Ал'Ваар. Мир, покоривший драконов
— Жди.
— А что будет?
— Сейчас!
Длинные силуэты, взрезая плавниками морскую гладь, на огромной скорости проплыли по-над самой поверхностью воды и синхронно ушли на дно, закручиваясь в спирали. Несколько секунд ничего не происходило, а затем в тех местах, где они только что были, начали формироваться небольшие водовороты, приобретая насыщенно-синий оттенок.
— Как красиво, — прошептала Таня.
Но не успела девушка закончить фразу, как из самого центра воронки вынырнул огромный водяной дракон, способный потрясти своим видом любого, кому выпадет шанс созерцать его. Блеснув сине-зеленой чешуей, он сделал кувырок и вновь скрылся в толще воды, резвясь и выписывая круги. Через секунду, разрывая волны в клочья, в воздух взлетело еще два красавца — каждый метров сто в длину. Их чешуя отливала золотом, а плавники вокруг головы создавали нечто вроде гривы. У одного на спине красовался внушительный гребень. Они явно были парой, потому что, даже вернувшись в свою стихию, продолжили путь рядом. Завершал представление двадцатиметровый детеныш. Он выныривал четырежды и каждый раз, сделав круг в воздухе, неуклюже падал в воду, поднимая облако брызг. Еще немного поплавав на небольшой глубине и дав нам время насладиться зрелищем, драконы резко изменили курс и один за другим скрылись в глубине Разлома, оставляя нас наедине с пережитым восторгом и ощущением нереальности происходящего.
Таня не дышала и смотрела на все широко открытыми глазами, мертвой хваткой вцепившись в перила балкона.
— Кто это? — наконец смогла вымолвить она, когда хвост последнего существа скрылся из вида.
— Водяные драконы. Они выходят на поверхность только перед дождем. Их осталось очень мало, а потому увидеть такое — большая удача.
— Они опасны?
— Нет, совершенно безвредные существа, — я поднял глаза к небу. — Сейчас начнется.
— Что?
Частые капли дождя устремились с небес на землю, неся прохладу. Я повернулся к девушке как раз в тот момент, когда она удивленно взглянула на свою вмиг намокшую ладонь и рассмеялась.
— Но как?
— Это ма-а-агия-я-я, — поддразнил я ардерию.
— Ты врешь! — она легко толкнула меня в грудь, зацепив подушечками пальцев полоску голой кожи в том месте, где рубашка расходилась из-за полного отсутствия пуговиц.
— Драконы всегда уходят под воду за пару минут до начала, — удовлетворил я ее любопытство, перехватывая руку и возвращая себе на грудь.
Однажды один очень хороший человек сказал мне: если девушка никак не соглашается на что-то, отступи. Но ненадолго, чтобы она не успела придумать десять причин сказать «нет» против всего одного довода в пользу «да». Подари ей яркие эмоции. Такие, о которых она потом будет вспоминать до конца жизни. И на пике этих эмоций… задай свой вопрос еще раз!
Прижимая теплую ладошку к своему бешено колотящемуся сердцу, я последовал совету друга.
— Таня, ты не ответила мне вчера.
Явно не ожидав такого поворота, ардерия аккуратно попыталась высвободить руку и сделать шаг назад. Я напрягся. В течение долгих мгновений, показавшихся мне вечностью, она стойко удерживала мой испытующий взгляд, после чего повернула голову в сторону моря и вздохнула, не произнося ни звука.
— Таня! — попытался я вернуть ее внимание, понимая, однако, что моя затея трещит по швам.
— Ты серьезно? Хочешь разобраться в этом именно сейчас?
— От тебя требуется всего одно слово!
— За словом должно последовать дело, Ян. Я не готова к этому. Мы едва знакомы.
— Ты не можешь так поступать со мной!
— Тогда зачем задавать вопрос, если на него есть всего один вариант ответа? — вся радость в глазах девушки вмиг исчезла. Вместо нее там поселилась злоба и раздражение. — Пусти меня! Мне холодно.
Только сейчас я осознал, что мы оба насквозь промокли. Ардерия выдернула руку, подошла к двери, и, не оборачиваясь, нырнула в темную пасть замка, радушно принявшую свою гостью. Я поспешил за ней, на ходу стараясь успокоиться и унять гордыню.
Всю дорогу до спальни мы шли молча. Инстинкт самосохранения кричал мне об опасности, исходящей от неопытного архимага, находящегося под весьма сильными негативными эмоциями. При желании она могла сравнять с землей половину замка, похоронив меня под его руинами. Но, к счастью, даже каменная пыль осталась лежать на своих местах, не говоря уж о стенах.
Добравшись до покоев, Таня первым делом залезла в шкаф, достала оттуда сухой комплект одежды и поспешила скрыться за спасительными дверьми ванной-комнаты. Следовать за ней было верхом глупости. Из-за стены донесся звук льющейся воды. Это значило, что у меня есть минут пятнадцать, чтобы придумать способ извиниться за испорченное настроение и вернуть расположение ардерии. Наспех натянув первые попавшиеся штаны взамен насквозь промокших, я прилег на кровать и закрыл глаза, перебирая в уме все возможные варианты. Усталость прошедшего дня, богатого на эмоции и переживания, нещадно навалилась на меня, заставляя отключить мысли и расслабиться. Мне нужна была всего минуточка… Всего секундочка… Хррр…
* * *
Вспышка боли прошила все мое тело. Я даже не сразу понял, что уснул. Ожог расползался во все стороны от линии, идущей от левой лопатки через бок к бедру. Я подпрыгнул на кровати, переворачиваясь в воздухе и хватая… руку Тани.
— Больше никогда так не делай! — спросонья голос больше походил на рычание.
— Что это за шрам?
— Долгая история, — буркнул я, успокаиваясь.
— Я никуда не спешу.
— Ты еще не готова.
— И как, скажи, выходить замуж за человека, у которого сплошные секреты и недомолвки?
Я молчал.
— …и знак-запиратель на лопатке! — добила она.
— Откуда ты знаешь значение знака?
— Асаврипар рисовал такие на стенах, пытаясь запереть мою магию в комнате.
— Не вышло?
— Сам видел.
— Это «условный запиратель», — поправил я ардерию. — Там не хватает пары штрихов до «полного».
— А в чем разница?
— «Условный» активируется заклинанием, в то время, как обычный впитывает всю магию без разбора. Был бы там истинный «запиратель», я бы не смог читать мысли и… — я осекся.
— Тогда зачем он?
Я встал с кровати и прошелся по комнате, взвешивая все «за» и «против». То, о чем мне предстояло рассказать Тане, она должна была услышать уже будучи ардерой, потому что в такие тайны можно посвящать только свою пару. Боль от прикосновения девушки не унималась и очень мешала думать. Сердце подсказывало мне, что пора впустить ардерию в свой «мир», а разум отчаянно сопротивлялся: «ты уверен, что ей там понравится?».