Проект «Геката» (СИ)
«Сильный пар от воды,» — подумал сармат, глядя на дымку над лужей, и тут же вспомнил, что ни о какой жидкой воде на Титане даже речи быть не может. На песке был разлит жидкий метан, и он испарялся от нагрева в лучах искусственного «солнца».
— Хватит глазеть, — Константин потянул сармата к двери. — Реактор тут не покажут.
Хольгер уже стоял у выхода и терпеливо ждал, когда Гедимин насмотрится на животных и откроет дверь.
— Что, надоело? — спросил тот, неохотно отворачиваясь от «иллюминатора». «А интересно было бы увидеть всё это там, где оно водится,» — думал он. «Особенно flonesh. Как они, всё-таки, не дохнут от ирренция? Он же крайне токсичен…»
— Да нет, Гедимин, тут интересно, — отозвался Хольгер. — Но пора уже в столовую.
Сармат, мигнув, посмотрел на передатчик — так и есть, до отбоя оставалось полтора часа, скоро все должны были потянуться к платформам, и пора было идти захватывать свободную дрезину — пока её можно назвать свободной.
… - Венерианских плавунцов в Кларк привозили полными цистернами, — Кенен развёл руками, показывая объём предполагаемого контейнера. — Уходили по сотне за штуку. А вот живность с Титана… Её содержать сложно, парни. Такой холодильник…
Внезапно он замолчал и подался в сторону, готовый в любой момент юркнуть в толпу. К столу подошёл Ассархаддон.
— Как я вижу, вас заинтересовала моя небольшая коллекция животных, — сказал он, занимая свободное место. Кенен, улучив момент, растворился в толпе, — Гедимин даже не успел заметить, когда учётчик встал из-за стола.
— У неё есть какое-нибудь практическое назначение? — спросил Хольгер. — Этих животных изучают?
Ассархаддон рассеянно кивнул и перевёл взгляд на Гедимина.
— По вам видно, что день вы провели с пользой. Надеюсь, ваш мозг подготовился к работе. Инженерный блок вернул мне ваш проект ЛИЭГа, а я снова передаю его вам.
Гедимин мигнул.
— Что не так?
— Всё в порядке, — Ассархаддон аккуратно прижал его ладонь к столу. — Это у меня возникла одна мысль. Инженерный блок предполагает, что от ЛИЭГа — или системы ЛИЭГов — можно запитать антигравитационный волчок. Что вы на это скажете?
Гедимин мигнул ещё раз, вспомнил мощность, необходимую для раскрутки антиграва, хотел мотнуть головой, но передумал.
— Насколько большая система? — спросил он.
Ассархаддон усмехнулся.
— Хороший вопрос… Размеры должны быть разумными. Если окажется, что искомый ЛИЭГ весит больше традиционного реактора и занимает больше места, смысла в такой замене, конечно, не будет. Но если речь о паре тонн — это другой разговор. Значит, в принципе это возможно?
Сарматы переглянулись. Константин протянул было руку к локтю Гедимина, но покосился на Ассархаддона и вернул её на стол.
— Буду работать, — пожал плечами Гедимин. — Но нужен ирренций. Много.
13 марта 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
В этот раз Гедимин поднялся раньше Константина и даже обогнал Хольгера, — у всех дверей ещё стояли охранники, только Линкен, забрав своих экзоскелетчиков, уже уехал на полигон. Выйдя к шахте Вертикали, он увидел Стивена и пару его бойцов; сарматы покосились на ремонтника, но остались на месте, ожидая однозначного сигнала. «Подожду Константина,» — решил Гедимин, посмотрев на закрытую дверь в комнату северянина. «Всё равно ехать вместе.»
— Стивен, — он повернулся к командиру охраны и увидел, как тот настороженно щурится. — Знаешь Домициана Марци? Он тоже был в «Шибальбе». Оказывается, он был генетиком у Ассархаддона. Ещё в ту войну. И снова вернулся к своей работе. Вот как вышло…
— Не знаю такого, — отрезал Стивен, глядя мимо Гедимина.
— А ты чем занимался до «Шибальбы»? — спросил сармат.
— Уничтожал макак во имя превосходства нашей расы, — ответил охранник, слегка дрогнув лицом. Гедимин озадаченно мигнул.
— А из полезных занятий? — спросил он, уже понимая, что разговор идёт куда-то не туда. «Что он гаркает, как на политинформации? Не хочет отвечать — так бы и сказал…»
Стивен презрительно ухмыльнулся.
