Ал'Ваар. Мир, изменивший драконов

Вторая попытка убрать руки от арда и разорвать поток далась мне с большим трудом. Налитые свинцом веки так и не позволили открыть глаз, но я отчетливо понимала, что больше не чувствую под пальцами пульсирующую горячую плоть, что во мне еще остались силы дышать и думать. Вот только отделаться от ощущения, что связь осталась, мне так и не удалось. Снова и снова я сбрасывала призрачные оковы, трясла руками и заламывала пальцы. Тщетно. Отчаяние поглотило мой разум. И я сделала самую большую ошибку в своей пока-еще-жизни: начертила в воздухе «Йуль» и ударила по его центру раскрытой ладонью…
– Hic et nunc! (*Здесь и сейчас!)
Пххх…
Тоненькая пуповина оборвалась. Я сделала глубокий вдох, расслаблено улыбнулась и ощутила вокруг себя… пустоту. Теплую и уютную, словно пуховый кокон.
Высшая магия предъявила счет за свою помощь. И цена оказалась непомерно высокой – «жить долго и счастливо» отменялось.
   
Глава 8. Янгор
Свет заливал комнату, рассыпая искристые брызги по стенам. Птичий гомон врывался в приоткрытые окна и кружил в воздухе до тех пор, пока очередная трель на несколько десятков голосов не затмевала его своей красотой.
Я лежал с открытыми глазами уже несколько минут и не мог понять: почему Пределы Великих Владык, где я точно должен был переродиться после смерти, выглядят так же, как мои покои? Рана все еще давала о себе знать жаром и тянущей болью, но желание поскорее умереть, лишь бы ничего не чувствовать, наконец, отступило. Меня вновь радовал яркий свет, а пение птиц не казалось ужасной пыткой.
Единственная странность, которую я заметил – это огоньки, изредка появляющиеся под кожей. Они были разными по размерам и яркости, но их определенно получалось отнести к двум противоборствующим сторонам: стоило красному вспыхнуть, рядом тут же зажигался голубой и гасил его, теряя свое свечение.
Я с интересом рассматривал руки, когда в дверь вошел Тьеш.
– Рад видеть вас в сознании, ард Янгор Ор’ен! – Тьеш задержался в дверях для легкого поклона.
– Странно… – протянул я, рассматривая выставленную перед собой руку. – Почему так, а не наоборот?
– Простите?
– Почему именно голубые искры атакуют красные?
– А, вы об этом! – маг заметно расслабился и прошел в комнату. – Магия Тани уничтожает остатки горисила в вашем теле.
– А-а-а… Ну если так, то хорошо. Пусть работает.
Я перестал любоваться борьбой огоньков и внимательно посмотрел на ална, усаживающегося на стул рядом с моей кроватью. Его волосы, собранные в тугой хвост, и закатанные рукава наталкивали на мысль о кропотливой работе, скорее всего, прямо или косвенно связанной с моим здоровьем.
– Как вы себя чувствуете? Рана?
– Что рана?
– Болит?
– Болит. Но Танина магия, видимо… Стоп! Что вы сказали?! «Магия Тани уничтожает остатки горисила»?! Таня здесь?
Осознание свалилось на меня, словно разожравшийся дракон, чьи крылья попросту не выдержали гигантского веса.
– К ней сейчас нельзя.
– Как это нельзя?! Мне нельзя? Ведите, Тьеш! Я хочу ее видеть!
– Ард Янгор, при всем уважении к вашим желаниям, нет.
Гнев захлестнул меня рокочущей волной, лишая возможности мыслить трезво. Я непонимающе уставился на Верховного мага алнов и попытался четко сформулировать в голове свое ардовское требование, но никак не желание. Может, после долгого восстановления я неправильно изъясняюсь?
– Или вы сейчас же ведете меня к Тане, или я сам найду ее по остаточному следу магии.
Кривясь и скрежеща зубами от боли, я встал с кровати и едва не потерял равновесие. В ушах противно зазвенело.
– Ваша Сила заперта до тех пор, пока организм не очистится от горисила, – снисходительно напомнил Тьеш, подскакивая со стула и преграждая путь. – Прошу, вернитесь в кровать. Вы еще не готовы к прогулкам.
– Тогда объясните, что здесь происходит! – гневный рык застрял в горле, заставив меня закашляться.
– Сначала покой…
Мужчина скрестил руки на груди и занял выжидательную позицию. Обманчивое спокойствие скрывало полную готовность прийти на помощь или отразить атаку, будь у меня магия. Правая бровь взлетела вверх, давая понять, что маг не отстанет.
– В любой другой ситуации…
– В любой другой ситуации, – перебил Тьеш, – меня бы тут не было. Асмэйн горит в драконьем пламени, воды Иэклейна алы от пролитой крови, а в районе ПОМША произошел такой магический всплеск, что я даже боюсь представить что там произошло!
– Но вы здесь, мой друг, и я обязан вам жизнью.
– Не мне, – устало выдохнул маг и осекся. – Ей.
Нехорошее предчувствие засвербело где-то под ребрами, вызывая острую потребность почесать их изнутри. Я внимательно посмотрел на взвинченного ална, но тот лишь отвел бегающий взгляд и стал нервно жевать нижнюю губу.
– Скажите мне, что она жива!
– Не могу.
– Тьеш!!!
– …как и не могу сказать, что мертва.
Я рухнул на кровать, пытаясь «проглотить» услышанное.
– Она на пути к Чертогам. Мы пытались вернуть ее. И до сих пор пытаемся.
– Мне нужно увидеть Таню.
– Мне жаль.
– Тьеш, вы меня слышите?!
– Она в энергетическом коконе. Снаружи запиратели, внутри рассеиватели – Пятерка делает все возможное, чтобы вернуть архимагу жизненную Силу. К ней нельзя.
– Предлагаете мне валяться тут на кровати в то время, как моя ардера умирает?! Она из-за меня там!
– Это ее выбор.
– Да очнитесь же вы! Что вы чувствовали, когда вашу пару… – я прикусил язык и ощутимо ударил себя по бедру.
– …убивал Халдрон. Договаривайте, раз уж начали.
– Простите, я не хотел.
– Я сражался за нее до последнего. И теперь я открыто заявляю свои права на жизнь арда Первых! Он – мой!
Тьеш отчаянно рубанул ребром ладони по воздуху. Стул жалобно скрипнул и завалился на бок, криво опираясь на отсеченную на треть ножку.
– Если вам будет легче, идем. Помочь вы Тане – не поможете. Ваша магия заперта. Но быть рядом вам необходимо.
Не говоря больше ни слова, он развернулся на одних пятках и зашагал прочь из комнаты. Мне пришлось сильно постараться не отстать. Рана сильно тянула, заставляя сгибаться почти пополам. Каждый шаг отдавался болью во всем теле, проникающей, казалось, в каждую клеточку, отчего даже вдох становился дробным и громким.
Я корил себя за слабость. За слабость использовать слабости других в угоду себе. Тьеш был хорошим человеком и сильным магом. Я знал его много лет и дорожил нашей дружбой. Но то, что случилось с его парой, носящей под сердцем ребенка… Да, моей черствости позавидовал бы сам Халдрон, хладнокровно утопивший пару Верховного в водах бухты Хесвайт в то время, как соплеменники Первого поддерживали огненную стену, не давая Тьешу даже малейшего шанса спасти свою женщину и еще не рожденного ребенка.