Невольница для графа (СИ)

— Ты сама напросилась, — мрачно предупредил граф, поднявшись на ноги.
Он, как был в одежде, шагнул ко мне в ванну, и запрокинув мою голову, впился в мой рот. Губы уже начинало саднить от обилия поцелуев, но так просто граф не успокоится. Он, словно страдающий жаждой путник, не мог напиться мной. Далье развернул меня к себе спиной, бесцеремонно задрав мою ногу на бортик. Я было воспротивилась, но его пальцы скользнули к чувствительной горошинке между моих ног. А горячий рот приник к изгибу моей шеи. Я задвигала бедрами, одновременно возбуждаясь от пальцев и члена графа. Между нами была преграда в виде штанов, но Далье быстро избавился от них.
Блондин прикусил нежную кожу на моей спине, от чего я выгнулась навстречу его члену. Горячий и твердый. Мне не терпелось ощутить его пульсацию внутри. Я хочу почувствовать тоже, что и та златокудрая служанка. Чем я хуже?
Я нетерпеливо задвигала бедрами, призывая графа покончить с прелюдией. Мне надоело ждать, и нагнувшись вперед, я просунула руку меж своих ног. Найдя на ощупь член, я оценила масштаб грядущего. Размер был внушительным. Впечатляющей всего была объемная головка члена. Она просто не пролезет в меня. Я тут же позабыла о члене конюха, до графского ему было далеко. Пальцы Далье гладили мой клитор, и мне остро захотелось ощутить его член в себе. Обхватив ствол рукой, я начала потихоньку насаживаться на внушительно достоинство. Внутри от всепоглощающего возбуждения было уже скользко, но член все равно входил с трудом. Я чувствовала натяжение, очень приятное натяжение. Женщина внутри меня трепетала, сгорая в ожидании.
Из горла Далье вырвался какой-то животный рык, и схватившись за мои бедра, он с силой толкнулся во мне. Член вошел полностью.
Я вскрикнула. Но только от страха. Мне было не больно, но я не думала, что член графа поместится во мне.
Далье приподнял мои плечи, и я прислонилась к его груди, при этом выгнувшись в пояснице. Крепкие руки графа сжали мои округлости, а пальцы прошлись по ноющим соскам. Член блондина больше не двигался во мне, но я ощущала мощную пульсацию. Это дико возбуждало. И я задвигала бедрами. Я чувствовала Далье каждой клеточкой своего тела. Но мне было не достаточно. Он мучал меня. Из моего горла вырвался стон, протяжный и сладкий.
Граф на миг замер, но затем надавил на мою поясницу, и я снова уперлась руками в бортики ванны. Далье с силой сжимал мои бедра, вонзая свой горячий член. Я кусала губы, стараясь сдерживать стоны, но у меня плохо получалось. Блондин перестал сдерживаться, и его движения стали грубыми и резкими. Сейчас он брал меня, с силой насаживая на свой член. Я кричала, переполненная ощущениями. Мои ноги дрожали, грозясь подогнуться, но Далье крепко держал меня. Он снова и снова вбивался в меня, вырывая из моего горла новые и новые стоны. Блондина охватила животная страсть, и он не выпустил меня из своих рук, пока не удовлетворил ее.
Настала оглушительная тишина. Я осела вниз, в уже остывшую воду. Мое тело, получившее мощную разрядку, напоминало желе. Но в голове назойливой мухой стучало "что это было"? Я сама совратила Далье? Желала сломать его контроль? Я своего добилась, но чувство опьянения быстро улетучилась, и на смену пришло другое. Стыд. Мне хотелось выть от досады. Не думала, что я так слаба на передок. Я предала память о сестре, переспала с врагом. Хуже того, я страстно желала этого. А теперь, получив свое мне было горько. Я обняла себя за колени и опустила голову, желая провалиться с этой ванной под землю.
Граф легко поцеловал меня в плечо и вышел. И наверняка на его лице была эта его улыбочка… ненавижу ее.
  
ГЛАВА 9.
 
