Долг чести, или Верность чужому мужу (СИ)

Во мне сейчас боролись противоречивые чувства. С одной стороны, мне хотелось схватить ее в охапку и увезти подальше из этой убогой страны, с другой — без ее супруга связь между ними оборвать не получится. За это не возьмется ни один служитель храма, особенно если эту связь создавали в другом мире.
Как я и предполагал, действие во дворе разворачивалось по самому плохому сценарию: молодая женщина, высокомерно вздернув подбородок, замахнулась и отвесила пощечину одному из мужчин, которые окружили ее и отпускали похабные шутки, потом потребовала принести извинения за нанесенное ей оскорбление. Огромная, несусветная глупость в этой части Легоры, нужно было промолчать и дать разобраться со всем своим спутникам.
Большей глупостью было только появление в мире Ланьяра без опекуна‑телохранителя. И как результат — мгновенно вспыхнувший бой, скрученные охранники, рабские ошейники на всех выживших и показательная порка для леди, которая, впрочем, так и не состоялась.
Я не дал отвернуться Хейллин ни на мгновение. Она должна была почувствовать запах крови и нечистот после боя, увидеть каждый удар плетью по оголенной спине женщины, услышать каждый крик или стон несчастной. Единственное, что я не предусмотрел — это насилие.
Женщину не стали уродовать или калечить кнутом: не церемонясь разорвали на ней одежду, только не на спине, как я ожидал, а спереди. Ощупали её на виду у всех и затащили в конюшню. Оттуда доносились крики и плачь несчастной, а Линн замерла, словно окаменела.
Мне пришлось поднимать ее на руки и нести в комнату наверху. Она не сопротивлялась, обняла крепко за шею и спрятала бледное лицо у меня на плече. Пока я поднимался по лестнице, она не произнесла ни слова.
В комнате нас уже ждали все, представление во дворе ни для кого не осталось незамеченным — крики женщины были слышны даже здесь.
Я не сомневался в благоразумии Линн, и теперь нам оставалось принять окончательное решение: кто наденет на себя рабские ошейники‑блокаторы, а кто будет играть роль сопровождающих.
— Корд, вы смогли определить более точное место нахождение маркиза? — Едва я усадил Линн на скамью, как она перестала напоминать сломанную игрушку.
Поразительная выдержка и моментальное преображение: еще несколько минут назад она была на грани истерики, и вот перед нами настоящая леди, хладнокровно задает вопросы и готова идти дальше, несмотря ни на что.
Вопрос не был праздным: пока мы ходили по поселку, Корд и Гроулен должны были провести ритуал поиска на крови. К сожалению, крови дочери маркиза нам найти не удалось, но для такого сильного мага крови как Корд достаточно было и крови маркизы: брачные узы и связь между ними давали такой же результат.
— Нет, миледи. В этот раз ничего не получилось. Необходимо идти по нити брачной связи, — мне захотелось задушить Гроулена собственными руками. Спустись он вниз и скажи об этом раньше, и я не позволил бы Линн наблюдать за неприглядной сценой во дворе. Я надеялся, что в этот раз ритуал пройдет более удачно и присутствия женщины на месте не понадобится, а поведение местных служителей закона заставит её отступить. Теперь же она, оказавшись незаменимой, точно откажется остаться в стороне от операции.
Я молча достал из сумки приготовленные Несси сборы, сам смешал в нужных пропорциях травы, добавил во все это немного вина, а Линн привычно сдвинула рукав и позволила сделать очередной надрез на запястье.
О том, какой силой обладает кровь этой женщины уже ни для кого не было секретом: за последние двое суток ей пришлось не раз давать свою кровь для ритуала поиска и для зелья восстановления магам‑поисковикам.
В первый раз, когда это произошло на глазах у отряда, удивлены были все кроме Корда и Гроулена. Они уже применяли её кровь для поисков, когда были в Ланьяре в прошлый раз. Только благодаря тому, что магия в крови была достаточно сильна, они и смогли отыскать так быстро следы мага в мире Ланьяра. А вот остальные, в том числе и оборотни, впервые столкнулись с таким явлением.
— Почему, Корд?
