Окуляр магии (СИ)

Божена оценила прелести Анюты, которая действительно оказалась прехорошенькой, несмотря на свое происхождение. Да и мать Дениса и Анюты, Ольга, была симпатичной женщиной, хотя телосложением почти не уступала огромному мужу-троллю.
Божена уже наловчилась разламывать громадные куски земли, летящие в лицо, молниями, а также ставить водяной щит.
Насчет льда у нее не слишком хорошо получалось. Точнее, один раз вышло, но девушка ухитрилась заморозить свою руку и на один ужасный миг даже подумала, что лишилась ее. Но Денис лишь небрежно махнул рукой — и рука снова вернулась к ней. Правда, так сильно заболела, как будто затекла.
Зоя же цвела и пахла. Она лыбилась даже тогда, когда надышалась песка при локальной пылевой буре, и улыбалась в миг, когда едва не встретилась лицом с шаром тьмы Влада. Да даже впечатавшись на полной скорости в каменную стенку Адель, тоже улыбалась. И в тот миг это выглядело жутко: синяки на лице, разбитые в кровь губы — и широкая клоунская улыбка.
Как призналась Зоя чуть позже, когда тренировка закончилась ко всеобщему поражению, она радовалась тому, что ее резерв резко увеличился. И теперь девушка могла ставить куда более прочные щиты и кастовать файерболлы.
И наслаждалась этим по полной.
— Прекрасно, — с удивительным спокойствием произнес Денис, который, в отличие от остальных, не валялся в виде половой тряпки, а стоял, хоть и пошатываясь. — Завтра продолжим. У вас есть свободная неделя, если судить по графику. Так вот, я сделаю ее очень загруженной неделей.
— Денис, не угробь всех нас хотя бы до "Лугносада", — произнесла Адель, едва ворочая языком.
— Все от вас зависит, — хмыкнул тот, довольно потянулся и ушел из зала, сделав ручкой. — В вашем идиотском универе такое не преподают, — заметил он на прощанье.
— В моем так точно, — кисло заметила Божена, потирая свежие синяки. — Наверное, придется его бросить. Не вижу смысла получать самый обычный диплом, если у меня проснулась магия. Я же не вундеркинд, чтобы совмещать необходимое с бесполезным.
— Это правильно, — покивала Адель с умным видом. — Кстати, когда отдохнешь, мы поучимся создавать порталы. И у нас есть такая традиция: куда новичок впервые откроет портал, в том мире мы и проведем несколько часов на отдыхе.
— Ужасная традиция, — воскликнул Влад, закатив глаза. — Помню, я случайно открыл портал в один мирок, где было множество архитектурных достопримечательностей, всяких дворцов, замков, статуй и прочего, но практически все жители превратились в чудовищ. Пока Адель и другие девушки делали селфи, мы, храбрые парни, отбивались от них.
— От девушек? — уточнила Божена, невольно усмехаясь, представив такую незабываемую картину.
— Разумеется, от чудовищ, — хмыкнул Влад. — Хотя некоторые девушки похлеще будут. Так что ты уж постарайся создать свой первый портал в какое-нибудь приятное местечко.
* * *
Зоя сообщила Божене, что собирается помочь Адель с расписанием, а также познакомиться с другими сотрудниками фирмы. Она улыбалась и выглядела почти счастливой, так что Божена не стала навязывать ей свою компанию и только махнула рукой, отправляясь к Эльвире в Отдел Ненужных вещей. Так как он находился на том же этаже, где и спортзал, даже не пришлось залезать в лифт, куда забрались все остальные.
— Давай, я тебе помогу, — предложила она высокой и худощавой брюнетке, которая удивленно заломила брови, увидев ее. — У нас с Зоей и Владом первое дело только через несколько дней, — пояснила девушка, переминаясь с ноги на ногу на темном паркете.
— Знаешь, кто-то другой бы на твоем месте давно удрал в кафе или в библиотеку, чтобы забиться в угол с каким-нибудь томиком запретной литературы или выпить что-нибудь вкусненькое.
— Я и так в первый рабочий день пришла с похмелья, — мрачно призналась Божена, оглядывая необъятные просторы кабинета, теряющегося в тенях от огромных светильников, где горели разноцветные магические огоньки.
— Ясно, а теперь ты хочешь произвести хорошее впечатление своей работоспособностью и инициативой? — хмыкнула Эльвира. — Что ж, вот, держи ящик с накопителями, — она выложила на длинный светлый письменный стол с полированной столешницей небольшой ящик, напоминающий самую обычную запечатанную посылку. — Вообще, с артефактами стоит быть поосторожнее, никогда не знаешь, когда он попытается сожрать твою душу или устроить локальный Прорыв Инферно.
