Поймать молнию
Седовласая леди улыбнулась и кивнула головой.
– А вы, молодая госпожа? – Она отвернулась отчеты Тидуэллов и обратила пристальный взгляд на Ренату. – У вас есть молодой человек, который ждет вас там… куда вы направляетесь?
– Серебряная Долина, – назвала пункт своего назначения Рената. – А вы следуете дальше?
– Да. Мы с сестрой, – она кивнула головой на спящую слева от нее женщину, – приедем только завтра, не раньше. У вас есть поклонник, который ожидает вас в Серебряной Долине?
Рената заулыбалась. Несмотря на все неудобства путешествия, она была преисполнена надежд и восторгов.
– Да, – наконец ответила она, – есть. Пожилая дама, которая раньше представилась, как миссис Хандли из Сент-Луиса, улыбнулась Ренате в ответ.
– Как это чудесно! Что он там делает?
– Он фермер, – убежденно произнесла Рената, почувствовав, как неожиданно сильно забилось у нее сердце. Будущее ее было ярким, волнующим, она так прекрасно все спланировала!
– Это совершенно изменит вашу жизнь, не так ли? Вы вроде бы говорили, что сами из Филадельфии?
– Да, это так. Конечно же, жизнь жены фермера сильно отличается от жизни дочери врача, но я бросаю вызов судьбе. Здесь неподалеку живет моя двоюродная сестра, я уверена, что она мне поможет во всем.
Миссис Хандли погладила руку Ренаты как раз в тот момент, как они проехали по самой противной колдобине.
– Желаю вам всего наилучшего, дорогая. Вы такая милая, прекрасная девушка. Вашему молодому человеку очень повезло.
– Вы так добры, миссис Хандли, – искренне сказала Рената. От резкого толчка выбившаяся прядь волос упала ей на щеку. Разумеется, милая. Ренате еще не доводилось встречаться с человеком, с которым она бы не поладила. Она была уверена, что именно поэтому получала так много предложений руки и сердца. Но ни один из ее поклонников не вызвал в ней даже искорки страсти. Поцелуи их были приятны, но у нее не перехватывало дыхание, и ей не довелось пережить и половины того волнения, какое испытывала сейчас, приближаясь бешеным галопом к Серебряной Долине.
Прекрасная? Она так не думала. Красивой была Мелани – у нее были светлые волосы и голубые глаза. Красивой была и темноволосая Амалия, старшая дочь, наследница их отца. У нее были бездонные синие глаза. Рената не питала иллюзий относительно своей внешности. Конечно, она не была безобразной, но волосы ее были ни светлыми, ни темными. Глаза у нее были не голубые, как у сестры или кузины, а зеленые, которые, когда она злилась, превращались в серые. Амалия была высокая, гибкая, грациозная, а движения Мелани, также полные врожденного изящества, были окрашены беспечной уверенностью в себе. Порой Рената чувствовала себя неуклюжей и всегда – слишком маленькой, ибо в ней было чуть больше полутора метров.
Конечно же она была самой младшей и многие годы сравнивала себя со старшей сестрой и кузиной… причем всегда не в свою пользу.
– А как зовут вашего молодого человека? – спросила миссис Хандли. – Возможно, я знаю его. За последние десять лет мы не раз приезжали в эти края. Наша старшая сестра живет в сутках езды от Серебряной Долины.
– Как его зовут?
– Да. Если я, конечно, не слишком назойлива, – сдала позиции миссис Хандли. – Я не хотела бы выпытывать.
– Не в этом дело, – поспешно разуверила женщину Рената. – Видите ли… я пока еще не знаю его имени.
Миссис Хандли дальше не стала расспрашивать Ренату, хотя с явным удовольствием сделала бы это.
Рената выглянула в окно – приближался ее пункт назначения. Она с трудом удерживала волнение.
– Вот она! Серебряная Долина! Какое очаровательное название! Серебряная Долина. Оно как бы скатывается с языка и звучит гораздо поэтичнее, чем Филадельфия. – Рената прикусила нижнюю губку. Он был здесь, где-то здесь, она была уверена. Будет ли он наблюдать, как она прибудет, еще не зная о том, что она – его судьба? Может быть. Эта мысль взволновала ее.
