Эвакуатор

— Да, я помню, ты говорил, что обнаружил существ похожих на одержимых. — порывшись в воспоминаниях ответил Борис.
— Нет, они… — договорить я не смог. Голова командира красных разлетелась, словно спелый арбуз, и меня забрызгало ошметками его мозгов.
— Снайпер! — крикнул Борис, и дернув Михаила рухнул на землю. Я успел повторить его движение, сбив с ног Заю, а в следующее мгновение в сторону отбросило последнего из живых спецов. Пуля ударила в бронежилет, но сила была такой что его сложило пополам и откинуло к стене. Парень пытался вдохнуть, но вместо этого его вырвало собственными легкими, перемешанными с кровью.
— Твою мать! Откуда?! — крикнул Борис, оглядываясь. — Слава, мы здесь как на ладони! Вывози!
Ночь, дальность видимости хорошо если пятьдесят метров, все ближайшие укрытия — разрушенное здание с двумя стенами. Куда я к черту могу тут кого вывезти? Но если этого не сделать — шансов выжить вообще ноль. Выдохнув, я сцепил зубы и достав гном выстрелил осветительной гранатой. Парашютик завис в метрах ста над землей, освещая разрушенные руины, и трупы, ютящиеся между обломков.
— Окно через три секунды, Миха, прикрой. — сказал я, найдя нужную точку для телепортации почти на пределе видимости. — Три, два… Давай!
Я открыл портал, и Миша тут же встал, прикрыв его щитом. Толкнув Заю в открывшуюся пространственную дверь, я бросился к дергающемуся в конвульсиях бойцу. Схватил его, закидывая на плечи, и вместе с ним прыгнул вслед за Борисом в портал. Прикрывавший нас боксер шагнул последним, и я захлопнул окно.
— Зая, цела? Есть лечилки? — крикнул я, расстегивая солдатику воротник. — Держись парень, ее зелья еще и не таких на ноги ставили.
— Слава. — позвал меня Борис. — Да блин Слава! Все, он уже ушел.
— Твою мать! — я зло пнул стену, поднимаясь.
— Успокойся. Надо понять, как так вышло. Что это вообще за враг, который использует против нас наше же оружие? Это вполне может быть отряд магистра, а не фаворит, которым нас пугала наша ящерица. — сказал Борис, подойдя к окну. Высовываться он не стал — выглянул у самого края. — Никого, минута света у нас еще есть. Что мы знаем?
— Нас осталось четверо. Стреляли из какого-то противотанкового ружья, если не пушки. — ответил Михаил. — У меня запас энергии просел до половины с одного попадания.
— Я не слышал выстрелов. Значит расстояние не меньше километра… ну или у кого-то завелся «выхлоп». Слава, что скажешь? — окрикнул меня разведчик. — Что ты раньше видел?
— Твари… выглядят как люди. — ответил я, собираясь с мыслями. — Были одеты как военные из спецподразделений. С нашим оружием, но температура тела — такая же как у воздуха, я это и в прошлый раз говорил, а ты ответил, что с зондов их не видно.
— Мертвые? — задумавшись предположил Борис. — Но почему именно наши? Может чтобы не вызывать подозрений? Они точно вычислили наше положение, или заранее знали где мы находимся. Могла снайперская двойка нас ждать?
— Только если точки телепортации заранее известны. — сказал я, окончательно приходя в себя. Парней было жалко, но, если сейчас распускать сопли — мы станем следующими. — почему стреляли не по нам четверым, а по обычным бойцам?
— Они стояли чуть дальше, я не мог бы прикрыть их собой, и до сих пор поддерживал щит на минимуме. — ответил Михаил, глядя на погибшего спеца. — Не стал убирать броню после нападения скатакулы.
— Тогда мы можем найти по крайней мере одну точку, с которой вели огонь. — проговорил Борис, и присев на одно колено высунул в окно снятый с винтовки прицел. — Хорошо, что ты нас сразу в здание перенес, повезло.
— Я здесь отсиживался при артударе. — ответил я, вспоминая ту заварушку. — Хорошо, что остатки дома его выдержали.
— Да, но вот с везением я, пожалуй, переборщил. — сказал, мрачнея Борис. — к нам целая армия идет, не меньше двух сотен рыл. В тепловом диапазоне их не видно, как ты и говорил. Даже не трупы — скорее марионетки. Нужно сменить позицию и попробовать снять их из винтовки. Подтащите стол, я попробую из глубины комнаты выстрелить.
 
