Где зима тебя настигнет (ЛП)

айЭм прищурился.
– Не верю, что ты говоришь такое.
– А как еще объяснить тот бред, что ты несешь? У меня других объяснений нет.
айЭм направил на него палец, акцентируя жестом каждое слово, сказанное со злостью.
– На протяжении всей жизни ты поимел и бросил сотни, тысячи женщин. Я видел это собственными глазами. Видел, как они сходили с ума по тебе, приходили к твоему порогу, шатались по нашим клубам в поисках тебя... и это даже после того, как ты стирал им воспоминания... когда не забывал, конечно. И то, что я сейчас вижу...
– Все изменилось...
– ... ты повторяешь все это с женщиной, которую никто не поддержит, когда ты наиграешься.
– ... сейчас это моя шеллан, она вернулась ко мне.
айЭм отшатнулась. Потом грустно повесил голову.
– Значит, ты веришь в это.
– Нет.
Трэзу хотелось вбить кулак в стену, пока он пытался удержать правду за зубами. А хотелось орать во все горло о том, что он точно знал – это его шеллан.
Выругавшись себе под нос, он пробормотал.
– Да плевать. К чему эти разговоры.
– Ты на самом деле веришь, что это она.
Трэз отошел и снова прислонился спиной к двери. Скрестив руки на груди, пожал плечами.
– Ты должен испытывать облегчение от того, что я не использую ее. Хотя бы этот вопрос сними со своей совести.
айЭм покачал головой.
– Она – не Селена.
– Поговори с Хекс. – Трэз указал рукой через плечо. – Иди, поговори с моим безопасником. Она знает правду. Она – мой лучший друг, и она никогда меня не обманет.
Закрыв глаза, айЭм потер веки. Когла он снова заговорил, его голос звучал устало.
– Она – симпат.
– Лучше молчи, – прошипел Трэз. – Даже не смей упрекать ее за то, кем она является. К тому же, она всегда стояла горой за меня. Я видел от нее только хорошее, и ты это знаешь. Ты знаешь ее.
– Соглашусь. – айЭм поднял взгляд. – Она всегда тебя поддерживала. А ты не подумал, что она сказала тебе именно то, что ты хотел услышать? Не знаю, что именно она тебе поведала, но она в курсе, в каком ты отчаянии. Что ты на грани... определенного поступка. Ты не подумал, что она манипулирует тобой из лучших побуждений?
Трэз оторвался от двери и схватился за ручку.
– Мне лучше уйти. Пока не стало еще хуже.
– Ложь приятна, но правдой от этого она не станет. И врать Хекс не должна была, даже из лучших побуждений. И скажу тебе кое–что... страдать будет именно Тэрэза. Когда до тебя, наконец, дойдет, что она – не Селена? Ты потеряешь к ней всякий интерес. Ты любишь женщину, которой с тобой нет, и самолечение этой ужасной реальности сексом с двойником – неразумный вариант, даже если это помогает облегчить боль.
Иииии вот почему следовало молчать о реинкарнации, подумал Трэз.
– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. – Он открыл дверь. – Поговорим позже.
Например... лет через десять.
Или тысячу, подумал он, уходя.
* * *
У автомата с розливом воды. Лиза и Эмиль. Тэрэза наполняла графин, чтобы обслужить первый столик за вечер. И, вот так сюрприз, Лиза злилась, Эмиль извинялся, а Тэрэза думала о том, как бы заработать чаевые на переезд. Повторяется вчерашний день.
Но все изменилось кардинальным образом.
С момента их с Трэзом близости в том коридоре мир перевернулся, метафорическая мебель сдвинулась на пару дюймов, и новое пространство между диванами и креслами принесло нотку свежести знакомой комнате.
И знаете, такая планировка ей нравилось больше. Намного больше...
Если только Трэз не сильно разругается со своим братом, думала она, подходя к четырем человеческим женщинам за столиком. Они с братом были напряжены, когда она покидала кабинет айЭма. Будем надеяться, они устранят разногласия... а не разнесут весь ресторан к чертям.
– Добрый вечер, – она поздоровалась с женщинами. – Меня зовут Тэрэза, и сегодня я буду обслуживать вас. Могу предложить вам для начала вино или коктейли?