— Что может быть полезнее установления превосходства Eatesqa?!
«Да что угодно,» — едва не брякнул Гедимин, но тут открылась дверь в комнату Константина, и северянин вышел наружу.
— Ладно, идём, — сказал ремонтник, направляясь к Константину. За спиной ему послышалось сдавленное шипение, но оборачиваться он не стал — обижаться охранникам было вроде как не на что.
…Двое сарматов стояли посреди «чистого» отсека лаборатории, глядя на развёрнутый голографический экран. Перед ним лежал на столе цилиндр, обёрнутый непрозрачным скирлином, — ЛИЭГ, вернувшийся из Инженерного блока. Ставить миниатюрное устройство на пол Гедимин не позволил, как на него ни фыркали.
— Пятьдесят мегаватт, — Константин ткнул пальцем в голограмму. — Мощность самого примитивного «Лунного Зайца». Это реактор первого в мире спрингера. Сейчас антигравы мощнее — самый дохлый «Звёздный Кондор» выдаёт сто мегаватт.
— Лучшего и желать нельзя, — Гедимин недовольно сощурился. — Пятьдесят… сто… Базовый ЛИЭГ даёт пять тысяч ватт.
— На ста граммах ирренция, — кивнул Константин. — Нарасти сердечник.
Гедимин покачал головой.
— Больше пяти килограмм не возьму. Четверть мегаватта… Двести ЛИЭГов на один корабль?
— Они всё ещё весят меньше, чем реактор со всей обвязкой, — хмыкнул Константин. — Но почему пять килограммов? А если взять тонну?
— Рванёт, — коротко ответил ремонтник. Константин пристально посмотрел на него, ожидая продолжения, но Гедимин счёл сказанное достаточным.
— У тебя что, уже есть расчёт критической массы? — спросил наконец северянин. — И где ты его взял?
Гедимин сердито сощурился.
— Говорю — рванёт. Хочешь — работай сам.
Константин посмотрел на потолок, пробормотал что-то на северянском и снова указал на голограмму.
— Возьми десять килограммов, раздели ипроновым барьером. Ничего не рванёт.
Гедимин пожал плечами.
— Полмегаватта. Где брать остальное?
— Ты учёный, ты и думай, — поморщился Константин.
Ремонтник, не заметив поддёвки, задумчиво посмотрел на ЛИЭГ.
— Надо что-то делать с ферком. Посчитай, что будет, если нарастить толщину.
— Ядро Юпитера! — неожиданно взорвался Константин. — Ты будешь дочитывать отчёты до конца?! Всё уже десять раз посчитано и пересчитано. Удвоение толщины увеличит мощность примерно так…
— Неплохо, — Гедимин удивлённо мигнул. — Значит, взять шестнадцать раз по столько… Нет, не пойдёт.
— Что опять не так? — сузил глаза Константин.
— Надо смотреть. Но по-моему — не пойдёт, — сармат взял ЛИЭГ со стола, задумчиво покачал его на ладони и положил обратно. Константин, увидев, что устройство вернулось ему под нос, с присвистом выдохнул сквозь зубы. Гедимин удивлённо покосился на него, но ирренций забрал только после гневного рыка.
— Он же не излучает, — пробормотал он, думая о свойствах ферка. — Ладно, я пошёл. Пока не вернусь, ничего не считай. Мне тут что-то не нравится…
— А мне-то как не нравится… — вздохнул за его спиной Константин. Лаборанты хихикнули было, но смех резко оборвался. «Опять ему что-то не так,» — растерянно подумал Гедимин, выходя в санпропускник. «Обиделся из-за ЛИЭГа? Но не на пол же его кидать…»
… - Не пробивает, — сказал Гедимин два часа спустя, вернувшись в «чистый» отсек. — Вязнет на четвёртом слое.
Константин мигнул.
— Омикрон? Вязнет?! Ты ничего не напутал?
— Сам проверь, — Гедимин бросил на стол излучатель и толстый брусок тёмно-синего «металла». Константин отдёрнул руку и брезгливо встряхнул кистью.
— Ничего не понимаю. В чём он вязнет?
Гедимин пожал плечами.
— Химиков спроси. Я говорю, что видел. Нужно усилить поток…
— Опять твой обсидиан? — Константин поднял глаза к потолку. — Дикарство какое-то. Главное, кровью его не корми. Работать надо, а не в медотсеке сидеть!