— Вроде на кухне был… — стоило мне поднятья, как за окном раздался хлопок, а затем приближающееся шипение. Словно в замедленной съемке я видел, как выпучивший глаза Борис поворачивается к нам, что-то крича. Михаил вскочил, разводя руки в стороны и активируя щит на максимум. А в следующее мгновение серебристый снаряд шмеля влетел в окно, и комната стала геенной огненной. Разверзся ад.
 Глава 12 
 
Ударной волной меня отбросило к выходу, я ударился о дверной косяк и перевернулся. А затем жара прошла по спине, пропекая даже через бронежилет и противоосколочный костюм. Все мои внутренности перемешало, и только резко просевшая полоска энергии позволила мне остаться в сознании. В глазах царила темнота, вместо звуков — шел сплошной гул от разорванных барабанных перепонок. Здоровье медленно восполнилось, но куда меньше, чем мне бы хотелось. И все же мне почти повезло.
Обернувшись, я увидел, как катается по полу Михаил, прижимая ладони к обгоревшему лицу, и пытается сбить с себя пламя. Поломанное и обожженное тело Заи валялось в углу, на груде досок бывших когда-то книжным шкафом. А прямо под местом взрыва лежал изуродованный труп Бориса.
Пошатываясь, я поднялся и держась за стену, неровной походкой направился к Михаилу. Непослушные пальцы лишь с третьего раза сумели достать из подпространства красный эликсир. С огромным трудом, я поймал орущего товарища за голову, и оторвав его ладонь от лица с силой влил в рот целебное зелье. Больше спасать в комнате было некого.
Зая отправилась на перерождение… я помню, как это происходило в прошлый раз, и сейчас удовлетворенно смотрел как ткани сами собой отрастают. Как вправляются переломанный кости, а кожа вновь покрывает обезображенный череп. Почти так же, как с излечением Михаила. А вот у Бориса дела были куда хуже.
Первое перерождение — это всегда шок. И всегда — крайне неприятно. Умирать вообще не самое лучшее занятие. Но нам очень повезло — среди отряда не осталось не одаренных. Возможно, где-то снаружи, прямо сейчас один дракон хлопочет о том чтобы забрать себе неудачливых слуг, если у них останется по одной жизни, но у нашего младшего — Бориса, только она и есть. И я помню каким ужасом обернулась моя первая смерть.
Не дожидаясь пока Миша придет в себя я телепортировал его на лестничную клетку, затем прыгнул к Зае, которая уже заканчивала перерождение, и отправил ее туда же. Последним стал Борис, которого пришлось забирать из-под плотного пулеметного огня. Я все еще ничего не слышал кроме белого шума, но фонтанчики осколков из стен и потолка — весьма достаточный признак, чтобы разобраться в происходящем.
Вместе с телом разведчика я выскочил из квартиры, успев за секунду до очередного взрыва, сотрясшего здание. Остатки квартиры разворотило так, что внешняя стена практически исчезла, а пол провалился на этаж ниже — открыв нашу позицию для стрелкового оружия. Чем мгновенно воспользовался снайпер. Но Миша тоже успел.
Я едва почувствовал сильный толчок в плечо, и только потом заметил голубоватое свечение. Боксер уже стоял на одном колене, прислонившись к стене спиной, и жестом приказывая нагнуться. Весьма красноречиво раскрывая рот с окровавленными губами. Жаль только я его совершенно не слышал. Но пригнуться мне это не мешало.
Шум в ушах начал потихоньку стихать. Пришлось стянуть с головы шлем, респираторы забились кровью, стало тяжело дышать. Тут же меня снова поймали за плечо, и я увидел протянутый Мишей красный пузырек из его запасов. Отмахнулся — нашему здоровяку сейчас нужнее, но тот не желал видеть возражений и чуть не силой влил уже мне в рот эликсир.
— Вот зачем? — спросил я, когда шум в ушах резко сменился звоном, а затем тишина взорвалась стонами, грохотом попаданий пуль в стены и тихого мата боксера. — Тебе самому зелье нужно было, а у меня пусто.
— Мана есть? — хрипло спросил Михаил, и отхаркнув выплюнул кровавый ком.