Дилемма бессмертия (СИ)

Нахмурившись, я уставился на центральную фигуру и отчётливо спросил:
— Что это значит?
Центральный силуэт ткнул на меня указательным пальцем, скомандовав:
— Увеличить объём работы, прибавить несколько часов к длительности смены и сократить время отдыха. Решайте сами, главный инженер.
Я сжал кулаки и почувствовал, как на руках набухли вены, к горлу подступил ком. Моё лицо начало гореть от такого неуважения ко мне и моим людям, я постарался сдержаться, но промолчать не мог:
— С вашей стороны непозволительно так относиться к тем, кто месяцами и годами напролёт добывает пропитание для родной планеты и расширяет границы Вашего влияния, — сквозь сжатые зубы проговорил я.
Вновь наступила пауза. В этот раз в воздухе чувствовалось напряжение и презрение, перемежающееся с исходящим от трёх фигур безразличием.
Вперёд подался левый силуэт:
— Напоминаем Вам ещё раз, Вингман — нам плевать.
Вслед за ним, скрестив руки на груди, высказался центральный силуэт:
— И в следующий раз следите за словами.
Мгновение ока изображение трёх силуэтов вновь сменилось на планету, окружённую графиками и статистикой.
Я со всей силы ударил по столу кулаком, оперевшись на него:
— Неблагодарные скоты.
Внутри бушевала ярость, перемежающаяся со стыдом. Я не могу подставлять своих работников под такой удар, я не могу потерять эту работу, я не могу разочаровать кампанию. Столько лет, столько сил ушло на это.
— Нет, нет, плевать. Это всего лишь несчастный случай, ничего страшного не произошло. Мы должны работать и закончить эту подготовку, мы должны добыть ресурсы, — назойливо шептал я сам себе, — иначе все окажемся на его месте. Я не могу так подвести команду.
Перед глазами вновь всплывали кадры из ночного кошмара — пылающее огнём небо, человекоподобные обугленные деревья, стонущие и кричащие в ужасе.
— Мистер Мартин, ваш старпом и команда уже заждались Вас, — раздался электронный женский голос.
Я поднял голову, смахивая голограмму. Нажав на сенсорный экран на шее скафандра, я спокойно проговорил:
— Подготовить челнок, мы спускаемся на поверхность.
Выйдя из каюты в коридор, я выхватил из шкафчика с подписью «Главный инженер Мартин Вингман» пневмотический ранец. Перекинув его через спину, я прикрепил к нему небольшой кислородный баллон, вручённый мне инженерным оператором, ожидавшим в конце коридора. Передо мной раздвинулась стеклянная дверь, я вошёл внутрь — белый дым заполнил помещение, затем быстро с ног до головы пробежал зеленоватый сканер.
— Кампания «ТрансРесурс» желает вам успешного рабочего дня.
— Да уж, не то слово, — процедил я, одевая массивный остроугольный респиратор и подсоединяя его к кислородному баллону.
Передо мной вдалеке виднелась табличка «Отсек челноков и шаттлов». Я зашагал в его сторону по очередному длинному коридору. Ко мне подлетел ещё один робот в форме вытянутой пирамиды, но на этот раз более массивный и окрашенный в кроваво-красный оттенок с четырьмя парами механических рук.
В каждой из них он сжимал по оружию — пистолет «Артемида», шоковый разрядник, небольшой огнемёт и ручную плазменную пилу.
— Для Вашей безопасности, мистер, — проговорил боевой оператор, загораживая мне дорогу.
— Обойдусь без этого, — я потянулся к бедру, похлопав по старенькому иглострелу, захваченному из шкафчика вместе с ранцем, — этого дружка я ни на что не променяю.
Робот мгновение ока удалился, шумя и попискивая мне в след. Я встал перед дверью, слева от которой виднелась надпись — «ТрансРесурс заботится о Вас — перед выходом в данный отсек рекомендуется заранее активировать шлем».
Я усмехнулся и лёгким движением нажал небольшую кнопку на запястье. Из заднего и бокового отделов скафандра начали выдвигаться небольшие голубые пластины в форме ромбов и треугольников. Разворачиваясь и примыкая друг к другу в различных направлениях, они плавно обволакивали голову, образуя угловатый шлем. Сомкнувшись у респиратора, раздался сигнал, оповещающий о полной герметизации скафандра. Послышалось плавное шипение — кислород начал подаваться из баллона.