«Конкорд» резко остановился, и Рената вдруг занервничала. Прикусила нижнюю губу: мать ненавидела эту ее привычку, – и постаралась пригладить волосы, чтобы убрать непокорные кудри. Она расправила юбку своего серого дорожного костюма и глубоко вздохнула.
– Моя дорогая. – Миссис Хандли наклонилась и сжала руку Ренаты, мягко и в то же время с заботливой суровостью глядя на нее. – Я понимаю, что это не мое дело, но вы такая милая девушка. Я вас правильно расслышала? Вы не знаете имени своего суженого?
Рената кивнула.
Миссис Хандли поджала губы.
– Но почему так? Все заранее оговорено? А вы, – она вспыхнула, ее морщинистые щеки окрасились пунцовым цветом, – невеста по вызову?
Рената подняла голову и решительно выдержала любопытный взгляд женщины.
– Ничего подобного, миссис Хандли. Просто я его еще не встретила.
Серебряная Долина оказалась точно такой, как ее описывала Мелани. В сухой летний день на главной улице клубилась пыль, перед самым большим магазином сидели два старика и о чем-то спорили. У единственного салуна были привязаны лошади, а мужчины в прочной рабочей одежде и широкополых шляпах сновали перед салуном, магазином и конюшнями. Ковбои. Фермеры. А что ее фермер? – раздумывала Рената, выходя из дилижанса.
Единственная замызганная грязью улица была по-деловому оживленной, случайные двухэтажные дома возвышались над остальными строениями. Единственный отель был в три этажа, а магазин одежды – в два.
Рената вспомнила, что у портнихи были жилые комнаты над магазином. Конюшни располагались в дальнем конце улицы, а когда Рената обернулась, она увидела в восточной стороне древнюю белую церковь. Это здание стояло в стороне от города и в то же время являлось его неотъемлемой частью. Церковь окружали высокие деревья, возвышавшиеся даже над шпилем, уходящим в небо.
Рената наблюдала, как выгружают ее дорожный сундук и два больших саквояжа. В этих сундуках было почти все ее имущество. Она не собиралась больше возвращаться в Филадельфию, кроме как со своим будущим мужем и их детьми, так же, как прошлым летом приезжали Мелани с Габриэлем.
Она была единственным пассажиром, выходившим в Серебряной Долине, и заинтересованные взгляды ковбоев и стариков, сидевших перед главным магазином, были в полной мере адресованы ей.
– Добрый день, – весело сказала Рената, входя в главный магазин и приближаясь к мрачного вида женщине, сидевшей за прилавком. – Вы, должно быть, миссис Бойль. Мелани так любезно отзывалась о вас, что, думаю, я где угодно узнала бы вас. У вас чудесный магазин. – Рената одобрительно огляделась вокруг. – Я уверена, что смогу заняться здесь делом.
Миссис Бойль откровенно, с ног до головы оглядела Ренату.
– Вы планируете остаться в Серебряной Долине, мисс?
– Конечно, некоторое время. Но сначала мне надо нанять повозку, которая отвезла бы меня в дом Мелани Максвелл. Кого бы я могла попросить об этом?
Миссис Бойль улыбнулась:
– Значит, вы подруга Мел, ага?
Рената поджала губы. Она никогда не задумывалась о прозвище Мелани. В самом деле, Мел.
– Она – моя кузина. Я приехала к ней в гости. Миссис Бойль сдвинула густые брови, а губы ее при этом сделались тонкими, как полоска.
– Она знала, что вы собираетесь приехать?
– Нет. Это немного неожиданно. Я обещала вскоре к ней приехать, но не…
– Ее здесь нет, – перебила миссис Бойль. – Они с Гейбом и близняшками на прошлой неделе уехали в Техас. И не сказали, когда вернутся.
Рената нахмурилась. Если бы она знала, что они будут у дяди Ричарда, то поехала бы прямо к нему. В конце концов, в Техасе тоже полно фермеров.
– Что ж, я думаю, мне не остается ничего другого, как ждать, – сказал она, подавляя разочарование. – Я уверена, что они уехали ненадолго. Им надо следить за ранчо.
– Гейб позволяет следить за фермой Лестеру Паттону и этому Джейку Вулфу. – Она так произнесла последнее имя, словно во рту у нее стало вдруг кисло, при этом сжала губы и на ее без того суровом лице появилась гримаса явного отвращения.