Опасные планы (СИ)

Скевос встретил меня, развалившись на ложементе, развернутом уже не параллельно полу, а под углом в сорок пять градусов. На лице у него играли красно-зеленые отсветы.
Потолок и стены до середины их высоты заливала чернота космоса. А ниже, переходя со стен на пол рубки, разлеглась планета — громадным безбрежным полем, слегка округленным по верхней границе. По коричневому фону тянулись темно-зеленые пятна и разводы, разбросанные без всякого порядка. Поблескивали зеркальца громадных озер.
И на все окаемкой наползала ледяная шапка — отсюда казавшаяся тонкой изогнутой полосой, полумесяцем налепленной на край планеты. Лед с такого расстояния переливался сине-серыми тонами.
В верхней точке купола атмосферы сиял яркий блик — отраженный свет звезды, вокруг которой вращалась Архелау…
— Садимся. — Объявил Скевос.
Выглядел он спокойным, однако тень в складке возле рта, которую то и дело освещали красно-зеленые проблески, снова лежала широким мазком.
— Гру Шиассен пожелал, чтобы передача челноков произошла в нейтральном секторе. Он собирается использовать челноки для наземных целей — и просит, что бы я доставил их вниз. Хочешь полюбоваться, как «Быстрая» войдет в атмосферу?
— Хочу!
Он не шевельнулся, даже рукой на этот раз не двинул — ладонь с длинными пальцами свободно лежала на ложементе, накрывая небольшую выпуклость, торчавшую из черного покрытия. Но под коленки мне тут же ткнулась полоса белого шезлонга, появившаяся за спиной.
Едва я села, сработала гравитационная подушка, спину притянуло к сиденью. Потом шезлонг развернулся, зависнув в воздухе под тем же углом к полу, что и ложемент Скевоса.
Однако ощущенья, что вот-вот соскользну, не было.
Планета расползалась, заполняя все стены. Граница атмосферы, размытая линия, где черное переходило в лиловое, медленно уплывала к потолку.
Затем полоса ледовой шапки ушла за горизонт. Из мешанины коричнево-зеленых пятен начали вырастать, скользя навстречу кораблю, горные пики и зеленые массивы — то ли равнины лесов, то ли гигантские поля. Чернота открытого космоса на потолке исчезла, теперь с него отсвечивало небо Архелау — глубоким лиловым цветом.
— Как только сядем, я уйду. — Сообщил Скевос. — Нужно встретиться с человеком Гру Шиассена в условленном месте…
Тут он сделал паузу — и я спросила:
— Зачем?
— Чтобы обсудить цену. Гру Шиассен хочет еще большей скидки. Взамен обещает взять несколько дополнительных челноков, как только вернет себе титул регул-врена.
— А просто по связи это сделать нельзя?
Скевос усмехнулся.
— Есть моменты в обсуждении, которые ни я, ни Гру Шиассен не захотим доверить даже каналу кодированной связи.
Вдали блеснула цепь озер, за которой поднимался город — частокол высотных зданий, обвитых ожерельями эстакад. Но к городу «Быстрая» приближаться не стала, резко свернув вправо над озерами.
И, сделав свечку над громадным полем, утыканным другими звездолетами, опустилась вниз. Мягко, без перегрузок и рывков.
— Иди к себе. — Быстро сказал Скевос. — Больше тут смотреть не на что.
— Иди, женщина, господину не до тебя. — Пробормотала я, поднимаясь с шезлонга, снова вернувшегося в привычное положение.
Он коротко хохотнул. И добавил, когда я была уже на пороге рубки:
— К вечеру, Наташа, господин обязательно освободится…
А вот поделом мне, уныло подумала я, выходя на лестницу. Пора уже отучиться от привычки шутить по поводу и без. Поскольку этот субъект вечно делает из моих шуточек свои выводы…
Я вернулась к себе и засела за историю Великого Исхода. Данные запрашивала, надеясь узнать хоть что-то о Содружестве Даль. Поскольку на прямые вопросы о его координатах Маша отвечала всегда крайне однообразно, одной и той же фразой:
— В доступе отказано.
Вот и пришлось идти кружным путем.
