Восхитительная ведьма (СИ)

Чем это закончится?
Игрой в любовь?
Я цеплялась за Олега. Я хотела выпить его до дна. И я разрешала ему пить меня. При этом я испытывала острое ощущение дежавю. Мне казалось, что все это происходит с нами не впервые. Его руки, губы, даже дыхание — все было невероятно знакомыми. Он то гладил меня по спине, то играл с моими и без того растрепанными волосами, то прижимал к себе, заставляя меня откидывать голову назад, подставляя шею для поцелуев. Я не обращала внимания на то, как неприлично задралась джинсовая рубашка, которая была на мне, я ни на что не обращала внимания. И все, что мы делаем казалось мне правильным и прекрасным.
— Ну как? — прошептал Олег в перерыве между поцелуями. — Я хорошо притворяюсь твоим парнем?
— Так себе, — отвечала я, глотая воздух. — Вам нужно набраться опыта, Олег Владимирович.
И снова прильнула к нему, понимая, что моя рубашка и его футболка ужасно мешают. Моя ладонь скользнула по его животу и оказалась под тонкой тканью, заставив Олега выдохнуть и крепче меня поцеловать. Я чувствовала рельефный пресс и то, как он напрягся из-за прикосновения. Я хотела провести ладонью выше, а после и вовсе стянуть с Олега проклятую футболку, однако не успела сделать этого. В следующее мгновение на меня кто-то запрыгнул. Прямо на голову. Я взвизгнула от неожиданности, отцепилась от Олега и оказалась на другом конце кровати. Мерзкая Прелесть, которая спикировала н меня откуда-то сверху, уже сидела рядом с Олегом и смотрела на меня так презрительно, словно я была хуже дохлой мыши. Черный хвост ходил из стороны в сторону. Страсть моментально куда-то испарилась, оставив лишь злость. Нам помешала кошка! Она ведь специально, специально!
«Он мой, милочка, — красноречиво говорил нахальный кошачий взгляд. — А ты тут никто. Мы заключили временный союз против бабушки, но помни — ты на моей территории».
Олег хрипло рассмеялся, закрыв лицо ладонями. Он выглядел как человек, который спал, видел потрясающий сон, и его неожиданно разбудили.
— Вот зараза, — выругалась я, мрачно глядя на Прелесть. — Такая же противная, как хозяин.
— Я противный? — весело поинтересовался Олег, все еще тяжело дыша после такого поцелуя. — А мне показалось, я тебе нравлюсь, Ведьмина.
— Не льстите, Олег Владимирович, — ответила я, вставая с кровати и поправляя рубашку на себе. — Вы так себе, на «троечку». И кошку воспитать не можете!
Прелесть повела острыми ушами.
— Как я ее воспитаю? — пожал плечами Владыко и погладил кошку. — Наверное она просто захотела поиграть с тобой. Стала охотиться за твоими волосами.
— Ага, конечно. Она вас ревнует, — фыркнула я.
— Кто? Кошка? — опять расхохотался Олег. Вид у него был подозрительно довольный. Словно не так давно он не говорил мне обидных слов.
— Я голодна. Накормите меня, вы ведь там что-то готовили, — велела я и вышла из спальни, думая, как выгоднее повернуть ситуацию в свою сторону. Теперь ведь у меня есть парень. Окладникова облысеет от зависти и покроется плесенью от злости.
И он невероятно круто целуется. На все десять из десяти, но говорить ему об этом я не стала.
Глава 9
Впервые в жизни для меня готовил мужчина, а я сидела рядом на подоконнике и наблюдала за ним. Наверное, Владыко был бы идеальным мужем. Хозяйственный, заботливый, сильный. У него получалось варить отличный кофе, и я была уверена, что блинчики, которыми он занимался, получатся отменными.
Качая ногой в такт приятной расслабляющей музыке, играющей по радио, я рассматривала Олега и глупо улыбалась, то и дело касаясь своих губ. Наш поцелуй был умопомрачительным, и я никогда не чувствовала себя такой — сгорающей от нестерпимого желания быть рядом с кем-то. Касаться его, чувствовать пульс, ловить губами дыхание. Что-то подобное я испытывала лишь однажды, с Костей — человеком, который оставил меня, и с тех пор ни один парень не вызывал у меня такой симпатии. Напротив, мне было противно, когда на свиданиях, куда я заставляла себя ходить, кто-то начинал обнимать меня или, не дай боже, распускать руки. С Олегом все было иначе, хотя сначала он вызывал у меня лишь неприязнь.
