Проклятые

По мере того как исследования продолжались и вербовка добровольцев-землян набирала обороты, второго помощника руководителя по науке начинали одолевать все новые и новые сомнения. По большей части он держал их при себе и спокойно занимался своей работой. Он знал про себя одну неприятную деталь: он был слишком осторожным, слишком большим перестраховщиком. Коллеги давно заметили это и редко упускали случай кольнуть его этим в очередной раз. Несомненно, из-за этих своих качеств он так медленно продвигался вверх по служебной лестнице.
Гивистамы не любили расспрашивать и вообще вести допросы. Споры и жаркие словесные схватки были уделом неумолимых с’ванов или темпераментных массудов. Даже миниатюрные о’о’йаны чаще гивистамов участвовали в дебатах и дискуссиях. Большие рептилии мало говорили, да много делали. Тридцать пять колонизированных миров - это цифра!
Для того, чтобы избежать насмешек в свой адрес, второй помощник руководителя по науке решался высказывать свои сомнения и суждения только во время медитаций, на которые собирались все гивистамы, работавшие на базе. Все садились в священный круг, спинами друг к другу и на довольно продолжительное время замирали, погруженные глубоко в себя. Глаза у всех были закрыты. Медитация, однако, не мешала никому вести между собой разговоры.
- Вы зря тревожитесь, - сказал один коллега второму помощнику. - Разве тренировки второй группы землян не подтверждают результаты, полученные от первых десяти?
Второй помощник на это ничего не возразил. К нему поступали те же рапорты и донесения, что и к коллегам.
Другой специалист продолжил:
- Благодаря участию в боевых действиях этих существ Узору удалось уже добиться целого ряда значительных побед. Не только в секторах Васариха, но и на Ш’харуне. Они с легкостью и азартом выполняют поставленные перед ними задачи и даже больше этого! Единственная проблема, которая до сих пор вставала перед их массудскими командирами, заключалась в том, как выводить разгоряченных землян из боя.
- Просто поразительно! - признал еще один. - Чем больше они несут потерь, тем сильнее их желание воевать. Это противоречит логике.
- Зачем вы пытаетесь подчеркнуть проблемы, которые массудское командование уже давно назвало второстепенными и побочными? - спросила главный исследователь. Она сидела на противоположной от второго помощника стороне священного круга и временами поднимала взгляд на стену, которая высилась перед ней. На стене каждую секунду менялись причудливые световые рисунки. Потом главный исследователь закрывала глаза и сравнивала увиденное с тем, что показывало ей собственное сознание. - Сколько же вам можно говорить о том, что идея нанесения поражения Амплитуру перевешивает все прочие, мелкие проблемы?
Второй помощник упрямо качнул головой.
- Я тревожусь за то, что мы положились на расу, которую толком не знаем и не понимаем.
- Нам важнее сейчас как можно эффективнее использовать ее, а понять и познать успеем потом.
- В самом дела, - прошептал специалист, сидевший недалеко от второго помощника. - Понимание постепенно придет само, если мы не станем сворачивать ради вербовки обычных исследований и контактов.
- Меня больше занимает другое, - вновь подала свой невесомый старческий голос главный исследователь. - А именно то, что каждодневное увеличение завербованных землян означает, что теперь меньше гивистамов потребуется для боевых операций. Скоро перестанут привлекать к этому лепаров, о’о’йанов и юланцев. Возможно, придет день, когда существенно облегчится тяжкое бремя, до сих пор носимое нашими любимыми друзьями массудами. И все благодаря открытию этого странного мира! Я не спорю с теми, кто заявляет, что земляне олицетворяют собой парадокс. Я просто говорю, что этот парадокс чрезвычайно полезен Узору.
В комнате наступила продолжительная тишина. Гивистамы обратились к своим мыслям, погрузились в глубины своего сознания, на время забыв о землянах и обо всем, что с ними связано.
- Раса, которая использует цивилизацию лишь как зонтик для плохой погоды, постепенно может превратиться для Узора в большую угрозу, - наконец вновь подал голос второй помощник, а про себя подумал: “Это я уже установил со всей достоверностью!”
