Ночь с лучшим другом
— Что хочешь. Такая красивая девочка должна ходить в красивой одежде. Не мучай свои ручки готовкой.
— Но ты же любишь вкусную еду?
— Очень… Но свой желудок я люблю больше. А потом покажешь, что купила. Хорошо?
— Обязательно… — говорю, быстро стираю слезу обиды, а потом хочу повернуться, но замечаю, что Алекс пошел не в сторону гаража, а в сторону своей спальни. Зачем? Переодеться? Это показалось подозрительным, но я все равно спрашиваю, что давно хотела спросить. — Алекс…
— Что?
— Вы знали наших родителей. Они ведь были богатыми. Почему я не могу воспользоваться своим наследством? У меня же… — его лицо из спокойного становится напряженным. – У нас же есть наследство? Хоть что-то должно было остаться?
— Саша…
— Ответь, это простой вопрос.
— Не такой уж простой, учитывая, что твой отец был одним из воров в законе. После их смерти, если не остается живых родственников, деньги забирает общаг.
— То есть мне просто нужно пойти и забрать их…
— Твой отец оставил вам с братом по квартире… Твоя тебя ждет…
-А квартира брата отойдет его новым родителям, которым вы собираетесь его отдать?! — сразу срываюсь я на крик, сжимая кулаки. – Если у меня есть квартира! Почему он не может остаться со мной?!
— Потому что ему девять, а у тебя вся жизнь впереди. А если ты станешь молодой мамой, то об образовании, работе, личной жизни можно забыть. Ты до сих пор не поняла этого!? – не орет, но голос повышает, от чего становится жутко, но я все равно продолжаю давить.
-А мне не нужно это будущее, личная жизнь, если рядом не будет Мити! Мы никогда не разлучались! Почему вы не можете этого понять?!
— Если бы даже я мог пойти тебе на уступку не отдавать Митю, то через год ты бы его возненавидела, потому что тебе бы даже потрахаться с парнем негде было!
— Да не хочу я трахаться! Мне это неинтересно!
— Это ты сейчас так думаешь, потому что девчонка еще совсем. Поверь, ради секса порой люди готовы на самые страшные поступки. Даже хлеще, чем ради денег. И хуже будет, если из-за твоих отношений или того, что ты задержишься с подружками на вечеринке, пострадает брат. Как ты потом жить сможешь?
И пусть в его словах есть доля рационального зерна. Только доля! Я все равно не могу поверить, что где-то Мите будет лучше, чем со мной!
— А как я смогу жить, если буду знать, что он не счастлив. С чужими людьми?!
— Он будет счастлив. В отличие от тебя, он не запомнит детство полное лишений… И я должен ему это обеспечить. Даже если придется переступить через тебя.
Я резко отворачиваюсь и даже смотреть не могу на этого ужасного человека. А он даже успокоить меня не пытается. Как и собирался, поднимается на второй этаж. Я иду мыть посуду, со злости разбив тарелку, а затем включаю телевизор. Бессмысленно переключаю каналы, словно это может мне помочь решить дилемму того, прав Алекс или не прав. Не прав, конечно. Всем известно, что братьям и сестрам лучше не разлучаться.
Да и если есть квартира… Но потом я вспоминаю свое желание купить новой одежды, свое желание быть красивой, быть любимой. Не братом, а настоящим мужчиной. Таким, который одним взмахом руки решит любые проблемы. Именно таким казался мне отец. Властным, порой злым, но надёжным как скала. Однажды я пожаловалась на пацана, который дергал меня за косы в школе. Так он пришел и стал дергать за косы его. И ничего, что кос там и в помине не было.
— Одежду-то будешь заказывать? — слышу голос, но голову не поворачиваю и бурчу обиженно:
— Буду.
Ну а что? Я должна лишать себя и брата красивых вещей? Это ничего не изменит.
— Покажешь…? – спрашивает он, все приближаясь. Но тут замирает и, разворачиваясь, уходит, даже не закончив фразу.
Я разворачиваюсь и теперь замечаю, что путь Алекса лежит не в сторону гаража, а к бассейну, где есть выход в сад. И что у нас в саду? Дела? И для них обязательно нужно было брызгаться одеколоном так, что запах бьет по носу?
Я быстро бегу посмотреть, чем занят Митя. Поняв, что ближайшие минуты он будет занят купленным Алексом лего с мелкими деталями, я хватаю кофту. Но в спину слышу довольно мудрое:
— Не стоит идти туда, если ты не готова к тому, что узнаешь…
— Ты что-то знаешь?
— Слышал, с кем он разговаривал, — пожимает Митька плечами и кивает на выход. – Но я ведь могу и ошибаться. Я же ребенок.
— Умный не по годам.
— Как говорит Мирон: либо ты, либо тебя.
Я поджимаю губы при упоминании этого сутенера и бегу, как и собиралась за Алексом.
Глава 7.*** Алекс ***
Что-то в ней есть.
Дело даже не в яркой внешности, об опасности которой Шура даже не подозревает. И даже не в теле, изгибы которого не могут оставить равнодушным.
Тут скорее взгляд. Он словно предупреждает, что за маской ангела скрывается настоящий демон-суккуб. Готовый не просто соблазнять, а порабощать. Влюблять и оставлять в ней душу без остатка.
А может все дело в том, что когда-то такой взгляд был у Ларисы, в дом который я сегодня пробрался удовлетворить свои низменные инстинкты.
Очень жаль, что теперь свою сущность эта женщина не скрывает. И начала пользоваться благами своей внешности гораздо раньше, чем Шура начала задумываться об этом.
— Тебе нравится мое новое белье? Я его к твоему приезду заказала, - скользит она наманикюренными пальцами по напряженными бедрам, повернув голову из-за плеча.
— Нравится, — отстранённо рассматриваю Ларису. Ее изогнутую спину, густые темные волосы.
Чтобы соблазнить мужика, она никогда не пыталась использовать его желудок. Она неплохо управляется с другими частями тела. Не хочется, чтобы Сашка становилась такой. Еще в детдоме я дал строгий наказ держать ее в максимальной изоляции от противоположного пола.
«Не берег ли ты эту крошку для себя?», — думаю про себя, но мысль отметаю.
Такому, как я негоже быть счастливчиком. Такому как я, подходит вот эта извивающаяся шлюшка, умело елозившая по еле приподнятому члену.