Первая после бога (СИ)
Забыла, что он где-то там, на песке остался. Когда громила доктора на спину своему зверюге усадил, про сумку Дира думала в последнюю очередь.
– И чего вот опять не так сказал? – блондин мотнул головой, стряхивая волосы на ухо. – Есть такое дело, нравишься ты мне. И что, преступление это? В кутузку посадишь?
– Ага, – поняла догадливая Кассел. Хотела было спросить, из каких конкретно его высказываний следовало, будто громила к ней неравнодушен, но не стала. – Ну, так как? Поеду я?
Варос пробормотал себе под нос неразборчивое. Кажется, там было что-то про Хаос, демонов и способы их размножения. Дёрнул цепь раздражённо – крепёж вывалился из стены, прихватив с собой полкирпича. Блондин снова буркнул, отшвырнув растяжку, едва Урагану по лапе не заехав. Впрочем, дракон ничуть не обиделся и, оставив в покое кольцо, попробовал на зуб новую игрушку.
Кирпич пробы не пережил. Железо держалось.
– Как с вами умными сложно-то, – рыкнул Рейнер уже в полный голос, коленом отпихивая морду ящера. Видимо, на диету взгляды наездника и зверя не совпадали. – Другой скажешь: «Пойдём в койку!» – и всех дел. А тут танцы танцуй. И всё равно мордой об стену получишь. Вот о стихах с тобой болтать – милое дело. Ни с кем так душевно поговорить не выходит. Не насмешничаешь, растолковываешь понятно, знаешь много всякого. Только когда же до простого доходит, всё запутывается, как постромки.
– Сочувствую, – покивала доктор Кассел. – Но, боюсь, у нас всё стихами и ограничится. А со всеми делами не ко мне.
– Да понял я уже! – рявкнул блондин. – Не совсем же дурак. Ещё в больнице дошло. Да и порассказывали всякого-разного. Куда уж мне? Вот снова же не про то хотел, а всё вывернулось… Короче, погоди уезжать. Тут ребята собраться хотели – мяска пожарить, туда-сюда. Ну, вроде как моё возвращение отпраздновать. Пойдём, а? Познакомишься там со всеми. Хорошие мужики, отвечаю!
Ни узнавать, что же такого про Доктора С могли рассказать, ни знакомиться с «мужиками», даже очень хорошими, её не тянуло совершенно, тем более под жареное мясо. А вот со старшей гордостью империи переговорить стоило. Хотя сомнения в том, что без дубинки, которую доктор так и не прихватила, Кассел сумеет до него достучаться, оставались. Только делать что-то надо. Не нравились ей настроения Рейна. А из самой Диры психолог примерно такой же, как и пилот. Тут помощь профессионала нужна. Но талант предсказывать будущее не требовался, чтобы представить, куда младший Варос пошлёт, предложи ему обратиться к мозгоправу. Здесь тонкий, деликатный подход необходим.
Понятие «тонкость» и громилы, пусть мысленно упомянутые в одной связке, выглядели дико.
– «Тут» – это где? – уточнила Дира, нервно хмыкнув.
– Да здесь недалеко, – просиял бугай, ненавязчиво, так, что она едва в собственных ногах не запуталась, подталкивая хирурга к двери. – Тут за полигоном лесочек, а в нём мы давно полянку присмотрели. И кострище обустроили. Даже печку с решёткой наладили – всё по уму. И ветерок там, дым в сторонку относит. Чтоб драконы не беспокоились, а то до мяса они тоже большие охотники…
Ураган, подтверждая ¬– он от барбекю не откажется – за их спинами взревел так, что железные стены ангара вздрогнули. И тут же из-за перегородок, за которыми до этого мёртвая тишина стояла, зверюге десяток глоток ответило – сарай завибрировал гигантским барабаном. А доктор сама, без дополнительного понукания наружу вылетела пулей. Разом вспомнив, что драконы – не домашние питомцы.
– Ты чего? – удивился Варос, спокойно закрывая дверь стойла.
– Да ничего… – выдавила Кассел, свой несчастный саквояж выкапывая и от песка его отряхивая.
Вот так думаешь, что от страха избавилась и сам Хаос тебе не брат, а потом понимаешь – ошибалась. Всё-таки больших, когтистых и клыкастых боишься по-прежнему. Особенно когда их много и все они рядом.
