Страж зверя (СИ)

— Верни…
Я сжала в руке шарик с порталом, в последний миг меняя координаты, и вывалилась из воронки в доме Сид, так и не дослушав то, что он собирался мне сказать. Злость и боль — отвратительный коктейль.
Охотница стояла, замерев, посреди гостиной и смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Я подлетела к Сид и отвесила ей подзатыльник, потом не удержалась и обняла. Все-таки не каждый день видишь смерть действительно дорого тебе существа.
— Если ты кому-нибудь хоть намекнешь на то, что сейчас здесь произошло, я тебя прибью, — улыбнулась Ди, мягко высвобождаясь из моих рук.
— Аналогично, — кивнула, вдох, и мы обе рассмеялись. Я с удовольствием сбросила с себя «наряд» Белого стража и уселась прямо на пол. Надо бы сжечь его. Диана опустилась рядом.
— Голодная? — спросила она.
— Есть немного, — прислушавшись к себе, ответила. Охотница крикнула Малику, чтобы он организовал ужин, и начала меня рассматривать. — Знаешь, что я скажу? — выгнула я бровь. — Неудачный у нас с тобой год, родная. Просто упырски неудачный.
Ди лишь кивнула. Я выдохнула сквозь зубы и устроилась у Сид на коленях. Диана выглядела как только что оживший труп, каким, по сути, и являлась. Вот только не было в ее глазах больше того огонька, который мне так нравился, что-то надломилось и в ней. Кадиз, почему все мужики такие уроды?
— Можешь остаться у меня, — предложила охотница, перебирая мои волосы, я прикрыла глаза. За это я всегда любила Ди: она не задавала лишних вопросов, просто предлагала помощь.
— На сколько хватит твоей защиты?
— Дня три. Хотя бы выспишься.
— О, это вряд ли, — невесело усмехнулась. — Мне сны снятся, Сид. С его участием. То кошмары, то… Короче, ты поняла.
— Я принесу тебе баку, в зверинце Дакара их целая дюжина.
— Баку?
— Эта тварюшка питается плохими снами. Так что от кошмаров мы тебя избавим. Только…
— Что? — насторожилась я.
— Это сны или воспоминания? Если воспоминания, баку не поможет.
— Сны.
— Останешься?
— Останусь. Он чуть не поймал меня, — призналась глухо. — Почти догнал. А я стояла в конце переулка, и не получалось сдвинуться с места, как статуя. И мыслей не было, никаких. И так безразлично все стало, даже страшно сейчас.
— Тьма моя, может, тебе лучше все же с ним встретиться? — осторожно предложила Сид.
— Зачем? Чтобы он закончил то, что не успел?
— Ты не знаешь наверняка, чего он хочет, — попробовала убедить охотница.
— О, — я подняла голову. — Я прекрасно знаю, чего он хочет. Но не получается! Понимаешь? Я всех на уши поставила, даже к Праматери обращалась… Она только поржала надо мной!
— Тшшш. Тогда объясни ему. Просто поговори.
— Я не смогу! Просто не смогу. Мне кажется, один его взгляд — и я наброшусь. Вот только с какими намерениями, не уверена. Или рассыплюсь пеплом у его ног.
— Тьма моя, — Обсидиана вернула мою дурную голову к себе на колени.
— Я встречусь с ним. Понимаю, что мне не убежать. Просто надо немного времени, — призналась.
— Хочешь, я поговорю с Дакаром. Он придумает, где тебе укрыться.
— Я скажу тебе через три дня, хорошо?
— Хорошо, дорогая.
Мы замолчали ненадолго.
— А ты? — спросила, понимая, что врайт почти такой же придурок, как и князь, если не хуже. Я все еще была уверена в том, что если бы принц не отпустил Сид, она нашла бы силы бороться дальше. Она не оказалась бы на погребальном костре.
— Не знаю, — прошептала Ди. — Я не думаю пока о том, что произошло. Слишком всего много. И я боюсь об этом думать. Сейчас, здесь, я словно спасаюсь от наводнения, но стоит лишь приоткрыть дверь, и меня затопит. Я завтра отправлюсь в академию, там лишние руки не помешают.
— Сид, это просто оцепенение, как защитная реакция. Оно не продлится долго, — уж мне ли не знать. Дальше будет хуже. Совсем плохо.
— Я понимаю. Я займу себя чем-нибудь, окунусь в работу, учебу, возьмусь за новую охоту. Мне не привыкать, я уже жила по такому плану. Дальше видно будет. Пока мне страшно открывать эту дверь.