Разливая воду и поддерживая легкую беседу с клиентами и приняв заказ на напитки от квартета лучших подруг со времен колледжа, Тэрэза все поглядывала на автомат для розлива воды, и не потому, что ей было интересно, не повысили ли Эмиль и Лиза ставки по части своих обсуждений и отношений. Ожидание выматывало, и на задворках сознания она понимала, что слишком вовлечена эмоционально и не может прожить без Трэза и пяти минут.
Пытаясь при этом оспаривать свои чувства.
Тэрэза вернулась к автомату, подала напитки и оставила женщин изучать меню, когда почувствовала запах, что пробудил все ее рецепторы.
– Привет, – прошептал Трэз ей на ухо. – Есть минута?
Повернувшись, она улыбнулась ему, осознавая, что на самом деле боялась, что он уйдет не попрощавшись. Без слов. И с другой стороны это было чересчур. Если она продолжит с таким же рвением, то оттолкнет его.
Никто не захочет быть предметом чьей–то одержимости.
– Да, конечно. – Особенно потому что она чувствовала напряжение за его улыбкой. – Ты в порядке?
– Сейчас – да.
Повисла пауза, и Тэрэза знала, что мысленно он уже целовал ее… и, вот неожиданность, она отвечала ему. И вот в чем дело. Тот факт, что он также увяз в этом увлечении, как и она, придавал ей уверенности.
Одна в этом она чувствовала себя потерянной. Вместе с ним? Их ждала дорога страсти.
– Подойди на минуту, – позвал он.
Они вышли в коридор, ведущий к уборным для клиентов, и Трэз достал что–то из своего кармана.
– Эти ключи? – спросил он.
Когда он протянул руку, Тэрэза не поверила своим глазам.
– Да! Боже... как ты нашел их?
Взяв связку, она выделила медный ключ от дома ее родителей. Или точнее ее... кем они там ей приходились.
– Увидел на полу. До прихода клининговой службы утром.
Приложив ключи к сердцу, Тэрэза сказала себе мысленно, что они не должны иметь для нее такое значение.
– Большое спасибо. Ты не представляешь, как они дороги для меня.
– У меня есть кое–что еще. – Он достал из заднего кармана свернутые деньги. – Также возвращаю и это.
Она охнула при виде десяти стодолларовых купюр, испытывая мгновенный восторг. Но потом, прищурившись, посмотрела на Трэза.
– Трэз. Я верю, что ты нашел ключи на полу. Деньги ты там найти не мог.
Он вскинул указательный палец.
– Прежде чем ты отошьешь меня, скажу, что парень, который ужинал здесь прошлой ночью – мой друг. Когда я рассказал ему, что случилось с чаевыми, он настойчиво просил передать тебе это. И... – она хотела его перебить, но он не дал: – ... я не знаю, сколько он тебе оставил, поэтому можешь пересчитать и убедиться, что это действительно он. Ты не называла мне размер чаевых. Об этом знаете только вы.
Упершись руками в бедра, Тэрэза покачала головой.
– Я не могу принять...
– Пересчитай. – Он протянул ей деньги. – Давай, ты увидишь...
– Нет. – Она разгладила волосы руками, бессильная тревога заставила ее нервничать. – Я верю, что деньги от него. Но потеряла то я, не он. Он не должен ничего компенсировать.
– Ты попала в перестрелку, – настаивал он. – Это не твоя вина. И ты не потеряла деньги, их украли.
– Это мне не повезло. Не ему. – Она сжала его руку в кулак. – Верни ему деньги. Я, правда, ценю эту щедрость. Но я продолжу работать здесь и как только смогу – решу вопрос с жильем.
– Если я скажу, что деньги не его, это изменит твое решение?
– Нет. – Тэрэза улыбнулась ему. – Но я ценю твою заботу обо мне. И, правда, поблагодари его.
Трэз пробормотал что–то себе под нос. Но убрал деньги. И это глупо с ее стороны отказывать от налички, когда мужчина настолько богатый как Трэз предлагает, и очевидно это его не разорит... к тому же эти деньги могли сильно помочь ей.
Но она не могла это сделать.
– Я, правда, очень признательна, – сказала она. – И тебе тоже.
– Увидимся в конце вечера?
Она снова покраснела, как в тот момент, когда Трэз вошел в ресторан через черный вход.
– Да.