В целом мире нет места для тебя (СИ)

Я вздохнула, вылезла из постели, сложила одеяло, пристроила в углу дивана и посмотрела на часы. Без пяти шесть. И что мне делать теперь, уйти и оставить дверь открытой или осчастливить Пашу побудкой в такое время?
Потопталась на пороге, обошла коридор, подсвечивая себе телефоном, поискала ключи. Зацепила ногой зонт в углу, уронила с диким грохотом, шепотом выругалась.
— Ты что, заблудилась? — в зале вспыхнул свет, являя сонного, недовольно прищуренного и жутко заспанного Пашу.
— Просто пытаюсь сбежать домой. — предельно честно ответила я и, подумав, добавила. — На работу пора собираться.
Паша посмотрел на часы в зале. На меня. Снова на часы.
— Даже не хочу спрашивать, чем ты таким занимаешься с шести до девяти. — наконец пробормотал он и распахнул дверь. — Хорошего дня.
Я поскакала вниз, надеясь, что он не обратит никакого внимания на мои носки с грязными пятками и не оденет в очередные тапки.
Площадка была засыпана раздавленными розовыми лепестками. Осторожно переступая на относительно чистые участки пола, я допрыгала до своей двери и засунула ключ в скважину.
Интересно, что же тут происходило вчера? Надо побыстрее разводиться, а то брак с ненормальным сулит всякие хлопоты и казенный дом на горизонте…
Побросав на сковороду грибы, лук и макароны, залила все водой, натерла сыр и замерла у окна. Непроглядная темнота, город только-только просыпается, загораются окна в доме напротив, первые машины выруливают со двора…
Несмотря на все более непонятную ситуацию, где-то внутри теплело и замирало сердце — а может, все-таки ничего плохого больше не будет? Может, нет никакого двойного дна?
Внезапно захотелось, чтобы началась гроза — жуткая, с ветром и грохотом таким, чтобы уши закладывало, и зарницами на полнеба, и ливень…и пахло бы свежо и остро, и всей кожей ощущалась энергия, бушующая вокруг.
Вместо этого свежо и остро запахло подгорающими грибами, и пришлось спасать свой завтрак.
Перед рассветом пошел снег. Небо было высокое, светло-серое, какое-то нереальное, и весь мир казался немного не таким, как будто сбросил маски и показался таким, какой он есть — опустевшим, дышащим во всю грудь, стремящимся немного пожить свою странную жизнь до появления людей.
Утро настроило на странный лад, не хотелось портить его даже музыкой. Однако ближе к обеду все мое настроение снесли одним звонком.
— Мы идем в кино! — объявила Лера, моя «подруга-два-раза-в-год», и для верности подула в трубку. — Я зайду.
Кроме приветствия, от меня в этой ситуации ничего и не требовалось.
Несколько лет назад нам довелось познакомиться на работе, где новенькая поразила мое воображение с размахом и на всю оставшуюся жизнь.
Лера была довольно молчаливой брюнеткой с длинными волосами, в каких-то невообразимых нарядах, с бантами в волосах и полнейшим наплевательством на всех, кому этот самый образ приходился не по душе. После того, как я увидела ее на улице в алой шляпе, мгновенно пришла в восторг и поняла — дружбе быть. Со временем нас развело в разные стороны, и большая часть нашего общения сошла на нет, но иногда мы все-таки видимся.
Даже не спросила, куда и на какой фильм. Да какая разница, развеяться не помешает.
Ровно без десяти семь Лера постукивала по полу ножкой в громоздком ботинке с подошвой толщиной в полметра и выразительно поглядывала на меня, пока я в спешке засовывала все свои вещи в сумку и натягивала куртку.
Взгляд был знаком. Обычно это называлось «нет, ты представляешь, ну и козел».
— Нет, ты представляешь! — взорвалась Лера спустя секунду после того, как мы вышли на улицу. — Представляешь, этот козел!
Я незаметно вздохнула. Ладно, сейчас она выговорится, и станет полегче.
— Он мне сказал, что я выделываюсь, и все вот это — макияж, одежда — просто затянувшийся подростковый протест! Он нормальный вообще? — страстно возопила подруга, размахивая руками.
Я покосилась на пролетающую перед лицом ладонь и решила не делиться подробностями своей личной жизни, а то эту тему можно будет мусолить бесконечно.
