Космический десант

Джона, конечно, расстроил провал Кайли, но он ни единым словом не упрекнул дочь, и она вернулась к работе пилота. Джон Роберт тоже выразил ей свое сочувствие, но тогда ему было невдомек, каких душевных мук стоила Кайли неудачная попытка поступления в Академию. Лучше всех ее поняла Лайа.
— Мне жаль, Кайли, — сказала она. — Я знаю, как тебе хотелось попасть в Корпус.
Затаившаяся в глубине ее огромных голубых глаз печаль лучше всяких слов говорила Кайли, что Лайе хорошо знакомо чувство утраченных надежд, и лишь тогда Кайли наконец-то осознала, насколько несчастна ее старшая сестра.
— Мне тоже жаль, — прошептала она, и Лайа, в свою очередь, поняла, что Кайли имеет в виду не только свое собственное разочарование, но и несложившуюся жизнь Лайи. С тех пор сестры сблизились. Они не стали друзьями, нет. Кайли не думала, что они смогут когда-нибудь подружиться — слишком разные они были, — но взаимопонимания они достигли.
Кайли изо всех сил боролась с отчаянием, с головой окунувшись в работу, но незарубцевавшаяся душевная рана частенько давала о себе знать. Джон Роберт был прав, зависть — опасное чувство. От нее так просто не избавишься, даже если начинаешь понимать, что на Академии, в конце концов, свет клином не сошелся и что даже выпускники Академии не всегда идут по жизни легко и просто.
И тут появился Лукас.
Кайли распознала в нем выпускника Академии в тот самый момент, когда он впервые уселся в кресло пилота. Она не сомневалась также в том, что он провел на службе в Корпусе гораздо больше времени, чем обязательные шесть дет по окончании Академии. Лукас носил гражданскую одежду, но на нем она становилась униформой.
Риз раскусил его почти столь же быстро, как и сама Кайли. Но Риз не стал ходить вокруг да около, а спросил Лукаса напрямик — учился ли тот в Академии. Лукас ответил «да». Просто «да» и ничего более. Кайли терялась в догадках, что же могло заставить его уйти со службы. Наверняка что-то крайне для него неприятное, о чем он не желает говорить. Он был очень вежлив, очень откровенен… до тех пор пока кто-то из Майклсонов не пробовал выяснить какие-либо подробности из его прошлого.
Холли однажды спросила Лукаса, есть ли у него семья, и он отделался от дальнейших расспросов одним единственным словом, как и в случае с Ризом. Только на этот раз он ответил «нет». И все. И снова вежливо заговорил на какую-то другую тему.
Майклсонам пришлось отказаться от своих попыток узнать его подноготную.
А он оставался все тем же Гретом Лукасом, каким показался Майклсонам в первые дни после болезни — благожелательным, обходительным, всегда готовым дать добрый совет или оказать практическую помощь. Тем временем и финансовые дела «клана» Майклсонов пошли на поправку. Впервые за все время после смерти Джона «Галактика Виддона» начала приносить доход и Майклсоны воспряли духом, с оптимизмом глядя в будущее.
И вдруг, по пути на Джеросс, удача снова изменила им..
На одной из предыдущих станций Риз подписал контракт о транспортировке сельскохозяйственной техники на Джеросс. «Галактика Виддона» заходила в этот порт всего один раз, несколько месяцев назад, и не было никакой гарантии, что там удастся заполучить груз для доставки на Омарлин обратным рейсом, но, немного посоветовавшись, Майклсоны решили лететь на Джеросс. Дела в последнее время идут неплохо, рассуждали они, так что один рейс порожняком можно себе позволить.
Полет проходил нормально. Лукас спал в своей каюте; он хотел было остаться на капитанском мостике вместе с Кайли, но та сказала, что справится сама и попросила его прийти попозже, когда «Галактика Виддона» будет приближаться к станции.
Холли и Джон Роберт работали в машинном отделении, а Риз помогал в оранжерее своей супруге. Лайа намеревалась гибридизировать какие-то овощи.
— Одна минута до перехода, — объявила Кайли, глядя на хронометр.