Металлическая дверь передо мной распахнулась — команда инженеров и техников уже сидела в ближайшем челноке в ожидании меня. На мостике, ведущем к нему, стоял Соул в голубом скафандре с чёрными полосами по бокам и точно таком же шлеме, как у меня. Он держался за откидную дверь челнока и зазывал меня к себе. Отмахнувшись от него ладонью, я нажал на сенсорный экран на скафандре:
— Юпитер, ты готов?
— Я уже в челноке, мистер Мартин, — раздался электронный голос в шлеме.
Я взглянул на Соула — из-за его спины показался инженер-оператор. От других подобных роботов его отличала прямоугольная форма, окраска в лазурный цвет, вместо одной округлой камеры он имел два небольших сетчатых подобия глаз, напоминающие мой шлем, и что самое главное — он был собран собственноручно мной. Это было моей гордостью. Скромной и тихой гордостью.
Быстрым шагом я направился в сторону челнока, стараясь не вспоминать недавний разговор с представителями кампании и ночной кошмар. Впереди меня ждала ещё более отвратительная беседа — обсудить с командой случившееся в центре управления магнитосферой и передать приказ от начальства.
Я стремительно проскользнул мимо Соула, подойдя в плотную к Юпитеру и открыв его боковую панель
— Тебя хлебом не корми, дай покопаться в этой консерве, — толкнув меня в плечо, сказал Соул.
— Я не консерва — во мне нет консервантов, мистер Соул, — отчеканил электронным голосом Юпитер, — но такие шутки пришлись бы рыбам по душе.
— Эта консерва в своё время сама кого хочешь накормит, — почти шёпотом сказал я, — а теперь лучше вместо шуток подай мне инструменты, — я вытянул руку в ожидании. В ладонь небольшой увесистый ящик. Я открыл его не глядя, выхватил небольшой паяльник, отвёртку, несколько плазменных прокладок и принялся за дело.
— Шеф, вы чего там опять копаетесь? — крикнул кто-то из рабочих, — мы и так уже задерживаемся.
Открутив и перепаяв несколько микросхем и проложив несколько прокладок, я захлопнул крышку Юпитера, и утерев лоб, сказал:
— Эта задержка пойдёт на пользу, — я похлопал стальной корпус Юпитера, — уж поверьте мне на слово.
— Я вам верю, мистер Соул, — проговорил Юпитер, положив на моё плечо механическую руку.
— Уж в тебе-то точно не сомневаюсь, — поднеся браслет на запястье к Юпитеру, сказал я, — ты помнишь об этом?
— Конечно, мистер Мартин, — отлетев в сторону и слабо пиликнув, сказал Юпитер, — мне нужно что-то подправить?
— Пока что нет, — с глубохим вздохом сказал я, — но держи это в голове.
— Вы хотели сказать в нейромодуле, сэр, — робот выдержал короткую паузу, — это и была ваша великая месть, Мартин?
— Считай, ты полностью отмщён, — отодвинув его в сторону ладонью, бросил я.
— Это было не больно и странно, — пропиликал Юпитер, — разве в этом заключается месть?
— Порой странности бывает достаточно, — почти шёпотом сказал я, всматриваясь в инструменты, — надеюсь до неё не дойдёт.
— Не хотелось бы прерывать вашу душевную беседу, Мартин, но…
Слова Соула оборвал вой сирены, всё помещение кругом озарилось ярким светом. Золотисто-чёрные пластины стен станции начали переливаться ярко-красным оттенком.
Раздался голос Аманды, оповещающей об открытии шлюзов:
— Полная разгерметизация стыковочного отсека. Отсутствие персонала подтверждаю, — последовало несколько прерывистых гудков, — грузовой шаттл готов к отправке, — вновь несколько гудков и громкий скрип, сопровождаемый щелчками и бряканьем, — грузовой шаттл отстыкован.
— Соул, какого хрена? — крикнул я, — я тебе давал команду об отправке?
— Это не я, сэр, — удивлённым голосом сказал Соул.
— Юпитер? — я повернулся к роботу.
— По моим подсчётам приказ был отдан дистанционно, — Юпитер выдержал паузу, — по предварительным данным — с Земли, мсье.
— Зачем отправлять грузовой шаттл? — спросил кто-то из каюты, — ведь у нас всё нужное уже есть в шахтах.