Специалист, сидевший рядом, устало парировал:
- И снова напоминаю вам: на конфликт с Амплитуром затрачены сотни и сотни лет, гигантские усилия, жизни многих наших возлюбленных соплеменников. Как только нам удастся устранить эту угрозу, у нас появится много свободною времени для того, чтобы разобраться с меньшими проблемами и неприятностями. Если, конечно, вы не хотите сказать, что эта нецивилизованная раса представляет собой для Узора большую угрозу, чем Амплитур?..
Вновь наступила тишина, полная сарказма, который свободно витал в воздухе и невидимыми облачками устремлялся в сторону второго помощника.
- Мы едва знаем этих существ! - возразил второй помощник. Он был разгневан, но внешне не показывал этого. - Они подозрительно легко интегрируются в вооруженные силы Узора. Некоторые массуды-командиры уже позволяют землянам в ряда случаев принимать самостоятельные решения. Они сошлись даже с чиринальдо!
- Могу этому только порадоваться, - отозвался специалист, сидевший рядом. - Если они наладят взаимодействие с чиринальдо, то этим не придется заниматься нам с вами.
Второй помощник продолжил:
- Некоторые земляне соглашаются воевать только в обмен на желтый металл. Это признак нецивилизованности.
- Нам-то какое дело? - спросила в ответ главный исследователь, поменяв позу. - Мне неинтересно знать, почему земляне воюют. Лишь бы воевали.
- Они не готовы к вступлению в Узор.
- С этим вашим утверждением никто спорить не станет, - сказала она и на пару секунд отвлеклась от разговора, пропуская к себе в сознание сияющий на стене причудливый рисунок. Он согрел ее, позволил дополнительно расслабиться. - Пусть они воюют на оспариваемых мирах. У себя на планете я не хотела бы видеть земную делегацию, честное слово. Ту форму контакта, которую нам пришлось избрать с ними, вы не найдете в учебных пособиях. Она используется впервые. И используется только потому, что это позволяет нам извлекать из них больше пользы, при этом избегая постановки вопроса о принятии их в члены союза Узора.
Второй помощник был настолько разгорячен, что едва не допустил непростительной ошибки - глянуть на оратора. Впрочем, в последний момент он удержался от этого и процедил сквозь зубы:
- Значит, вы все-таки согласны с моим тезисом. Хотя бы частично.
- Вовсе нет. Наше поведение здесь диктуется исключительно аномальными местными условиями. В своих действиях нам приходится руководствоваться не свободным выбором, а необходимостью.
- Но насколько я понял, вам это даже нравится.
На этот раз ответа не последовало, и второй помощник продолжил:
- Предположим, мы продолжим использовать землян в своих военных целях. Что случится, когда земляне обнаружат, что их не приняли в Узор - мера, которая автоматически распространяется на всех наших союзников?
- Вы так говорите, как будто совершенно уверены в том, что они хотят вступить в наш союз. Подумайте о том, сколько противоречий заключено в их психологии. У них иной тип мышления, чем у наших союзников, которые воспринимают с радостью принятие в члены Узора. Как благодарность за союзничество. Возможно, земляне вовсе не стремятся к этому. Возможно, они согласятся участвовать в конфликте только на том условии, чтобы оставаться вне рамок Узора, откуда вы знаете? В этом случае, я полагаю, Совет будет уговаривать их изменить это условие. Будет уговаривать, но… не так чтобы уж очень настойчиво.
- Это будет означать обман! - сурово заявил второй помощник. - Вы предлагаете воспользоваться неразвитостью этих существ и обмануть их!
- Чего вы хотите? Чтобы они стали вашими близкими друзьями и компаньонами? А, может, вы просто их боитесь? Я к вам обращаюсь, второй помощник руководителя по науке. Впрочем, можете не отвечать. - Главный исследователь резко поднялась и выпрямилась. - Врачи рекомендовали мне меньше работать и больше медитировать, но вы умудрились даже медитацию превратить в научную дискуссию.