Ал'Ваар. Мир, изменивший драконов

Спустя некоторое время Вейр заметно снизился и замедлил полет.
– Что-то не так?
– Над Зорррхом охранное заклинание. Я не донесу тебя.
– А если пробьем его?
– Обнаружим себя.
– Предоставь это мне. Если я пробью брешь, сможешь отвезти меня в замок?
– Смогу.
– Тогда вперед.
– Можешь начинать «бить». Зорррх на горизонте.
Я подняла голову. Вдали, вдоль ленты широкой реки, впадающей в Большую воду, расползался город, чье название заставляло мое сердце биться чаще. Марево, уходящее далеко в стороны и вверх, и было куполом, защищающим столицу Зокрихана. Маги Пятерки постарались на славу! Взять с ходу сложное переплетение нескольких видов охранных заклинаний мне не удалось. Я вновь и снова пробовала пробиться сквозь пелену защиты, словно вор-медвежатник подбирая разные «отмычки». Бесполезно. Но одно я знала наверняка: Азърохан уже поднят по тревоге и пытается разглядеть атакующего. А это значит, что купол совсем скоро будет подпитан, и тогда мне точно придется шлепать пешком через весь город.
Что ж… Там, где не работают «отмычки», появляется лом. А против лома, как известно, нет приема. Так что, господа маги, подвиньтесь и наслаждайтесь зрелищем. Я начертила в воздухе «Йуль» – знак из разряда Высших, призванный отменять любые заклинания, и ударила по нему раскрытой ладонью:
– Hic et nunc! (*Здесь и сейчас!)
Поверхность щита пошла рябью и уже в следующее мгновение он лопнул, словно детский шарик, налетевший на иглу.
– Ого! – вырвалось у Вейра.
– А теперь лети, как не летал никогда. Пятерка мне этого не простит.
Дракон послушно нырнул вниз и практически на бреющем вошел в город. Я поджала ноги, чтобы не задеть крыши домов, ставших слишком уж близкими. Замок Яна я скорее почувствовала, чем увидела. Светлый камень горел в лучах Тройки, привлекая обманчивым теплом узорчатых стен и королевским спокойствием резных башенок.
Люди внизу недоуменно смотрели в небо, пытаясь понять: откуда взялся ураганный ветер, сбивающий с ног и творящий на улицах настоящие беспорядки. Но щит, удерживаемый мной, был крепок и непроницаем. А потому, не разглядев ровным счетом ничего, мирливины молча поднимались и принимались за свои дела: кто-то собирал разлетевшиеся фрукты, кто-то успокаивал встревоженных доларов, а кто-то просто шел себе дальше, списав необычное явление на капризы природы.
– Давай в Верхний Сад, – скомандовала я, указывая пальцем вправо.
Вейр заложил вираж и ловко спикировал в центр полукруглой смотровой площадки, откуда еще совсем недавно я с наслаждением разглядывала разлом.
– Спасибо! А теперь лети! Я буду держать щит, насколько смогу дотянуться.
– За меня не переживай. Спасай арда Янгора.
– Торопись, Вейр. Купол вот-вот вернут на место.
– Я не прощаюсь, Таня.
Первый лихо подскочил на всех четырех лапах, перемахнул через перила и ушел в сторону Драконьего Когтя, стремительно набирая высоту.
– Молодчина, Вейр. Там тебе защита не нужна. У Азърохана не такие длинные руки.
Проводив черного дракона взглядом, я поспешила в замок, предпочтя остаться для всех невидимкой. Дорогу к покоям арда искать не пришлось – ее мои ноги знали наизусть. Пару раз я едва не столкнулась с ари, один раз зацепила плечом стражника, но в целом довольно быстро добралась до заветной двери.
Пальцы сами обхватили ручку, в то время, как мозг отчаянно пытался понять что говорить и главное – что делать? Сердце ухало где-то в области затылка, мешая думать. Мысли носились встревоженным пчелиным роем. Но одна лишь фраза из-за закрытых дверей заставила мой мир перевернуться с ног на голову:
– Надеюсь, так тебе хорошо, Яник?
Фраза, сказанная женским голосом.
 
* * *
Маскировочный щит полетел к чертовой бабушке, куда заодно очень хотелось отправить некую особу. Я собралась с мыслями, натянула маску безразличия и самым наглым образом вошла в спальню арда, чудом не попавшись на глаза стоящей неподалеку страже, отвлеченной известием об упущенном несколько минут назад сильнейшем маге из расы драконов, сумевшем пробить охранный купол. Ха!
У кровати сидела весьма привлекательная дамочка с о-о-очень откровенным декольте и заботливо вытирала лоб Янгора смоченным полотенцем.
– Ты кто такая? – подскочила она, стоило мне сделать пару шагов.
Густые волосы взметнулись черным облаком и тут же послушно опали на плечи, немного прикрыв грудь. Точно не ари! Вот зараза!
– В сторону! – прошипела я, не сбавляя скорости.
– Стража!
В комнату ворвалось четверо стражников. Но все, как один, тут же замерли, попеременно глядя то на меня, то на брюнетку, очевидно соображая: кто из нас главнее и кому подчиняться.
– Сделайте так, чтобы мне никто не помешал, – наиграно-ласково проворковала я.
– Ардерия, у нас приказ…
– Не зли меня, Сайлардин. Я вернулась не для того, чтобы убить арда. А теперь будь добр, освободи помещение от всех!
Ударение на последнее слово было понято верно. Поджав губы, стражник махнул своим сослуживцам и те аккуратно вывели раскрасневшуюся и упирающуюся даму из комнаты. Неприятный укол ревности заставил влепить самой себе хорошую ментальную пощечину прежде, чем красочная картина отрывания головы этой самозванке покинула мое воображение. То, что я собиралась сделать, требовало холодного расчета и чистых мыслей. В наличии же имелось совершенно противоположное. Но испарина, выступившая на лбу арда и гримаса боли на его лице не оставляли ни времени на собственнические чувства, ни выбора.
Едва двери закрылись, я отгородила половину спальни прозрачной воздушной стеной на случай любопытных гостей, кои уже бежали по коридорам замка, и принялась за дело, ради которого выживала все эти дни.
Пропитанная кровью простынь улетела в сторону, представив моему взору огромную сочащуюся рану, тянущуюся от середины груди вниз до правого бедра. Напряженные мышцы казались каменными, вся кожа блестела от пота, а тело горело настолько, что даже прикасаться к нему было страшно. Арда мучила адская боль. И даже Слеза Первого в его крови оказалась бессильна.
– Сейчас, Ян, сейчас. Потерпи.
Порывшись в кармане, я выудила оттуда последний лепесток из Асмэйна. За дверью послышалась возня и приглушенный голос Азърохана. Однако, надо отдать должное страже, в комнату никто не вошел. Трясущимися руками я оторвала от горисила небольшой кусочек и отложила в сторону. Как только остальная часть была измазана кровью Янгора, ее поглотило первородное пламя. Магический огонь разбудил внутренний, алые всполохи заплясали по поверхности лепестка, заставляя его светиться. Кровь темнела, превращаясь в тягучую черную субстанцию, расползающуюся от центра в стороны. Когда чернота поглотила последний огонек, я осторожно приложила горисил к ране и плотно прибинтовала заранее разорванной простыней.