Уже не человек (СИ)

Понятия не имею, как Сораш смог поместить структуру ритуала в предмет, да ещё и напитать достаточной силой, чтобы он мог использоваться пять раз подряд. А ведь это далеко не единственное свойство этого артефакта! Ладно, проехали, это меня гложет зависть к его могуществу. К делу — я активировал необходимый мне ритуал (активация происходила мысленно), в результате чего, с жезла сорвался тонкий фиолетовый луч и, попав в конструкт, окутал его сетью тонких лучиков, которые проникали в каждую часть глиняного тела. Это продолжалось около десяти секунд, после чего луч исчез, полностью поглощённый конструктом, а сам голем зашевелился. Он неуклюже сполз со стола и став возле меня, замер в ожидании приказов. Приказы… Обычно, для того, чтобы голем слушался, используют амулет Повелителя, но так как я изначально делал привязку на себя, то в нём нет необходимости, все приказы отдаются мысленно, можно вслух — сердце выполняет множество функций, в том числе, интерпретирует голосовые и мысленные команды для конструкта. Главное не усложнять, а то истукан может "зависнуть".
Я приказал ему отойти от стола и стать возле стены. Голем, сначала неуклюже, а затем всё более ловко, поковылял к стене. Это хорошо, энергия сердца пропитывает весь конструкт, делая его быстрее и сильнее. Поместив на стол второго глиняного голема, я буквально за пару минут поставил его на ноги. Отлично, дело налаживается, с готовыми конструктами проблем нет, значит, я не напортачил при создании и установке сердца. Это радует, значит, можно приступать к работе над миногоном.
Процесс введения в эксплуатацию миногона ничем не отличался от предыдущих, поэтому вскоре, очередной конструкт был в строю. Хорошо, теперь нужны модернизированные заготовки для миногонов с камнем магического потенциала. Подойдя к дворфам, я объяснил им задачу, после чего отправился в замковую темницу — пришло время забрать у вайлов их магический потенциал. В одной из камер я взял сразу двух вайлов и понёс в ритуальный зал. Там я положил одного из них на нужный рисунок, а другого в сторонку, чтобы не мешал. Затем я провёл ритуал изъятия этого самого магического потенциала — он был очень похож на те ритуалы, которые я провёл над драконом. По завершению ритуала, глазницы вайла, которые раньше тускло светились синим, погасли, навсегда. Вскоре я уже держал в руках камень, который содержал нужную мне субстанцию. Это, кстати, был александрит.
Недавно я обнаружил, что с камнями довольно забавная ситуация — они разнятся по количеству энергии, которое в содержании удержать. Скажем, сапфир удержит намного больше энергии, чем такой же по размеру топаз. Драгоценные камни удерживали больше всего энергии, потом шли полудрагоценные и т. д. Стояли эти камни соответственно — разновидности бриллианта были дороже всех, потом шли сапфиры, рубины и так далее. Так вот, странность, которую я не могу объяснить: почему на Земле ситуация с камнями обстоит так же как и на Ториле? Какого чёрта? У нас что, драгоценные камни тоже изначально ценились за способность удерживать энергию? Странная, в общем, ситуация. Ну да ладно, вернусь-ка я к работе, всё равно ответ на этот вопрос мне неизвестен.
Проведя ритуал и над вторым вайлом, я сходил в камеру за следующими жертвами моих магических изысканий, потом ещё раз, и ещё… Наконец-то, вайлы закончились, и я притащил в ритуальный зал лича с пленными гоблинами и орками, час которых наконец-то пробил. В ритуале я буду использовать жертвоприношения, но на сей раз обойдусь без помощи Мориса — у меня были рисунки и для жертвоприношения. Разложив связанных существ на нужные рисунки, я приступил. Кроме жертвоприношения, этот ритуал ничем не отличался от предыдущих. Когда ритуал был завершён и лич окончательно стал неживым, я насладился игрой граней рубина, который стал вместилищем магического потенциала лича. Конструкты кузнецы подготовят ещё нескоро, нужно пока заняться чем-то полезным. Тут я вспомнил о том, что за мной всё это время наблюдали Морис и Хуно, которые здесь же занимаются получением эссенций. Вот что значит увлечённость делом!
— Ученик, ты знаешь, что я только что делал?