На подоконник запрыгнула Прелесть и, презрительно покосившись на меня, уселась рядом. Аккуратно обернув хвост вокруг себя, она став гипнотизировать хозяина взглядом — явно хотела, чтобы он ее покормил. Так мы и сидели вместе, не отводя от Олега глаз.
Он обернулся, внимательно посмотрел на нас, и на его лице появилась легкая улыбка.
— А вы похожи, — весело объявил он.
— Кто? Я и госпожа Шаверма? — хмыкнула я. — Интересно, чем?
Прелесть покосилась на меня, словно говоря, что на такое ничтожество, как я, она быть похожей не желает.
— Повадками, — пожал плечами Олег. — У вас одинаково голодный взгляд и плохие манеры. И обеих я должен накормить.
— Я в тапки не гажу, — надула я губы.
— Прелесть тоже не гадит, — продолжал веселиться Олег. — Она постоянно мне мешает. И да, в дом она тоже пробралась хитростью.
— Это, интересно, как?
— Позапрошлой зимой кто-то оставил котенка в подъезде, — ответил он. — Утром я увидел его на лестничной площадке и принес молоко. А когда вечером зашел домой, он прошмыгнула следом и спрятался под кроватью. Выкинуть обратно я его уже не смог. Вернее, ее, — поправился Олег. — Только об этом я узнал спустя пару недель.
Я как-то по-новому взглянула на Владыко. Со стороны он казался суровым непроницаемым типом, но кто же мог подумать, что у него доброе сердце? Сейчас, когда Олег стоял передо мной без привычного строго костюма, в домашней одежде, с венчиком в руке, я поняла, насколько он уютный.
— Я думаю, у меня крутой парень, — сказала я.
— Подставной, — напомнил Олег.
— Какая разница, — пожала я плечами. — Может быть, тебе помочь?
— Я же сказал, что все сделаю сам — ты ведь гостья.
— Мне надоело просто так сидеть.
Лучше бы я ничего не говорила, ей богу.
— Тогда накорми Прелесть, — заявил Олег.
— Что? — широко распахнула я глаза.
«Что?» — красноречиво спрашивал взгляд кошки.
— Что? — хмыкнул он. — Возьми сухой корм и насыпь ей в миску, она чистая. Корм лежит в верхнем крайнем шкафчике.
— Сейчас сделаем, — встала я с подоконника и насыпала корм Прелести. Она подозрительно на меня покосилась, но голод победил, и она стала хрустеть подушечками. А я подошла к Олегу и неожиданно для самой себя обняла его со спины, сомкнув руки на поясе и прижавшись щекой к его плечу. Мне казалось, что это будет нежно и романтично, как в фильмах про любовь, однако Олег от неожиданности уронил на пол банку с шоколадной пастой, за которой потянулся, и она едва не прилетела мне на ногу, благо я вовремя успела отскочить. Вот же подстава!
— И зачем ты это сделала? — весело спросил Олег.
— Я практиковалась. Нам же придется играть роль влюбленных перед Василиночкой, — невинным голосом сказала я.
— Ты не в том тренируешься, Таня, — ласково сказал он.
— А в чем мне нужно тренироваться? — удивилась я.
Вместо ответа Олег подхватил меня на руки, усадил на высокую столешницу между плитой и мойкой, и поцеловал. Уже во второй раз за это прекрасное утро. На этот раз все было более нежно и сдержано — неожиданный контраст с тем, что происходило в его спальне. Неспешно и ласково. И также умопомрачительно.
На нас светило утреннее ноябрьское солнце, за окном сверкал снег, падавший всю ночь, дул северный ветер, а в кухне было тепло и по-домашнему уютно.
Обнимая Олега за плечи, я обхватила его пояс ногами и скрестила их, словно боясь отпустить от себя. А он стоял напротив, почти касаясь коленями кухонного шкафчика, и гладил меня по спине, задерживая жесткие горячие ладони на талии
Его поцелуи искрились на моих губах, а мои превращались в невидимые звезды.
Мы не отпускали друг друга до того момента, пока не запахло горелым. На этом наша романтика снова сошла на нет.
— Ты делаешь мою жизнь сумбурной, Татьяна, — заявил мне Владыко, пока я благородно помогала ему отмыть сковороду, на которой подгорел блинчик.