В поисках имени (СИ)
Он, прищурившись, покосился на меня, затем покачал головой и вновь вернулся к изучению окрестностей и приборов. Вскоре Нэйвин снял наушники и положил их на полку наверху. В тот же момент из колонок раздался чей-то голос:
– Сарыч, муравей на радаре.
– Вижу, – коротко ответил Нэйвин. – Глушилки на полную. Все.
– Есть.
Я дождался, пока он выключит передатчик, и торопливо спросил:
– Мы же не будем стрелять по муравью, пока в нём Сова, правда?
– Глушилку переключи на предел, – вместо ответа на вопрос сказал Нэйвин.
Я пробежал взглядом по кнопкам на панели управления. Сколько ж их тут… Вспомнить бы, где нужная…
– Раз, два… – слишком быстро начал считать Нэйвин.
Я быстро перещёлкнул тумблер.
Нэйвин засмеялся.
– Молодец, – снисходительно сообщил он. – На полную. Только это кондиционер.
– Что? – испугался я.
Я был абсолютно уверен, что всё сделал правильно! Я точно знаю, что кондиционер в пауке этой модели вообще настраивается в другой стороне!
– Шучу, шучу, – ответил Нэйв. – Всё верно.
– Что это ты вдруг развеселился?
– А что бы мне грустить? Змееяд жив, Сову скоро вернём. Погодка неплохая. Так, помолчи минутку.
Как будто я тут болтаю без умолку. Отвечать не стал, подождал, пока Нэйвин нажмёт кнопку связи и прикажет:
– Первый, четвёртый – вырубайте глушилки и берите сильно левее. Пусть увидит вас на радаре.
– Есть, – коротко ответили голоса пилотов.
Кнопка снова щёлкнула, шум связи стих. Нэйвин повернулся и подмигнул мне.
– Скоро проверим, как ты управишься с пауком, – странно весело сказал он и снова постучал пальцем по экрану радара.
Я посмотрел на карту. Точки почти всех наших машин, кроме двух, уходящих влево, пропали с радаров. Не было видно и муравья.
– А как мы его сигнал с глушилкой поймаем? – растерялся я.
– Придётся подвырубить, – отозвался Нэйвин. – Пока по следу. Смотри на землю. Он всю гусеницами разворотил.
– Ага, – согласился я. Следы и в самом деле заметные. – Тут надо было на лапы переключать, да?
– Да, – кивнул Сарыч. – Хотя дальше лапы могут увязнуть в грязи, и тогда бери тёпленького. Но всё же так было бы сложнее найти.
Снова щёлкнула кнопка связи.
– Так, ребятки, я на обгон. Подлезем поближе. Отставайте чуток.
– Сарыч, а вдруг их много? Пусть уж вместе…
– Приказ! – кратко ответил Нэйвин, и голос его не допускал возражений.
Уже выключив связь, Нэйвин посоветовал:
– Пристегнись, Варха. Будет немножко трясти.
Немножко трясти – это он мягко выразился. Едва я успел защёлкнуть пряжки, как паук взревел и резко рванулся вперёд. Я вжался в спинку кресла и на несколько секунд закрыл глаза. Но так меня начало укачивать, и я снова открыл их.
Нэйвин выглядел совершенно невозмутимо. Мне пару раз показалось, что паук вот-вот опрокинется. Но Нэйвин только кратко и весело бросил на одном из слишком лихих поворотов:
– Трясёт немного, да?..
– Немного, – согласился я, надеясь, что меня хотя бы не вырвет.
Другие быстро от нас отстали. Скоро их не было видно ни в окно, ни на радаре, да и на связь никто пока не выходил.
– Мы шумим сильно, – заметил я. – Разве можно так незаметно подойти?
– Не сильнее, чем разогнанный муравей, – ответил Нэйвин. – Вплотную подойдём – не почувствует.
Выкрашенный в светло-серый металл блеснул вдали за деревьями, и Нэйвин довольно рассмеялся. Щёлкнула застёжка ремня безопасности – Нэйв, не сбавляя скорости, встал и метнулся к ящику над дверью.
– Сядь за управление! – велел он.
Я быстро пересел. Стало как-то жарко – по-моему, я не был готов управлять пауком и в ситуации попроще.
– Подводи вплотную, Варха. Подберись к боку.
– Нэйв! – я так растерялся, что забыл и назвал его по имени. – Я же нас разобью сейчас!!!
– Расслабься. Это совсем не сложно.
Я не видел, что он делает сзади, но слышал стук ящиков и лязг вещей. На очередной неровности нас высоко подбросило, паук сильно накренился в сторону. Позади меня раздался грохот и брань Нэйвина.
