает головой.
— Совершенно верно, — послышался спокойный голос Дэна. И тон этих слов настолько был похож на тон самых первых слов, услышанных экипажем «Тайги» с борта «Лунной Республики», что вызвал впечатление магнитофонной записи.
— Ну, если вы ставите меня в такие условия… — неуверенно начал Наруддинов. — Хорошо. Забирайте людей, господин Маккольн. Я — молчок…
Руслане показалось, что в последней короткой фразе Сергеем Михайловичем было недосказано какое-то слово. И она имела большое подозрение, что этим словом было слово «пока». Очевидно, такое ощущение возникло не только у нее, потому что в шорохе усиливающихся радиопомех она разобрала, как «Лунная Республика» ответила орбитальному модулю «Тайги»:
— Господин Наруддинов, я бы не советовал вам нарушать те условия, в которые вы поставлены. Если же вы равнодушны к судьбе ваших товарищей, то у меня есть другие способы получения вашего согласия. Очень радикальные, должен я вам сказать, способы…
Голос окончательно растворился в шорохе радиоволн. И почти неразличимые желтые пятнышки скатились за покатый горизонт, обожженный сияющей солнечной короной. Барбикен и Тресилов молчали, провожая их взглядами. На какое-то мгновение Руслане показалось, что корона дрогнула и по ней пробежали быстрые круговые волны. Почудилось, наверно.