— Ну какой протест, что за бред, я как хочу, так и выгляжу, не нравится — выйти можно в ту же дверь, куда зашел, ничего сложного! — Лера присмотрелась к моему закаменевшему профилю и уточнила. — У тебя что-то случилось? Какая-то ты молчаливая.
— Нет, все нормально. Устала. — отговорилась я и пожала плечами.
В автобусе было не до разговоров — я ехала, уткнувшись лицом в спину крупной женщины в шубе и украдкой сплевывала шерстинки; сзади меня подпирал парень с гитарой в чехле, а на локте висела Лера, каждый раз шипя сквозь зубы, когда очередной выходящий щедро топтался по ее ботинкам.
Спустя пятнадцать минут ада мы вывалились на остановке, взмокшие, как после бега.
— Никакой сауны не надо. — сердито озвучила общие мысли Лера, выдирая сумку из плотной толпы.
— Кстати, а на какой фильм мы идем? — я с отвращением сняла с губ очередную шерстинку. Лера затормозила.
— Веришь, я даже не узнала, что там вообще идет. — наконец проговорила она. — Решила — просто пойдем…на что-нибудь. Что по времени подойдет…
— Отличный подход. — одобрила я, первой протискиваясь в узкие двери.
Фойе было переполнено подростками, ни одного свободного дивана. Потолкавшись на кассе, мы купили билеты на «что-нибудь, что вот сейчас начнется» и с кучей стаканчиков и попкорна влились в зал.
И оказались в окружении сотни детей.
— Это что, мультик? — несчастным голосом уточнила Лера, пытаясь одновременно удержать сумку, колу и не уронить на пол очки. — Проверь?
— Мультик. — подтвердила я и со вздохом огляделась. Вокруг летал попкорн, хрупал под ногами занимающих свои места людей, от криков уши закладывало.
— Ничего, надо привыкать. — мужественно решила подруга и лихо сдвинула 3д очки со лба на глаза.
Половину мультика я вообще не услышала, поэтому некий процент действий на экране остался за пределами моего понимания, зато мельтешение ярких картинок подействовало самым наилучшим образом.
В смысле, я внезапно перестала заморачиваться над происходящими в моей жизни изменениями и просто расслабилась.
— Черт, ну никакого желания нет домой идти. — пробурчала Лера, скидывая в мусорный бак пустой стаканчик. Я ехидно уточнила:
— Напрашиваешься у меня переночевать?
— А можно? — оживилась подруга. — Постная рожа с челочкой против не будет?
— Не будет. Я сегодня одна.
Простые слова дались с некоторым трудом, однако дались. Можно было просто сказать — я одна теперь. Вот так.
Глядя на мою потухшую физиономию, Лера выдрала кошелек из сумки и деловито пересчитала купюры.
— Я так думаю, нам пора. — торжественно объявила она и потянула меня в сторону остановки. — Купить что-то алкогольное, полночи пить, ржать и плакать, а с утра с больной головой идти на работу. Не спорь, я прям вижу, что пора!
— Я не спорю. — Для наглядности я еще и головой помотала. — Только у нас полчаса осталось.
В супермаркет возле моего дома мы ввалились без десяти девять, побив все рекорды по выпрыгиванию из трамваев на ходу и по бегу на короткие дистанции. Стремительным ураганом проносясь по полкам, за три минуты заполнили корзинку и ринулись к кассе.
Перед нами стоял всего один человек. Издали увидев заклеенную бровь, я юркнула за спину недоумевающей Лере и сдавленно прошипела:
— На другую кассу иди, на другую!
Недоумевающая подруга молча протопала мимо Паши, прикрывая меня не то чтобы могучей спиной и объемной корзинкой. Однако остальные кассы были закрыты.
— Скорее, скорее. — бормотала я вполголоса, выглядывая из-за стойки с шоколадом. — Иди выгружайся, я тут пока…
Лера хмыкнула, но с независимым лицом стала выгружать бутылки на ленту. Паша расплатился, прихватил пакет и пошел к дверям.
— И что это было? — сдержанно уточнила Лера, однако глаза у нее сияли, как два фонаря.
— Да ничего такого. Просто сосед. — созналась я. Лера выгнула черную бровь.