Погоня за панкерой
– Я слышал.
– Если их теории верны, то чаще всего мы будем натыкаться на оледенения.
– Возможно. Но – «если»…
– Да, «если»… Но теперь-то ты знаешь, как они выглядят. Если вы с Джейком сможете разработать стандартную процедуру, то сможете перелистывать ледниковые периоды, едва они появятся в поле зрения.
– Попробуем ускорить этот процесс. Второй пилот – выполнять!
– Капитан, подожди!
– Почему, Дити? Мы готовы к перемещению.
– Потому что я не уверена, что мы действуем правильно. Папа установил Тэ-Пять-Плюс, так?
– Джейк?
– Совершенно верно, капитан.
– Тогда в чем проблема, астронавигатор? Мы готовы отправляться дальше.
– Да, но… Зебадия, я сказала, что пять к четырем с точки зрения статистики ничего не значат. Это так и есть. Но я вижу тут закономерность… возможно.
– Давай, дорогая, выкладывай!
– До сих пор все оледенения были на «тэ-минус». Это, конечно, может быть случайностью, но…
– …но оно так не выглядит. Ты имеешь в виду, чтобы мы исследовали только направление «тэ-плюс»? О'кей, я это обдумаю. Второй пилот?
– Нет, Зебадия! Капитан. Я имела в виду, что мы должны посмотреть достаточное количество «тэ-минус», чтобы получить статистически значимую выборку. Как минимум сотню.
– Джейк?
– Капитан, если мы будем передвигаться только в одном псевдонаправлении – например, «тэ-минус», – это будет в четыре-пять раз быстрее, чем мотаться туда-сюда из плюса в минус. Менять направления быстро нельзя, я должен быть с этим очень осторожен. Но если мы движемся в одну сторону, я могу делать установку одним щелчком, и ты можешь командовать «Выполнять!» сразу же.
– Джейк, мы выбрали скачки туда-сюда потому, что предположили – чисто умозрительно, если не считать того единственного случая, мира без «J», – что ближайшие к нам в гиперпространстве миры будут больше похожи на наш родной. Но это предположение оказалось неверным. Поэтому мы дадим Дити собрать статистическую выборку. Быстро. Установил Тэ-Шесть-Минус.
– Э-э-э… установлено, капитан.
– Когда я скажу «старт», я хочу, чтобы ты начал пролистывать их как можно быстрее, не дожидаясь приказа. Точно слайды в проекторе. Я буду отслеживать только признаки ледниковых периодов, их можно обнаружить за долю секунды. Если замечаю теплый мир, я кричу «Стоп!». Дити, ты сможешь вести подсчет?
– Да, капитан.
– О'кей. Если Дити или я кричим «Стоп!», ты останавливаешься. Ты тоже, Хильда. Пусть твой перцептрон отдохнет – мы смотрим только ледники или зеленые миры. Ясно, Джейк?
– Двигаться по «тэ-минус» так быстро, как я смогу устанавливать и перемещать. Остановиться, когда кто-то завопит. Есть, сэр.
– Старт!
– Стоп! – крикнула Дити.
– Джейк, я никогда не видел столько льда! Дити, сколько мартини можно им заправить?
– Какой вариант коктейля? Я должна оценить количество…
– Не важно, все равно у нас нет вермута. Ты получила свою выборку?
– Да, капитан. Сто оледенений, ни одного теплого мира. Это статистически значимо, я удовлетворена.
– А я нет. Джейк, я хочу экстраполировать выборку Дити логарифмически – отправиться в мир тэ-минус-тысяча, потом десять тысяч, сто тысяч и так далее. Сколько времени это займет? На сбор статистики у нас ушло, по-моему, меньше двух минут.
– Минута сорок девять секунд, – подтвердила Дити.
Джейк выглядел обеспокоенным.
– Капитан, я могу настроить шкалу перемещения, установив верньер на отметку пять, то есть сто тысяч. Но при таком перемещении мы дважды опишем супер-гипер-большой круг [155], я полагаю.
– Разъясни, пожалуйста. Я небесный жокей, а не геометр.
– А я геометр, а не философ, и я не хочу, чтобы мы заблудились. Преобразования Берроуза – Кардинга мне представляются достаточно хорошим приближением при описании шестимерного пространства положительной кривизны; они прекрасно работали – до сих пор. Но эвклидова геометрия и ньютонова механика тоже прекрасно работали, пока человечество оставалось на Земле-Ноль и не играло со скоростями, близкими к скорости света. А вот с этого момента приближения оказались недостаточно точными. Я не знаю, можно ли исчерпывающе описать мировую структуру только шестью пространственно-временными координатами. Возможно, их нужно больше шести – и, возможно, намного, намного больше. Мы с Кардингом долго обсуждали эту проблему, но так и не пришли к какому-либо заключению, поскольку абстрактная математика не имеет содержания. Математику можно использовать для предсказаний только после экспериментальной проверки в реальном мире.
– Но мы же этим и занимались, Джейк, – передвижения, перемещения и вращения.
– Но не слишком далеко от нашей исходной точки, от мира, который мы зовем Земля-Ноль. Я боюсь, что экстраполяция, которую ты предлагаешь, заставит нас дважды пройти по супер-гипер-большому кругу, чтобы попасть в… Какой это будет мир, Дити?
– Мир семнадцать тысяч семьсот семьдесят восемь по оси «тэ-минус», папа.
– Спасибо, Дити. Капитан, если мы прибудем туда, то сможем вернуться на Землю-Ноль, установив положительное смещение на такое же количество квантов. Но я говорю: «Если…». Вместо рекурсивного супер-гипер-большого круга мы можем двигаться по спирали или по какой-то другой кривой через измерения, о которых мы не знаем.
– Разве Гэй не вернет нас просто по команде «В, Е, Р, Н, И, Н, А, С, Д, О, М, О, Й»?
– Возможно. Но эти голосовые программы управляют машиной, в которую встроены только шесть измерений. Возможно, она нас вернет… в нашу родную вселенную, но так далеко от Земли-Ноль, что мы безнадежно заблудимся. Капитан, если бы мы с тобой были холостяками, я бы сказал: «Вперед!» Но мы не холостые исследователи, мы женатые пионеры.
– И с приближающимся дедлайном. Второй пилот, установите следующий по списку. Тэ-Пять-Плюс, верно?
– Так точно, капитан.
– Капитан Зебби, я в игре! В дальний путь!
– И я тоже!
– Тихо там, на галерке! Эти дети не только ваши, но и наши, а мы с Джейком не хотим ненужного риска. Так что заткнитесь, или будете оштрафованы на три очка каждая. Второй пилот?
– Установлено, капитан.
– Выполнять!