Божена, уже протянувшая лапы к ящичку, отдернула их.
— Эти не такие опасные, — ухмыльнулась Эльвира. Было видно, что ей очень нравится запугивать новенькую. — Так что распаковывай, не бойся. Кстати, это самый дорогой товар в нашей фирме. Каждый из этих накопителей магической энергии стоит дороже ведра алмазов.
Божена с интересом всунула нос в деревянный ящичек, с нетерпением открыв крышку. Там лежали ограненные камешки, напомнившие ей разноцветные кристаллы от Сваровски.
— На брильянты они совершенно не похожи, — задумчиво пробормотала она, взяв один из них в руку.
Внезапно ей захотелось сжать его, а не держать на раскрытой ладони. Сила этого неосознанного желания была такова, что напугала ее до чертиков. Девушка тут же вытряхнула камешек обратно к его собратьям.
— Молодец, — Эльвира с одобрением посмотрела на нее. — Эти камешки могут быть довольно опасными. Мы работаем с разной валютой, но накопители ценим больше остальных. Все же наш Схрон, — девушка скривилась, — хоть я и не люблю это примитивное обозначение, создан совсем недавно. И ему нужна подпитка, чтобы давать нам намного больше магии, чем он поглощает. А также удерживать в целостности всю эту конструкцию, — она обвела взглядом окружающее пространство.
— А почему у меня возникло жуткое желание раздавить кристалл? — поинтересовалась Божена с опаской, стараясь побороть невольный приступ клаустрофобии.
— Потому что такие накопители могут и маги использовать, — неохотно отозвалась брюнетка, скривившись. — Но это как наркотики. Очень не рекомендую. Если применять их слишком часто, то твой личный резерв перестанет самостоятельно впитывать магическую энергию из окружающего пространства.
— Ужас, — искренне отозвалась Божена, покачав головой. — А мне зачем ты их подсунула?
— Чтобы ты понемногу знакомилась с самыми популярными артефактами волшебного мира, — пожала та плечами. — И чтобы ты знала: не все нужно хватать, к чему рука сама тянется. Если это, конечно, не член красивого парня. В подобном случае можно и рискнуть.
Божена смутилась.
— Ох, только не говори, что никогда этого не делала, — всплеснула тонкими руками Эльвира.
— Если ты про определенные выступающие части мужских тел, то не делала. А если об артефактах — то Влад мне один подарил. Только его порвали. И тогда высвободилась моя магия. Ну и вот, — Божена ткнула ей в лицо руку, пошевелив пальцами.
— Ага, вижу, кольцо для активации магии воды, — с одобрением осмотрев его с разных сторон, а заодно дав не слишком лестную оценку маникюру Божены, Эльвира отпустила тонкие пальцы. — Хороший артефакт. Выглядит очень неброско, но так и нужно. Зачем таскать на себе громадный перстень с брильянтом, размером с голубиное яйцо? Так можно лишиться его раньше времени. А заодно и пальца.
Божена с интересом осматривалась. Кроме огромного помещения, где располагался кабинет Эльвиры, а также имелась свалка самых разных вещей, плюс множество огромных несгораемых шкафов, да и большое количество другой мебели. Как поняла Божена, волшебной.
Эльвира, заметив ее интерес, охотно рассказала, что некоторые шкафы можно использовать в качестве стационарных порталов, а в других появлялись, по желанию заказчика, самые разные вещи. Главное, не слишком интересоваться, откуда они брались.
Затем, издав сухой смешок, высокая и худая женщина, которая иногда походила на вампиршу, рассказала о том, что однажды случился конфуз.
— Мы обычно эти шкафы не используем, — доверительно сообщила она, любовно погладив по украшенной разноцветными геометрическими узорами дверцу одного из них, — но проверяем, на что они годятся. — И из одного черного-пречерного шкафа темной ночью, — она сделала страшные глаза, впрочем, ей и трудится особенно не пришлось, — мы однажды достали исподнее одного Темного властелина. Воплей было. Он к нам телепортировался и собрался бить морду. Но узрел прелестную меня, — Эльвира кокетливо поправила воротник блузки, концы которого создавали видимость бюста. — Ну и я призналась ему, что тоже раньше была Абсолютным Злом в своем мирке. Тогда он нас простил. И еще очень извинялся, что его шелковые труселя второй свежести.