Эвакуатор

  
Глава 1
 
Тьма отозвалась шумом в ушах и болью во всем теле, но отпускать меня так просто не собиралась. И только когда ко мне снова пришло осознание себя — гонг заработавшего сердца огласил возобновление жизни. Выпучив глаза, я ловил ртом недоступный воздух и царапал грудь пальцами, ломая ногти. А затем наконец смог сделать первый вздох.
— Кхах… — кашляя, я с сипением вдохнул полной грудью, и тьма начала отступать, сменяясь гигантскими черными пятнами. Те плясали перед глазами, не давая осмотреться, но я все равно различил отблеск светодиодной лампы. Значит, я еще здесь.
💀💀💀 🌀❖ 💎⚡ 👻
💪 [◼◼◼▧▧▧❖▢▢▢▢▢▢◇▢▢▢▢▢▢◇]
🧡 [◼▧▧▧▧▢◇▢▢▢▢▢▢◇▢▢▢▢▢▢◇]
⚡ [◼◼▧▧▧▢◇▢▢▢▢▢▢◇▢▢▢▢▢▢◇]
🧠 [◼◼◼◼◼▧❖▢▢▢▢▢▢◇▢▢▢▢▢▢◇]
👀 [◼▧▧▧▢▢◇▢▢▢▢▢▢◇▢▢▢▢▢▢◇]
🌞 [▢▢▢▢▢▢❖▢▢▢▢▢▢◇▢▢▢▢▢▢◇]
Несколько минут потребовалось мне, чтобы просто осознать себя и свыкнуться с болью. От каждого движения, даже простого дыхания, по телу проходила мучительная судорога. Энергии на восстановление не было совсем, все характеристики просели, и я чувствовал, что еще немного — и от меня ничего не останется.
Последний шанс.
Через грохот крови в ушах я сумел разобрать частые хлопки выстрелов. Бой все еще продолжался. А значит, моя последняя жизнь была в опасности. На секунду в голове заворочался червячок сомнения. Что, если Артем был прав? Что, если с врагами невозможно справиться и единственный шанс — сбежать с поля боя?
В жопу этого придурка. Мы и так все сдохнем, так хоть сохранив остатки чести и воли. Я попробовал сесть и оглядеться — вышло с большим трудом. И все же я сумел чуть приподняться и осмотреться по сторонам. Кажется, меня притащили в наспех перевезенный лазарет. Вот только места не хватало, и я лежал на полу, в одном ряду с телами погибших.
Морщась от боли, прикоснулся к ближайшему трупу. Ничего, похоже, мое тело уже высосало всю энергию, что была в окружающих. Ладно, попробуем взять с дальнего. До скрежета сжав зубы, я перевалился через изуродованные трупы, прикоснувшись к последнему в ряду. Энергия чуть подросла и тут же просела в ноль. Зато восстановилось одно деление выносливости, и боль чуть отошла.
— Рано меня еще списывать, — усмехнулся я и удивился охрипшему тихому голосу. Похоже, последнее воскрешение обошлось моей тушке очень дорого. Я ощупал живот. Гребаный электромант умудрился засадить в меня нож ниже пластины бронежилета. Судя по тому, что я до сих пор был в защите, спасти меня не пытались. Не бросили на лестничной клетке — и на том спасибо.
Проверив все тела, я убедился, что собрал все до капли, а затем, аккуратно придерживаясь за стену, встал. Это простое действие далось мне с большим трудом. Но я прекрасно понимал, что, если все еще идет бой, оставаться здесь — все равно что самоубиться. Если я не помогу справиться с осадой — меня сожрут вместе с остальными.
Понимая, что идти в таком состоянии быстро не смогу, — я активировал телепорт. Способность сработала отлично, перенеся меня в коридор. Еще секунда — и я уже у запертой двери, за которой почти ничего не видно. Похоже, лампочки в подъезде все полопались, или их разбили во время схватки. А может, просто генераторы, подающие на них ток, сдохли.
Несколько вспышек выстрелов прогрохотало совсем рядом. Похоже, я снова оказался на переднем рубеже обороны. Только вот какого черта? Разве раненых не должны были оттаскивать выше? В безопасность, чтобы спокойно провести операцию и вернуть их в строй. Но, увидев номер этажа, я все понял — одиннадцатый.
Меня и в самом деле утащили наверх, пытались спасти, да только рептайды прорвались куда выше, чем мы ожидали. Значит, все рубежи обороны уже прорваны. Большая часть здания уже потеряна и занята монстрами. А за нами осталось только несколько самых верхних этажей. Это не просто плохо, это катастрофа. Все-таки придется выводить людей?
Я попробовал открыть дверь, но понял, что она заперта на замок, не имеющий щеколды. Видимо, закрывали снаружи, торопливо отступая за последний рубеж обороны. К счастью, для меня это не было проблемой. Еще раз выглянув в глазок, я телепортировался на лестничную площадку, позади засевших за баррикадой стрелков.
 
