Учитель и ученик
– Никоим образом.
* * *
– Уик, Рахара. – Она стояла, дрожа, в помещении обработки, а дроид-камера делал снимки со всех ракурсов. Тем временем протокольный дроид RQ, шаркая, ходил вокруг нее и вслух перечислял факты. – Родилась в корпорации «Цзерка» двадцать девять лет назад в заводском комплексе на Хосниан-Прайм. Исчезла в неизвестном направлении пятнадцать лет, два месяца и два дня назад. Доставлена обратно сегодня приблизительно…
– Я не родилась в «Цзерке», – сказала Рахара. Ее голоса было почти не слышно на фоне шипения пара в клапанах, постоянного лязганья дроидов и шагов пленников по металлическим решеткам. – Я родилась в семье у своих родителей. У живых людей. Ты, наверное, мне не скажешь, кем они были?
Порой ей казалось, что она их помнит. Но в основном она понимала, что это неправда.
RQ помолчал.
– Запрошенная информация иррелевантна.
– Знаешь, у меня есть друг, которого воспитали протокольные дроиды. – Возможно ли достучаться до этой железяки? Научилась же она договариваться с Паксом… время от времени. Быть может, стоило применить этот опыт на практике. – Правда, модели 3PO, а не RQ… но ведь всех протокольных дроидов что-то объединяет, так ведь?
– Нас объединяет протокол, – сказал RQ.
– Да! Именно. Так вот: мой друг Пакс… он говорит, что протокольные дроиды обладают хорошо развитым этическим чувством. Даже лучшим, чем у большинства людей. – Когда Рахара произнесла имя Пакса, голос ее задрожал. Половину времени ей хотелось выкинуть его через ближайший шлюз. Но вторую половину… Рахара сглотнула. Если она сейчас будет думать о Паксе, то ударится в слезы, к чему была близка и так. – Он… он сказал, что, если бы правила устанавливали протокольные дроиды, Галактика была бы куда более упорядоченной.
Автомат развернулся в талии и пристально посмотрел на нее:
– Это факт.
Главным образом Рахара просто тянула время. В трех метрах от себя она видела дверь приемной камеры и знала, что скоро ее отведут туда в наручниках и запрут, а потом приставят к работе в ожидании перевода на новое место. Если верить воспоминаниям других, кого ловили после побега, новое место приятным не будет. «Цзерка» отправит ее либо на спайсовые рудники Кесселя, либо на строительные работы в зверском холоде на Стигеон-Прайме. Снисхождения для нее не будет.
– Поэтому, как протокольный дроид, ты мне, может быть, кое-что скажешь. – Рахара откинула с лица мокрые от пара волосы. Грубый балахон «Цзерки» лип к коже, будто пытаясь ее задушить. – Зачем «Цзерке» живые рабы, если дроиды работают лучше, если они дешевле и долговечней? Зачем? Какой смысл?
RQ наклонил голову:
– Корпорация «Цзерка» обращает в рабство разумных существ потому, что может. – С этими словами он отправил ее на завершение обработки.
* * *
Выйдя из центрального офиса «Цзерки», Квай-Гон направился обратно во дворец. Дроиды-светильники освещали как дорожку, так и некоторые иные отдельные участки территории. Поначалу Квай-Гон не обращал на них особого внимания – дворец всегда был ярко иллюминирован, а его мысли были поглощены идеей освобождения Рахары Уик. Раз Меритт Кол отказалась и от выкупа, и от бартера, возможно, стоило использовать… менее законный подход. Один или два истребителя могли бы проскользнуть незамеченными сквозь системы защиты «Козыря», если организовать отвлекающий маневр.
Но в то время как он обдумывал возможные варианты такого маневра – послать списанный корабль, запрограммированный на самоуничтожение? – внимание его понемногу переключилось на происходившее вокруг. Быстро темнело, и скоро стало очевидно, что территория вокруг дворца освещена ярче обычного. Существенно ярче. Сойдя с обсаженной деревьями дорожки, Квай-Гон оказался на большой лужайке, откуда было хорошо видно дроидов-стражей и дроидов-рабочих, занятых сооружением увеселительного павильона, широкий балкон над морем и особенно Небесную Чашу.
Войдя во дворец, Квай-Гон увидел похожую сцену. На каждой плоской поверхности стояла керамическая ваза, заполненная свежими и яркими цветами. Двое дроидов натирали воском пол большого вестибюля: один катился, рассыпая воск, другой шел следом и полировал. Один из поваров торопливо шагал в сторону кухни, говоря в комлинк: «Нет, шестидесяти фруктовых тарелок мало! Надо минимум восемьдесят… да, я понимаю, что поздновато, но что делать…»
– Джедай Джинн. – Подошла министр Орт, разглаживая свой желтовато-коричневый плащ. – Что ж. Смелости вам не занимать, надо отдать должное.
Квай-Гон решил не поддаваться на эту попытку завязать разговор.
– Куда это вы идете?
– Просмотреть рассадку гостей. Не волнуйтесь. Я не держу зла. Вы получите место в первом ряду. – Орт натянуто улыбнулась и пошла дальше.
«Коронация, – подумал Квай-Гон. – Договор. Ведь это все застопорилось. Или нет?»
Он поспешил в выделенные джедаям покои. Совет явно прислал какое-то сообщение. Раэль, что ли, связался с ними и запросил другого представителя? И они оказались настолько слабовольными, что согласились? Или были составлены новые, исправленные версии договора и конституции?
– Оби-Ван? – окликнул рыцарь, войдя в общую комнату. – Ты здесь?
– Да, учитель. – Оби-Ван показался в дверях своей спальни. И вид, и голос у него были какие-то унылые. – Здесь.
– Что тут вообще происходит? – Квай-Гон скинул с себя плащ.
– Они готовятся к церемонии подписания договора, – сказал падаван. – Коронация, конституция… все такое.
– И каким же образом они намереваются его подписать? – В душу Квай-Гона закрались мрачные подозрения. – «Цзерка» убедила их, что можно вообще обойтись без Республики?
Оби-Ван покачал головой:
– Нет, учитель. Ничего подобного. – Он с усилием сглотнул. – Совет джедаев… Совет назначил меня полномочным представителем Республики для участия в церемонии.
«Падаван будет представлять всю Республику? Пускай и такой сильный, как Оби-Ван? Какая-то бессмыслица».
– Раэль связался с ними, и они дали такой ответ?
– Это я с ними связался. – Оби-Ван выпрямился. – Вы и мастер Аверросс зашли в тупик. Ни один из вас не желал обратиться к Совету. Так что это пришлось сделать мне. Я и помыслить не мог, что они так решат, но именно так они велели мне поступить.
Чувство, что его покинули – предали! – сдавило Квай-Гона, как кулак. И это сделал Оби-Ван?
Он молчал несколько долгих секунд, прежде чем смог подобрать какие-то слова.
– Ты готов подписать договор и ратифицировать конституцию, которые навеки узаконят на этой планете и рабство, и власть «Цзерки»?
– Нет, учитель. – Оби-Ван так быстро замотал головой, что в менее грустных обстоятельствах это показалось бы комичным. – Сенатский комитет написал проект статьи, в котором фактически говорится, что договор действует лишь на временной основе – по сути, просто чтобы открыть гиперпространственный коридор и позволить начать работать демократически избранной Ассамблее. Потом, на протяжении одного местного года, Пайджел должен предложить Республике новую конституцию и новый договор. Естественно, Сенат выразительно обозначил, какие изменения они ожидают увидеть.