Но сведений оказалось мало — кот наплакал. Человечество отправилось покорять Галактику, как только физики открыли и отработали технологию дальнего прыжка. Наши, из России, двинулись в космос позже всех остальных. Хотя технологии у них, как я поняла, появились едва ли не у первых. И миры себе они подобрали подальше от прочих поселенцев, на другом краю Галактики…
На этом данные о Дали заканчивались. Ни тебе названий миров, ни координат.
Даже на мой непрофессиональный взгляд, история Великого Исхода о многом умалчивала. И грешила неточностями. К примеру, там было сказано, что первый дальний прыжок совершил Риз Карудо, из сектора Трансатлан.
Но когда я начала ворошить данные по России, проглядывая сканы древних документов, набранных мелким шрифтом — кстати, она везде именовалась не страной, а сектором — вдруг обнаружилось, что некий капитан Бочкарев совершил-таки некий пробный полет от орбитальной базы «Арктическая» до Альфы Центавра. И сделал это за три года до Карудо.
Ещё указывалась дата его отправления и прибытия — разница между ними составляла всего сутки.
Вот так я сидела и разбиралась в документах, написанных на языке, который мало походил на нынешний галакт, зато немного напоминал английский моего времени. Пусть и не достаточно, что бы понять. Но Маша выдавала все с подстрочным переводом, так что смысл уяснить было можно.
Я сидела, пока голос корабельного интеллекта не объявил над головой:
— Госпожа Калирис, прошу срочно подняться в рубку.
Ну вот и господин освободился, подумала я. И поплелась к лестнице.
Однако Скевоса в рубке не оказалось. На стенах застыла панорама космодрома — местное светило уже закатывалось, звездолеты, гигантскими обелисками застывшие вокруг, отбрасывали друг на друга длинные фиолетовые тени…
— Госпожа Калирис. — Буднично сказала Маша. — Пришла информация от местных частей по охране порядка. Сегодня, в двадцать один тридцать шесть по общегалактическому времени, господин Скевос Калирис, капитан Звездного Альянса, случайно погиб во время задержания господина Иралги, опасного преступника. Запрос на арест Иралги был подан регул-вреном сектора Ориндари, господином Грейсиану. К сообщению прилагается запись, удостоверяющая факт гибели капитана Калириса. Сообщение о его смерти уже отослано на Орилон. Желаете посмотреть запись?
Я окаменела.
Горел далекий закат Архелау, и звездолеты полосовали друг друга траурными фиолетовыми тенями.
А Скевос погиб. Слишком неожиданно погиб, слишком внезапно…
Мне вдруг стало холодно. Страшно. И в груди как-то так… словно заныло.
— Желаете посмотреть запись? — Снова, как заведенный, спросил корабельный интеллект.
Я облизнула пересохшие губы. Выдавила:
— Да.
— Согласно законам Звездного Альянса, в случае гибели капитана на расстоянии не менее трех прыжков от Орилона, его законный наследник любой очереди, находящийся на борту, имеет право и должен принять на себя командование кораблем немедленно. Это не означает права на владение кораблем, которое определяется, исходя из приоритетности прав наследования. Наследники первой очереди имеют право востребовать и получить корабль сразу же по прибытии его на Орилон…
Наверно, нужно было поинтересоваться, о каких таких юридических тонкостях рассказывает сейчас Маша. Но рот не открывался. Спрашивать о правах на наследство, когда человек только что погиб…
Я сделала несколько шагов в сторону, коснулась ложемента.
И вспомнила все.
Может, мне следовало бы чувствовать себя отомщенной — но я не чувствовала. Не получалось. Жалко было Скевоса. И тоскливо. Почему-то.
— Разрешение на просмотр данных, имеющихся в моей памяти, может выдать только капитан корабля. — Деловито подытожила Маша. — После смерти капитана Калириса, чтобы получить право на просмотр записи, вы должны сначала принять командование кораблем. Затем вам будет открыт доступ к информации, не помеченной черным кодом. Наталья Андреевна Кулешова, госпожа Скевос Калирис, согласны ли вы принять на себя ограниченное командование торговым рейдером «Быстрая»?