Клятва Белоснежки (СИ)
Но как быть с детьми? Не с собой же их тащить. Сама мысль, что Лешка столкнется с Викентьевым, пугала до дрожи. Да и Свете с Семёном с ним лучше не пересекаться.
— Боюсь, всё отменяется, — проговорила Жанна извиняющимся тоном, вернувшись к остальным. — Мне нужно срочно встретиться с клиентом. Возникли проблемы.
— Ма-ам! — возмутился Лёшка и взмахнул рукой, явно собираясь ударить по столу, но передумал в последний момент, чтобы не выглядеть глупо перед семьей Александровских. — Нельзя же так! Сегодня суббота!
— Знаю, милый, — Жанна не знала, какие слова подобрать, чтобы успокоить сына. — Но это очень важно. Нужно придумать, как вас всех отправить по домам.
— Стас останется с нами, — буркнул Лёшка. — А ты езжай к своему важному клиенту.
— Я могу, если… — начал Стас и осекся, встретившись с Жанной взглядом и сообразив, что это за клиент, ради которого она готова изменить планы.
— Ты едешь со мной, — подтвердила Жанна сосредоточенно. — Так, я сейчас позвоню Родиону. Это мой водитель. Он буклеты развозит. Но ничего. Пусть бросает всё и едет сюда. Поработает таксистом для всех троих.
— Зачем его выдергивать? — удивился Семён. — Мы со Светой присмотрим за Лёшей. Поиграем на автоматах, как и планировали. А ваш Родион пусть подъезжает, когда освободится. А может, вы и сами успеете расквитаться с делами и вернуться.
— Но… — Жанна растерялась.
Она не привыкла оставлять сына с кем-то, кроме Алевтины Фёдоровны или Лиды. Но ведь младшие Александровские уже не дети, а Лёшка смотрит так пронзительно, что отказ послужит поводом для очень долгой ссоры.
— Что думаешь? — спросила Жанна Стаса.
— Решать тебе, конечно, — проговорил он с легкой улыбкой. — За ребят своих я ручаюсь. Не подведут. Глядишь, мы успеем к ним присоединиться. Не вечно ж нас будет мариновать этот упертый баран.
Лёшка прыснул, придя в восторг от того, как Стас назвал клиента матери. А Жанна тяжко вздохнула. Черти бы взяли этого Викентьева! Желательно в ад. И насовсем!
— Ладно. Но сбрасывай сообщения каждые пятнадцать минут. Алексей, я серьезно, — добавила Жанна, заметив, как сын состроил рожицу. — Иначе вызываю Родиона.
— Хорошо. Через пятнадцать минут, — проворчал Лёшка. — Ты сущий диктатор.
…В машине Жанна чуть не расплакалась. Она так переживала из-за встречи с семейством Александровских. Только-только расслабилась, и вот удар ниже пояса. Никаких моральных сил не осталось, чтобы сидеть перед Викентьевым и слушать его надуманные претензии по проекту или реальные из-за Виталия.
— Ты справишься, — Стас сжал ее руку и добавил: — Мы справимся.
Но Жанну одолевали сомнения в собственной стойкости. Может, развернуться? Ну этого Викентьева в пропасть. Пусть катится туда вместе с контрактом.
Вот только она понимала, что этого допускать нельзя. На кону работа, как минимум, половины сотрудников и репутация агентства. У них и так непростой период. А без контракта Викентьева времена наступят и вовсе темные. Нельзя потерять всё, что с неимоверным трудом построено, из-за подонка, привыкшего играть чужими жизнями. Надо стиснуть зубы и сделать всё, что необходимо.
Однажды это закончится. Ведь так? Должно закончиться…
— Ты сильнее него, помни, — проговорил Стас, паркуясь у главного входа.
— Помню, — кивнула Жанна и вышла из машины с гордо поднятой головой.
* * *
Викентьев заставил себя подождать. Прибыл не через час, как обещал, а через два. В ожидании «важного» клиента Жанна нервничала, ходила туда-сюда по кабинету, выпив вторую чашку кофе, приготовленного Стасом. Без конца проверяла телефон: и время, которое нарочно замедлялось, и сообщения от Лёшки. Сын был немногословен. Писал только «всё ок». Пришлось попросить, чтоб Стас созвонился с Семёном и узнал подробности. Брат отчитался, что они наигрались на автоматах, причем, выиграла Света, и решили сходить в кино на новое фэнтези. Сеанс начнется вот-вот, так что ближайшие два с лишним часа телефоны лучше не обрывать.