***
«Хорошие мужики» и вправду оказались такими. Ну, по крайней мере, в понимании Диры. Она-то ожидала увидеть разудалых золотых мальчиков, девок, плясок с раздеванием и рек вина. Но промахнулась сразу во всём. Правда, слово «мальчики» к этим гигантам подходило меньше всего. Пятнадцать верзил – все, как один с небритыми разбойничьими рожами – если и уступали в размерах Варосам, то ненамного. Но потрясающе обходительные, Диру встретившие приветливо и без удивления: сидит человек, значит, надо так.
Обихаживали себя спортсмены самостоятельно. Один мясо жарил, другой овощи раскладывал, хлеб. В должностные обязанности третьего входило напитки раздавать: пиво слабенькое, да соки – алкоголем здесь не злоупотребляли. В общем, чинно, благородно и душевно. Всего веселья – ненавязчиво тренькающая гитара.
А шашлык вкусный.
Вот только старший Варос появился, когда совсем стемнело. Без слов кивнул доктору, приглашая прогуляться. Это Кассел не понравилось, но деваться некуда – пошла, кутаясь в огромную, как палатка куртку, младшим блондином заботливо предложенную.
Разговор бугай заводить не спешил, шагал себе по едва угадываемой тропинке. Да и доктор молчала, пыталась подобрать слова подоходчивее и поделикатнее. И с тем, и с другим выходило не очень. По глубокому убеждению хирурга, с понятливостью у гордости империи явные проблемы наблюдались. Ну а недостатком душевной чуткости сама Дира отличалась – куда от правды-то деваться?
Как ни странно, но затянувшуюся тишину первым блондин нарушил.
– Как я могу уговорить брату помочь? – брякнул негромко, но эдак очень веско.
Подтекст читался без всякого труда, переводчиков и словарей. Мол: «Убеждать стану долго и нудно, до полной победы. С чего предпочитаешь начать: с обсуждения размеров взятки или сразу ноги тебе переломать?».
– Как раз об этом я и хотела поговорить, – начала Дира осторожно.
Взятки её не интересовали и конечности целыми сохранить хотелось.
– Только не начинайте! – кажется, громила башкой мотнул – в темноте не разглядеть. Но на месте-то он точно встал, перегораживая дорогу. – Про невозможное я уже всё слышал. Давайте теперь про сверхвозможное.
– Ну, про это я скажу только одно: ничем не могу помочь!
Кассел очень не нравилось, когда её подавить пытались: габаритами, авторитетом или положением. А Варос даже и не пытался. Он просто подавлял. И в отличие от своего близнеца, откровенно пугал.
– Значит, теперь на всю жизнь таблетки и припадки? – протянул эдак задумчиво.
Действительно, что ли, осознать пытался?
– Эпилепсия при посттравматическом синдроме необязательна, – доктор честно попыталась говорить помягче. – Но вы же должны понимать: энцефалопатия штука не предсказуемая и… М-да. В общем, припадков может и не быть, а таблетки и головные боли навсегда.
– Ну-ну… – непонятно хмыкнул Варос, заложил руки за спину и неторопливо опять вперёд пошёл. Вот и догадывайся, что он в виду имел: то ли разговор закончен, то ли положено за ним послушной собачкой бежать. – А вы слыхали, умники-то доказали: не могут драконы летать. Ну, вот не могут и всё. И кости крыльев слишком хрупкие, чтобы такую тушу поднимать. И размах у них недостаточный. Планировать – это ещё куда не шло. А вот взлететь, да без разбега – нет, не могут. А они, понимаешь, летают. Как так?
– Вы какого ответа от меня ждёте? – поинтересовалась Дира, твёрдо решившая на месте оставаться.
– Да вот думаю, может, вы знаете, где ещё возможно, а где уже невозможно? Ну, должна же быть какая-то граница. И другой вопрос. Ну, дали Близнецы кому-то силы, которых у других нет. Зачем, а? Просто потому, что левая пятка захотела? Одному шиш с маслом, а другом, например, умение картинки оживлять? Должна же быть какая-то причина или нет?
– Да вы ещё и философ!.. – поразилась Кассел.
– Нет, вы ответьте, – громила недалеко ушёл. По крайней мере, если судить по голосу. И, кажется, впереди сарай какой-то стоял или дом что ли? Дире показалось, что кусок темноты слева был чернее всего остального. – Причина должна быть?
– Ну, наверное, должна, – не слишком уверенно ответила доктор. – Знаете, меня никогда умозрительные проблемы не интересовали.