— Что тут? — хрипло спросил я, и резко обернувшийся мужчина чуть не вынес мне мозги. Я лишь успел грохнуться на пол. Благо это много сил не требовало.
— Слава! — с облегчением сказал Герман, перехватив руку стрелка. — А мы думали, ты все. Умер. Я был уверен, сам проверял пульс.
— Ошибся, как видишь. Хоть и не сильно, — усмехнулся я, приподнимаясь на локтях. — Что происходит? Почему мы на одиннадцатом?
— Я думал, если уйдем от воды, они не смогут прикрываться щитами, и атака захлебнется, — ответил Герман, вновь подползая к краю. — Но этим тварям плевать на потери. Да и не дохнут они, если в мозг не попасть. А то, что щиты кончились, их только затормозило. Но они продолжают такой толпой переть, что это неважно.
— Твари, — пробормотал я, прислонившись к стене. — Все, кто погиб, здесь?
— Нет, большая часть осталась на своих рубежах. Мы потеряли человек двадцать. А монстры не больше десятка. Живучие уроды. Словно у них не одно сердце — а два. К тому же их раны быстро затягиваются. Я уже заметил тварей, которых сам подстрелил. При этом гарантированно попадал. У них только трещины в панцирях остаются.
— Значит, бить надо в голову, — пробормотал я, когда я попробовал подняться, голова снова закружилась, и мне пришлось сесть, чтобы не рухнуть. В глазах потемнело, но приступ быстро прошел, оставляя после себя гадкий шум в ушах и пляшущие черные круги перед глазами.
— Ты как? — спросил, глядя на меня, Герман.
— Жить буду. Хотя, может, и не долго. — Я попробовал улыбнуться, но вышло не слишком натурально. — Что с бомбой?
— Инн не успел ее закончить, — мрачно ответил Герман. — Твари сумели пробиться на восьмой этаж… а после — я даже не знаю. Может, он еще отбивается, а может, уже мертв. Они заперлись в квартире. Он говорил, что переносить не до конца собранную бомбу опасно.
— Восьмой, говоришь… — я подполз и лег рядом с ополченцем, а затем выглянул на лестничный проем, осветив его фонарем. Снизу тут же прилетело копье, чуть не раскроившее мне череп, но я успел осмотреться.
Дела были не просто плохи — мы попали в полную жопу. От девятого и до первого этажа перил не было видно, их снесли поднимающиеся рептайды. Воины без щитов стояли на несколько этажей в плотной очереди. Они медленно, но верно пробивались через заваленные мебелью пролеты и до сих пор не взяли здание, только благодаря отчаянному сопротивлению со стороны выживших.
С таким количеством врагов было невозможно справиться. Ни в одиночку, ни группой. Учитывая силу, скорость, регенерацию и броню рептайдов, они оказались совершенно неуязвимыми для нашего оружия. За каждого убитого врага приходилось двое или трое наших. И это при том, что обычно при осаде и одинаковом вооружении защищающиеся имеют преимущество десять к одному. А мы еще и по технике были намного сильнее.
— Нам нужна эта бомба, — сказал я, отползая от края. — Их слишком много. Единственный шанс — взорвать лестницу вместе с ними.
— Это железобетонная конструкция, — покачал головой Герман. — Если ее снести, не факт, что выдержат несущие стены и весь дом не обрушится вслед за ними.
— У нас так и так нет вариантов. Или оказаться сожранными по одному, или рискнуть и взорвать бомбу, — сказал я, прикидывая, как лучше оказаться на восьмом этаже. — В какой он точно квартире? Не по номеру, естественно, по расположению.
— С западной стороны, вторая слева, — объяснил ополченец, ткнув вниз пальцем.
— С ветреной, это плохо, — пробормотал я, понимая, что в таком состоянии спуститься на три этажа по веревке во время урагана не смогу. Рискнуть и прыгнуть прямо по лестнице? Есть ненулевой шанс, что кто-нибудь из рептайдов поймает меня за шкирку, и тогда я больше никуда уже не пойду. Значит, нужно придумать другой план. — Телепортироваться в зоне прямой видимости не проблема. Если бы только лифт работал.