— Вы что-то изымали у нежити, я только не понял, что именно. Если не ошибаюсь, это был какой-то ритуал из области некромантии. В Академии нас этому почти не учили, дали лишь немного теории.
— С некромантией это связано не больше, чем с магией жизни. Этот ритуал магии крови и магии духа. Оба этих направления магического искусства некогда были прекрасно развиты и широко распространены, но до наших дней дошли лишь обрывки древних знаний. Так вот, изымал я из них магический потенциал, а завтра буду внедрять его в конструкты. Кстати, пока вы здесь возились, я уже троих активировал.
Со школами магии ситуация была достаточно сложная. Чёткого распределения не было и в помине. Если со стихиальными школами всё более-менее ясно, то с остальными был тихий ужас. Воздействие на душу, энергетическое тело и другие тонкое материи — магия духа. Фокусы с использованием крови — магия крови. С такими глобальными школами как Жизнь и Смерть всё было ещё сложнее. Теоретики до сих пор спорят и рвут друг другу бороды, пытаясь выяснить, как две эти школы соотносятся со всеми остальными. В общем, научные диспуты на темы, посвящённые теоретической магии, здесь проходят очень бурно. С криками, оскорблениями, а зачастую, даже с драками.
— Троих големов?! А почему вы меня не позвали? — Восторженно и немного обижено спросил Хуно.
— Двух големов и миногона. Ничего страшного, завтра наверстаешь. Сейчас я собираюсь сварить зелье из сердца дракона. Хочешь посмотреть?
— Конечно! — Обрадовался мой непосредственный и очень эмоциональный ученик.
— Тогда пойдём. А ты, Морис, хочешь посмотреть?
— Сомневаюсь, что мне часто придётся варить зелья из сердец драконов, — улыбнулся наёмник, — но посмотрю, конечно. Интересно же.
— Тогда прошу уступить мне алхимический стол и принести из хранилища бутыль с драконьей кровью, корень ярмицы, девять листов триорда и само сердце. — Морис уставился на меня с непониманием.
— Да там всё подписано, разберёшься. — Я угадал причину его заторможенности. После этих слов, Морис ушёл за ингредиентами. Надеюсь, он ничего не перепутает.
Ситуация с алхимией здесь оказалась тоже весьма и весьма странной. Куски существ вместе с травой, корнями и цветочками отправляются в котёл, добавляются эссенции, и получается, скажем, зелье, исцеляющее раны. В своё время, на мой вопрос: "Что это за бред?!" Сораш так и не смог дать удовлетворивший меня ответ. Такова природа магии. Ну как поспоришь с такой-то логикой?
— Итак, кроме ингредиентов, для этого зелья нам понадобятся эссенции. К счастью, здесь есть несколько подходящих. Но если бы их не оказалось, можно было бы объединить несколько слабых эссенций в одну более мощную. Вот смотри, — я достал из ящика пять едва светящихся эссенций и положил их кругом на пять одинаковых значков на столе, — теперь нужно наполнить этот рисунок энергией, — я указал пальцем на рисунок, расположенный между этими пятью значками, — тебя учили это делать? — в ответ Хуно утвердительно кивнул головой, — хорошо, смотри дальше. — Я наполнил рисунок энергией, от чего тот засветился, свечение распространилось на пять значков, и эссенции стали уменьшаться в размере. На рисунке же появился небольшой, уже почти материальный сгусток энергии, и продолжал увеличиваться в размере. Когда пять тусклых эссенций полностью исчезли, на рисунке уже лежала эссенция силы.
— Как видишь, ничего сложного, точно так же преобразуются и другие эссенции. Как только Морис вернётся, нужно будет поставить на огонь котелок с веществом, но основе которого я буду варить зелье. Обычно, это вода, но у нас не обычный случай — придётся использовать кровь дракона. О! А вот и Морис. — Наёмник как раз входил в зал, держа в руках необходимые мне ингредиенты.
— Хорошо, клади их на стол. — Первой я взял бутылёк с кровью и вылил её в котелок, затем поставил его на огонь. Потом измельчил сердце и всыпал туда же. Следом отправились и остальные ингредиенты. Периодически я помешивал зелье и напитывал отдельные рисунки энергией — это ведь не настойка какая-нибудь, а алхимическое зелье, поэтому различные заклинания занимают важное место в процессе приготовления. В котёл отправились две эссенции — зелье забурлило и приобрело насыщенный золотисто-красный цвет.