— Потому что зоне поиска находится рынок рабов и шахты по добыче драгоценных камней. Отсюда далеко — двое суток пути, но между ними не большое расстояние, всего пара часов на лошадях. Из‑за того что они находятся на одной линии — невозможно ничего точно сказать, — на вопрос женщины опять ответил не Корд, а Гроулен. Наш главные поисковик был пока не в состоянии говорить. Сейчас в него вольем настойку с каплей магии Линн, и через пару часов он будет полон сил и готов снова продолжить поиск.
— Но мы можем попробовать еще раз. Для этого нам нужно переместиться немного в сторону от основных дорог.
— Бартрейн, Вейн, это уже по вашей части. Но с маркизом в любом случае необходимо говорить мне, — упрямая женщина, так и не отказалась от своего решения.
— Миледи, вам не стоит так рисковать, — я снова попытался разубедить её, но в этот раз она не отмахнулась.
— Бартрейн, вы не знаете Стеверга так, как знаю его я. Он не поддается на ментальные приказы и ваши способности не помогут.
— Она права, Барт, — в разговор вмешался Орг, и я был этому совсем не рад. — Если маркиз находится в шахтах, то все твои силы и умения в ментальной магии потребуются, чтобы выбраться оттуда. На уговоры и обработку маркиза у тебя попросту не останется ни сил, ни времени, даже если на нем не будет рунного блокатора.
— В шахтах находятся заключенные маги и расположены лаборатории для исследований? — Вейн задумчиво рассматривал карту, что‑то отметил у себя в записях и вопросительно посмотрел на товарища. Орг выдержал его взгляд и кивком подтвердил догадку оборотня:
— Они могут быть теми самыми шахтами, а могут и не быть. Сперва меня содержали на севере в пещерах, но за три года несколько раз перемещали. Дважды с караваном среди рабов и один раз с осужденными в шахты по добыче рубинов.
Мне не понравились переглядывания и недомолвки товарищей, и я потребовал объяснений.
— Что это значит и почему мне раньше ничего не сказали?
— Потому и не рассказали, что нет полной уверенности ни в чём. Ходили только слухи, и они противоречивы. Проверить любой из них не представлялось возможным, — оборотень помолчал не много, а потом обратился к Линн: — Миледи, вы тоже не были до конца откровенны с нами. Я не стану спрашивать, чем ценен ваш супруг, но вот какими способностями он обладает мне очень интересно. Мог ли он сопротивляться сканированию? Какие клятвы давал?
— Если бы вы больше знали об Империи, то не стали бы задавать подобных вопросов. Конечно же он давал клятвы Императору, — она хотела продолжить, но я остановил её.
— Миледи, вам нет необходимости отвечать, — дальше я уже обратился к Вейну. — Ты ушел от ответа, Вейн.
— Ходят слухи, что шахты и лагеря рабов используют для содержания неугодных магов и ценных заложников. Тех, кого необходимо хорошо спрятать, оставить живыми и при этом использовать по максимуму. Одних подвергают сканированию, на других испытывают новые разработки, третьи просто отрабатывают свое содержание, добывая камни.
— Почему не проверили сразу эти шахты? Орг, почему сразу не рассказал о них?
— Потому и не рассказывал, что не был до конца уверен.
— А сейчас?
— Есть вероятность, что я ошибаюсь.
— Есть вероятность, что ты прав.
— С рынка его будет намного труднее вытащить, чем из бараков на шахте. Там по крайней мере не подключают ошейники к охранным контурам и надеются на количество надсмотрщиков и на природные особенности рельефа, — Орг говорил спокойно и уверенно, пытаясь успокоить меня и убедить всех в собственных словах. — Поверь, я знаю, о чем говорю. Сбежать мне удалось именно из шахт.
Я мало знал о том периоде в жизни друга, мы никогда не затрагивали больные темы и старались не пускать в свое прошлое никого. Но то, что он провел несколько лет в ошейнике‑блокираторе тайной не было.
Историю его скитаний по Ланьяре и то как он попал в Независимые земли больше двадцати лет назад я узнал совершенно случайно. Он был слишком пьян, чтобы контролировать себя, а я не задавал лишних вопросов, чтобы вникнуть в детали.