— По крайней мере, им весело, — улыбнулся Стас в попытке разрядить обстановку.
Но Жанна сильнее нахмурилась. Сидеть бы сейчас рядом с сыном в кинозале, а не торчать тут и ожидании монстра.
…ОН явился при полном параде, благоухая дорогим парфюмом. В компании Константина, одетого, как и босс, с иголочки, но попроще. Оба осклабились в гаденьких улыбочках.
— Всё переделать, — Викентьев бросил на стол стопку распечатанных фотографий с последней фотосессии и диск с роликом для ТВ.
— Что именно переделать? — спросила Жанна деловым тоном.
— Я же сказал: всё! Я сам пришлю моделей. Девушка готова к съемкам. А парень пока отсутствует в стране. Вернется на неделе.
— Стоп, — Жанна грозно прищурилась. — Почему парень и девушка? Разве мы рекламируем товары для семей с детьми. Весь смысл был…
— Я передумал. Теперь делаем упор на другое.
— Но молодая пара…
— Ты же профессионал, Жанна. Придумаешь, как обыграть. Это нынче дело десятое. Я о другом хотел с вами поговорить, голубки.
Мурашки прошли вдоль позвоночника. Но Жанна не позволила страху отразиться на лице.
— Как же вы любите переходить на личное, Виктор Борисович.
В голосе прозвучал явный сарказм. Ну и подумаешь. Пусть этот ирод видит, что она не трясется осиновым листом. Он может сколько угодно чувствовать себя хозяином положения. Но не ее хозяином.
На стол упали новые фотографии. Сделанные вчера. С Виталием, прижатым Стасом к стене, и бледной Жанной на заднем фоне.
— Увлекательная сцена, — процедил Викентьев насмешливо. — Я навел справки. До недавнего времени этот нервный юноша ходил у тебя в любовниках.
— И что с того? — Жанна пожала плечами. — Все с кем-то спят.
— А как же собачонка? — он кивнул на Стаса, стоявшего возле кресла «невесты».
— Я не сразу определилась, кого выбрать, — она взяла со стола фото и усмехнулась. — Но точно не ошиблась. Предпочла того, кто способен меня защитить.
Это был явный намек на события в офисе Викентьева, но тот и бровью не повел.
— Выбрала? Или наняла на роль жениха? Запечатленная на снимках сцена навевает разные мысли. Я и раньше подозревал, что вы притворяетесь, а теперь укрепился в мысли.
Жанна засмеялась, откинулась на спинку кресла.
— Никакого притворства, Виктор Борисович. Но я не обязана это доказывать. У нас с вами сугубо деловые решения и…
— Это не тебе решать, какие у нас отношения! — прогрохотал Викентьев. — Не люблю, когда меня пытаются водить за нос. И если я получу доказательства, что вы двое именно это делаете, — он поднялся, чтобы возвышаться над Жанной, — тебе придется ползти ко мне и предлагать себя, умолять, чтобы я до тебя снизошел и не растоптал твой бизнес. Не отнял всё, что тебе дорого. Идем, Константин. Провожать нас не надо. Не заблудимся.
Викентьев с прихвостнем покинули кабинет. Стас, несмотря на «пожелание» большого босса, отправился за ними. Не сразу, чтобы избежать общения. На расстоянии, дабы убедиться, что «гости» не задержались в офисе. Рекламное агентство в субботу пустовало. Мало ли, вдруг заходят жучки установить. Иль еще какую пакость устроить. А Жанна, истратившая все моральные силы на «разговор», закрыла лицо руками, с трудом сдерживая рыдания. А ведь это не пустая угроза. Викентьев из тех мразей с деньгами и властью, что мстят, когда не получают желаемого. Жестоко мстят.
— Они уехали на лифте, а я запер дверь на этаж. На всякий случай, — сообщил вернувшийся Стас и, немного помолчав, добавил: — Не переживай. Это пустая угроза.
Жанна отняла руки от лица.
— Ты прекрасно знаешь, что не пустая! Уж ты-то знаешь! Знаешь, на какие зверства способны… — она замолчала, сообразив, что не стоит приводить в пример его погибшую семью. Сгоревшую ночью в собственном доме. — Прости, мне не следовало…
— Ничего, — отмахнулся Стас. — Однажды всё закончится.