Знакомое «выворачивание» началось точно по графику. В глазах у Кайли помутилось, стены рубки заколыхались, словно собираясь раствориться. Кайли раскрыла рот, чтобы глотнуть воздуха, и не смогла. По коже ее поползли, подобно насекомым, электрические разряды; ей показалось, что чья-то рука проникла внутрь ее тела, схватила желудок и пытается вывернуть ее наизнанку. Мысленно напрягшись, Кайли изо всех сил боролась с подступающей тошнотой и иррациональным страхом перед том, что мир никогда больше не возвратится в свое обычное состояние. Страх, твердо сказала она себе, — это всего лишь нормальная биологическая реакция на воздействие неблагоприятных факторов, которые человеческий организм еще не научился переносить.
И тут, как раз в тот момент, когда Кайли подумала, что не сможет больше терпеть чудовищных ощущений, «Галактика Виддона» завершила переход…
Чтобы сразу оказаться втянутой назад, в пустоту.
Ужас, охвативший теперь Кайли, не имел ничего общего с физиологическими реакциями, в основе его лежала вполне рациональная паника. «Этого не может быть!» — вопил мозг Кайли. «Галактика Виддона» прошла прыжок и должна находиться в обычном пространстве! Но стены командной рубки продолжали мерцать и колыхаться, они растворялись, исчезая из поля зрения, вновь появлялись, чтобы в следующее мгновение опять исчезнуть. Кайли протянула руки к пульту управления, намереваясь отключить двигатели прыжка и вывести основные двигатели на полную мощность. Пальцы ее коснулись клавишей, но пульт не срабатывал
Зато включились аварийные сирены, и завывания их вылились в рокочущую вибрацию двигателей прыжка, работающих с максимальной нагрузкой. Пронзительный вой резал слух Кайли, но она старалась не обращать внимания на боль, сфокусировав взгляд на сканнерах ближнего радиуса действия. Они зарегистрировали какой-то объект в пространстве, менее чем в ста километрах от «Галактики Виддона». Нечто очень большое. Что-то сверкающее и колышущееся, а затем исчезнувшее, когда следующая волна «растворения» окатила корабль.
«Галактика Виддона» потеряла инерцию, которая могла бы вынести ее из перехода в обычное пространство. Двигатели прыжка по-прежнему работали в полную мощность, пытаясь вытолкнуть звездолет из вакуума, а основные двигатели пытались найти точку опоры в обычном пространстве, но не находили ее.
Кайли удалось наконец увеличить мощность всех двигателей. Почти все индикаторы пульта управления загорелись зловещим красным светом — системы корабля функционировали на пределе возможностей, старый корабль едва выдерживал такую нагрузку. Кайли ударила по кнопкам включения интеркома.
— Джон Роберт, мне нужна дополнительная мощность!
— … невозможно… перегрузка… — донесся из динамика искаженный помехами голос брата, — … нужно… вырубить энергию! Немедленно!
— Нет! Двигатели должны работать… все двигатели!
Кайли защелкала переключателями, прекращая подачу питания на вспомогательные системы корабля.
— Кайли, не получается… оба… двигателя… полную мощность! — вновь раздался голос Джона Роберта. — Буду отключать…
«Нельзя!» Хотела крикнуть она, но не успела. Корабль тряхнуло так сильно, что, казалось, в следующее мгновение он рассыпется на куски. Но Кайли осознавала, что быстрая и легкая смерть была бы бесконечно лучше того, что могло ожидать их, провались они в дыру, которую «Галактика Виддона» прорвала в обычном пространстве.
«Ну же, давай», — взмолилась онat обращаясь к «Галактике», когда звездолет накренился, пытаясь уцепиться за спасительное обычное пространство. И тут Кайли услыхала по интеркому крик Джона Роберта. После этого наступила тишина.
Абсолютная тишина;
Небытие. Без света. Без воздуха. Без единого звука. Значит, вот она какая, смерть? Отсутствие… всего?
Кайли судорожно хватанула ртом воздух, который устремился в легкие, едва не разрывая их. Она сделала еще один вдох… и с облегчением увидела, как зажглись индикаторы включения страхующей системы жизнеобеспечения. Затуманенным взором глядела она на дисплеи, с трудом воспринимая отображаемую на них информацию. Ни один из двигателей не функционирует, так же как и экраны.