Погоня за панкерой
Я считал четырехсекундные интервалы между вспышками, гадая, на чем они остановятся. Двадцать один? Пятьдесят? Еще больше? Порт-адмирал и его свита стояли, замерев, отдавая честь, почетный караул держал оружие на караул. После двадцать первой вспышки я отсчитал шесть секунд и понял, что они закончили – и когда грохот стих, подал сигнал Джейку: «Клинки… наголо!» Мы отработали все как часы, двенадцать секунд выверенных движений. Краем глаза я увидел, как Дити слегка, но достойно поклонилась, когда наши клинки были в воздухе, и выпрямилась, когда мы закончили; Хильда не отстала от нее. Наш жалкий салют был ничто рядом с их торжественной встречей, но мы сделали его как надо. Я почувствовал облегчение.
– К но-ге! – прогромыхали динамики.
Свита порт-адмирала расслабилась и двинулась к нам, а мы двинулись навстречу. Были сделаны представления, я услышал, как собранным частям приказывают «вольно по-парадному». Все встречавшие нас носили Линзы, двое были в серой кожаной униформе, но ни один не был тем самым Серым Ленсменом, Киннисоном. Порт-адмирал Хэйнс по рангу мог носить серое, но предпочел принять на себя бремя главнокомандующего и носил черное со знаками различия. Однако медалей у него на груди не было, он носил только одну, на шее.
Вскоре из-за оркестра появился автомобиль, или точнее сказать – «транспортное средство», поскольку это была очень низкая платформа с длинной скамьей на ней – ни колес, ни шума, никакого двигателя, органов управления или водителя. Она остановилась рядом, порт-адмирал подал руку Хильде и усадил ее, его флаг-лейтенант капитан Фернандес усадил Дити, а мы с Джейком устроились между доктором Лейси и коммандером Тедом Смитом (все еще одетым в форму капитана). Дюжина других офицеров куда-то рассосалась (я не увидел куда), и едва мы ввосьмером уселись, как наш экипаж двинулся вдоль строя со скоростью примерно в три узла.
Когда мы добирались до каждого подразделения – роты, батареи, взвода, боевой группы, чего угодно, – его командир отдавал нам честь. Хэйнс отдавал честь в ответ, но другие офицеры ничего не делали, так что и мы с Джейком воздерживались. Мы «инспектировали» почетный караул, но для проформы, а не на самом деле. Но я готов поспорить, что если бы мы остановились и натянули белые перчатки, то мы бы их не запачкали.
Движущаяся платформа привезла нас в адмиральскую кают-компанию, подождала, когда мы слезем, укатила прочь, и за ней закрылись двери. Я сделал мысленную отметку позже спросить, как она управляется (у меня в голове было три варианта, один требовал Линзы), но я так никогда и не спросил.
Хэйнс и его флаг-лейтенант усадили нас в кругу из девяти кресел, и порт-адмирал без лишних слов приступил к делу:
– Пустое кресло для сэра Остина Кардинга. Если повезет, он будет с нами до ланча в тринадцать тридцать. Он был на конференции на некотором удалении, около восьмисот световых лет, и когда я вызвал его, он послал меня смочить голову холодной водой, – Хэйнс ухмыльнулся и стал выглядеть моложе. – Он дает мне этот совет уже тридцать лет. Однако я ухитрился убедить его, что есть нечто, выходящее за пределы моих способностей (что его не удивило, он невысокого мнения об умственных способностях других людей), и смог доказать, что проблема достойна его внимания, – порт-адмирал посмотрел на меня. – Капитан Картер, сэр Остин говорит, что ваш предполагаемый пространственный двигатель – чушь собачья.
Я уже встречался с большими военными шишками и не жду от них проявлений дипломатичности, кроме тех случаев, когда им это выгодно. Поэтому я ответил сдержанно:
– Адмирал, не припоминаю, чтобы я утверждал, что у меня есть «пространственный двигатель». Я не утверждал ничего, что не подкреплял бы демонстрацией. Спросите капитана Смита.
– Поправка принята. Капитан Смит только что напомнил мне, что в его рапорте нет слов «пространственный двигатель». «Континуумоход» – этот термин вы использовали. Также он напомнил мне о других явлениях, о которых докладывал, включая то, что вы называли «пространственно-временное искривление». Но ваши ничем не подкрепленные утверждения включали упоминания о «путешествиях между континуумами» – путешествиях во вселенные, параллельные этой.
Джейк ухватился за это.
– Нет, нет, адмирал! Мы были в нескольких вселенных, но ни одна из них не параллельна этой. Я такого не говорил.
– И снова капитан Смит поправил меня. Вы упоминали «другие вселенные». Принимаю поправку, но заявляю, что не вижу разницы.
– Это потому, что вы не математик! – голос Джейка приобрел опасные высокие ноты, и наверняка еще одно упоминание о «предположениях» или «утверждениях» заставило бы его взорваться.
Хильда это заметила и тут же начала проводить отвлекающий маневр.
Она сидела напротив Хэйнса в кругу кресел, вне моего поля зрения, поскольку я был близко к адмиралу – между нами находился только Смит – и повернул свое кресло, чтобы видеть начальство.
– Адмирал, вы двое обсуждаете нас через свои Линзы! – заявила Хильда самым суровым сержантским голосом. – Неужели это считается вежливым обхождением с гостями?
Я повернулся, чтобы посмотреть на нее: она сбросила академическую мантию, поскольку в комнате было тепло, по крайней мере, для людей, проходивших голыми или почти голыми восемь субъективных недель. Хильда сидела, наклонившись вперед, спина прямая, и выглядела очень женственно и чрезвычайно надменно.
– Ну? Ответьте мне! Так обращается с гостями порт-адмирал Патруля?
– Мадам, ваш точный статус все еще не определен.
– Пожалуйста, обращайтесь ко мне корректно!
– Доктор Хильда Берроуз, ваша группа была задержана в нашем пространстве…
– Вашем пространстве? Какое высокомерие! По какому праву оно ваше? Интересно, Клоно выписал вам купчую? Уверена, что Ментор этого не сделал. Адмирал Хэйнс, говорить о пустом пространстве, находящемся в миллиардах километров от ниоткуда, что оно «ваше» – это нонсенс. Мы…
– Пространство, которое мы патрулируем, доктор. Поправка принята.
– Придержите свой язык, сэр, я не закончила. Нас не задержали. «Задержать» означает арестовать. Капитан Смит, вы говорили порт-адмиралу Хэйнсу, что арестовали нас?
– Нет, доктор Хильда.
– Благодарю вас, капитан. Порт-адмирал, мы пришли свободно, как приглашенные гости. Вы приняли нас как почетных гостей. А теперь вы говорите, что «наш статус еще не определен»… что вы хотите этим сказать, сэр?
Хэйнс выглядел ошарашенным, но не сдался.
– Доктор, я имею в виду именно то, что сказал. Капитан Смит доложил, что видел… или думал, что видел. Но я не смог подтвердить это, исследуя ваши разумы…
Язва задохнулась от гнева.
– О! Так все эти попытки не были неуклюжими случайностями? Я прощала их, как могла простить собаку за попытку лизнуть меня в лицо. Что вы за мальчишка, адмирал? Любитель подглядывать в замочные скважины? Стыдитесь, гадкий грязный мальчишка!