– А-а, ты ж… Дай сюда! – он метнулся вперёд, к пульту, и почти сразу нас выровнял.
– Ударился? – испугался я.
– Вперёд смотри, идиот! – заорал Нэйвин, в этот раз уже утративший спокойствие.
Я поспешил выполнить указание. Муравей приближался – точнее, это мы подлетали к нему на предельной скорости. На очередном подлёте я уже сам ловко выровнял машину.
– Молодец! – довольным голосом похвалил Нэйвин.
Мне стало жарковато. Услышать от Нэйва похвалу – не угрозу, не оскорбление, даже не холодный приказ – это случалось так редко.
– Подводи вплотную, – снова скомандовал Нэйвин. – Как только я переберусь, уходи резко вправо и тормози. Будет небольшой бабах.
– Что? – растерялся я. – Как только ты… что?
– Чтобы остановить муравья, надо или перебить ноги, или взорвать движок, или вырезать пилота. Здесь получится только третье. Я заберусь внутрь.
Я не стал отвечать. Уж Сарыч-то наверняка знает, что делает. Раз так надо…
– Вырубишь ещё глушилку. Передашь нашим, что я внутри.
– М… ладно…
– Не «м, ладно», а «есть!» – прикрикнул Нэйв.
Я не ответил, да и Нэйвин не торопился продолжать наставления, потому что сверкающий новой покраской борт муравья был уже слева от нас. Нэйвин хлопнул дверью кабины, выбираясь наружу.
– Ближе!..
Я притёрся почти вплотную. Казалось, что наши колёса вот-вот сцепятся с его гусеницами.
– Уходи вправо! – выкрикнул Нэйв.
В следующий миг раздался грохот и скрежет, перекрывший даже шум от моторов двух мчащих на пределе машин. Я дёрнул вправо, как и велел Нэйв, резко затормозил. Муравей продолжил двигаться вперёд – уже вместе с Нэйвином, закинувшим гарпун почти на крышу стальной махины. Нэйвин несколько мгновений висел на стене, цепляясь за верёвку гарпуна и ручку закрытой двери муравья. А потом он очень быстро забрался на крышу и перекатился на другую сторону, скрывшись от моего взгляда.
А потом раздался взрыв.
***
Миу
Как же здесь грязно и холодно! Мне казалось, что я бреду уже целую вечность.
Тонкая подошва не слишком ограждала от ледяной земли. Накинуть бы что-то на плечи, чтобы хоть немного заслониться от промозглого ветра, да вот угораздило же меня застирать брюки – холод ещё куда ни шло, но прикасаться к мокрому точно не хотелось.
Не знаю, почему в книгах и журналах писали про пользу свежего воздуха и прогулок. Головная боль, например, не просто не прошла – она превратилась в абсолютно невыносимую. И то, что я уже в самом начале пути принялась шмыгать носом, совсем не радовало.
И всё же я не хотела вернуться. И дело даже не в том, что за побег точно ждало весьма серьёзное наказание. Просто все неприятности перекрывались ощущением свободы. Таким сладким, таким лёгким!.. Я шла, куда хотела, никого не спрашивая, не получая никаких приказов. Ночью, наверное, будет совсем холодно. Ну и ладно.
Если б не холод, я бы полюбовалась лесом. Я, видимо, шла на север от посёлка – помню, как Койя говорила, что к северу от Южного красивый сосновый бор. Так вот это он и был, сменил лиственные заросли. Прямые рыжеватые стволы поднимались далеко вверх, мокрая хвоя, запутавшая во мхе под ногами, пахла бесподобно. Подлеска почти не было, так, пара чахлых ростков кое-где. С одной стороны, это лучше – пока я пробиралась через кусты широколиственного леса чуть раньше, успела ободрать ноги колючими ветками. С другой, если вдруг кто-нибудь здесь пойдёт, спрятаться негде. Светло, просторно.
Погода выдалась не то чтобы ясная, но всё же светлая. Солнце скрывалось за тонкими белёсыми облачками и ажурными хвойными кронами. Впрочем, если бы в небе явно виднелся сияющий диск, мне бы это ничуть не помогло. Я читала, как определять время и стороны света, но разве я помню хоть что-то…
Интересно, как скоро меня хватятся и будут ли сразу искать? Быть может, и не обратят внимания. Я ведь нужна только Койе. Работник из меня далеко не лучший, с уборкой и готовкой куда лучше справляются другие. А Койя теперь в бегах, как и я. Только она лучше экипирована и приспособлена к таким приключениям. И она не одна.