Я вышла из ванной комнаты, насухо вытерлась и расчесалась. В комнате было холодно, и я распорядилась, чтобы слуги подкинули паленья в камин. Танцующее пламя на потрескивающих дровах завораживало мой взгляд, оно словно гипнотизировало меня. Я сидела совсем близко и не понимала, от чего горит моя кожа на щеках, от жара огня или от терзающих меня воспоминаний о близости с Далье. Его дыхание, руки и запах плотно сидели в моей голове, не желая убираться в угол сознания. Я шумно выдохнула. Это нечестно.
На этот раз граф решил не медлить, а закрепить результат. Он известил меня через слуг, что планирует ужинать со мной в зале. Это было впервые после его болезни. Я так привыкла есть в своей комнате в одиночестве, что известие о предстоящем совместном ужине вогнало меня в ужас. Я не хочу. Не хочу спускаться вниз, смотреть на довольное выражение графского лица. О, он наверняка ликует, радуется своему достижению. В то время как я, чувствую себя раздавленной собственной похотливостью. Больше это никак не назовешь. Может граф приказал подсыпать в мою еду афродизиаки?
Слабо утешившись этой мыслью, я облачилась в платье оливкового цвета. Глубокий квадратный вырез я предусмотрительно задрапировала шелковым платком цвета слоновой кости. При королевском дворе так ходят скромницы. Я таковой не являлась, но сейчас мне хотелось прикрыться. А лучше спрятаться от глаз Далье. Граф же с нетерпением желал нашей скорой встречи. Девушки в его услужении уже несколько раз торопили. Им пришлось чуть ли не волоком тащить меня вниз к своему хозяину.
В залу я вошла, распрямив плечи, нельзя, чтобы блондин подумал, будто я сломлена. Нисколечки. Я признала свою ошибку и больше не совершу ее. Пусть улыбается сколько ему угодно, главное, что последней смеяться буду я.
Сделав вид, что меня очень интересует узор портьер, я уселась на предложенное мне место и чинно расправила салфетку на коленях. Я кожей чувствовала жаркие прикосновения взгляда графа. Комок подкатился к моему горлу. Чего он хочет от меня? Почему молчит? Ждет, когда я поверну голову в его сторону? Но я не готова встретиться с ним глазами. Потому что выразить ложь словами проще. Глаза же могли выдать мои истинные эмоции.
— Отбивная сегодня особенно сочная, ты должна попробовать.
— Я не голодна, — прокаркала я, ужасаясь своему голосу.
— А я вот напротив. Очень голоден, — выразительно проговорил он.
Я смотрела в свою тарелку. Тревожное чувство не отпускало меня, но я была рада, что Далье начал говорить на отвлеченную тему. Почему-то, мне казалось, что граф примется сразу пытать меня. Я думала, что он попытается склонить меня к еще одной близости.
Блондин активно орудовал своими приборами или только делал видимость. Я по-прежнему была всецело поглощена собственной тарелкой. Мне бы сейчас даже маленький кусочек в горло не пролез. Чтобы сказала Ами, если бы увидела все это? Да она бы выдрала мне все волосы. А может и того хуже. Моя сестра умерла из-за Далье. Я повторяла это про себя снова и снова, чтобы не сбиться с намеченного пути.
— Вина? — прозвучало над моим ухом.
Я подпрыгнула на стуле от неожиданности. Когда он успел подкрасться? Не стоит уходить глубоко в свои размышления с этим человеком. Он воспользуется любым случаем. Вот, как он подкараулил меня в ванной? Неужели я слишком громко стонала, лаская себя? А может Далье прикидывался больным и выжидал. Сейчас он выглядит здоровее здорового. Всю хворь, как рукой сняло.
Я качнула головой, отказываясь от напитка.
— Тогда, может вишневую настойку?
— Нет.
— Игристое вино?
— Нет.
— Пиво?
— Нет.
— Тогда, скажи, чего ты хочешь? — сдался Далье.
— Я хочу пойти в свою комнату.
— Но ты не притронулась к еде.
— Я не голодна.
— Я не буду заставлять тебя есть насильно. Но перед тем, как уйти, ты должна мне танец.
Я метнула в графа злобный взгляд. Что значит должна? Ка это понимать?
— По правилам, ты должна оставить один танец за хозяином дома.
— Это правило для балов.
— И для званых ужинов тоже. Ты моя гостья, я пригласил тебя разделить трапезу и ты пришла. Получается, что ты мне должна один танец этим вечером.
— Хорошо, — я резко поднялась из-за стола. — Только я не твоя гостья. Я здесь нахожу не по своей воле.