— Говорю же: поганый год, — пробурчала я, переворачиваясь на бок. — Тот мужик, кстати, которым ты интересовалась, который к князю приходил — это ведь был охотник?
— Да. Не бери в голову. Уже не имеет значения, — в ее глазах на миг отразилась боль таких размеров, что я думала захлебнусь.
Мы проболтали до самого вечера, забыв про ужин, и так и уснули на полу в гостиной. И мне снова приснился Кристоф, стоящий в том переулке и требующий от меня вернуть его тьму, тянущий из меня силу и жизнь, убивающий меня.
Когда я проснулась, Сид рядом не было, зато во дворе отчетливо слышалась громкая ругань. Сонный мозг сообразил, что она, наверное, старается открыть портал. У нее всегда хреново получалось. Я поднялась и вышла на крыльцо, зажмурилась от слишком яркого солнца и потерла глаза.
— Ты хоть завтракала? — прокаркала.
— Две чашки кофе, — ответила Сид. Она пыталась говорить бодро, даже улыбалась, но я видела, как в глубине ее глаз плескалась все та же боль, что была вчера.
— Запомнила только про две чашки кофе, — зевнула я. — А остальное слилось в бла-бла-бла.
— Я помню, что с утра ты недееспособна, потом у Малика спросишь. Чувствуй себя как дома и отдыхай, — Диана махнула рукой и шагнула в портал.
У Сид я провела суман. Суман я просто отдыхала и ничего не делала, не убегала и не боялась, что он меня снова найдет. Пыталась выспаться. Получалось с переменным успехом. От кошмаров маленький зверек меня избавил, а вот от дурных мыслей и не менее дурных фантазий не смог. Ди работала как проклятая, вставала с рассветом и уносилась в свой СВАМ, возвращалась поздним вечером, ужинала, если хватало на это сил, и заваливалась спать. Я не лезла. Я понимала, почему она так поступает. Загнать себя, чтобы не думать, иногда единственный выход. А демон — тупой дегенерат. Интересно, я могла бы его убить?
Наверное, могла бы.
Вот только едва ли это поможет.
О пребывании Обсидианы на грани и за ней мы не говорили. Наверное, мне должно было быть интересно, любопытно, но мне не было. Этот момент жизни Сид только ее, и только ее касается то, о чем беседовала с ней богиня.
Через суман я подхватила баку и ушла к себе. Более или менее приняв решение. Диана права: с князем действительно надо поговорить. Объяснить ему нормально, выслушать, только стараться не подпускать близко. Простая задачка, не правда ли?
Карина и Яр встретили меня в каком-то напряжении. Первые три дня я не понимала, голова все еще была забита другими мыслями, а потом наконец-то дошло. И их напряжение, и их перешептывания за моей спиной, и слишком длинные рукава на одежде. Что ж, я не возражала, просто не имела на это права, но пообещала оторвать яйца ворону, если хоть однажды увижу Ри расстроенной. Ворон выслушал меня, кивнул и отправился на кухню вытаскивать из духового шкафа свои умопомрачительные булочки. Кто бы мог подумать, что он и есть тот самый повар, которого я так часто грозилась украсть.
Дни текли почти размеренно и неспешно, я все отчетливее ощущала в себе тьму, все чаще слышала эмоции князя, все точнее чувствовала его. Было по-прежнему больно, страшно и холодно, но не так, как в самом начале. Наверное, я просто смирилась с ситуацией как с неизбежным злом. Просто приняла. А как только приняла, тьма начала подчинятся активнее и охотнее. Потихоньку я пыталась даже тренироваться.
Карина с Яром отправились в Бирру на несколько дней. Ворон все-таки получил заветную корону и дела надолго забрасывать не мог. Я лишь махнула им рукой, советуя не торопиться, поближе подтягивая баку. Смешной зверек. С коротким жестким палевым мехом, умными переливающимися от золотого до темно-коричневого глазками и толстым пузом, он напоминал шарик на ножках.
Я растянулась на траве и закрыла глаза, стараясь полностью сконцентрироваться на медитации, но сконцентрироваться не получалось. Сегодня с самого утра тянула и царапалась внутри тьма, нетерпеливо ворочалась и скреблась, как зверь. Сегодня я острее чувствовала князя, ощущала биение его сердца. Может, если не гнать от себя звуки, будет проще?