Зима была холодной (СИ)

Загремели выстрелы, воздух заволокло дымом: Киллиан успел выстрелить дважды, прежде чем второй мужчина упал рядом с первым, не подавая признаков жизни. Фрэнк, пригнувшись, метнулся к стене конюшни, держа револьвер наготове. Киллиан, отбросив, наконец, тело, которое держал, как щит, присоединился к нему. Из конюшни доносились голоса, но выходить никто не спешил. Наведя дуло на раненного, Киллиан выстрелил, и тот затих.
— Эй, Киллиан! — раздался голос Барни. — Ты же пришёл за братом, да? Выходи, поговорим.
Быстро кивнув, Фрэнк отступил, обходя конюшню с другой стороны, а Киллиан остался стоять, ожидая, пока тот появится напротив.
— Выходи, Киллиан! — снова крикнул Барни. — У нас есть, чем тебя удивить!
Солнце, мигнув последний раз, скрылось за горами, и на землю опустились сумерки. Волнистая грива Фрэнка показалась из-за угла. Скользнув змеёй, он бесшумно подошёл к дверям и замер, ожидая сигнала.
— Покажись, Барни! — крикнул Киллиан. — Или ты так и остался помойной крысой, что прячется за чужими спинами?
— Не выйдет, — весело крикнул Барни. — Я не идиот — лезть под пули!
— Ты не идиот, — откликнулся Киллиан, проверяя, подбрасывая нож в руке, — ты трус, это я отлично помню!
Оглянувшись, он подтянул ногой шляпу, валявшуюся на земле, и пнул её в конюшню. Раздались выстрелы — кое у кого нервы явно были на пределе. Едва они затихли, как Киллиан мотнул головой, и они с Фрэнком шагнули в конюшню одновременно. Свет на улице и в конюшне сравнялся, и глазам не пришлось привыкать к полумраку, — двое из трёх оказались на земле в считанные секунды. Один — бездыханный, второй, которым оказался Барни, — корчился на полу, прижимая руку к раздробленному колену.
Заметив Киллиана, Алексис невольно дёрнулась к нему, но тут же охнула от боли — Джон, оказавшийся за её спиной, вцепился в волосы, заставляя подняться.
— Так вот, значит, кто у нас счастливая невеста. — От его злорадного тона Алексис окатила ледяная волна ужаса. — Я прав, — удовлетворённо кивнул Джон, заметив страх, промелькнувший в её глазах. Дёрнул за голову, заставляя стать ровнее, и посмотрел на Киллиана.
— Знаешь, мне плевать, что там у вас в прошлом было с Барни, — быстрый взгляд на Барни, продолжавшего стонать на полу, — но в свете открывшейся правды о тебе и моей жене…
Киллиан нахмурился, вопросительно посмотрел на побелевшую Алексис, плотно сжимавшую губы, чтобы не закричать, и снова — на Джона.
— Ты же не знал, конечно, что я жив. А наша красавица чуть не стала обладательницей двух мужей. Что по нашим законам полагается в таком случае?..
— Отпусти её, — хрипло сказал Киллиан, поднимая револьвер.
— Зачем? — натурально удивился Джон. — Чтобы ты убил меня, стоит ей оказаться в безопасности?
— Я и так убью тебя. — Киллиан смотрел спокойно и холодно. Фрэнк, тем временем, встал рядом, держа револьвер наготове.
— Думаешь, Алексис сможет простить, если ты убьёшь её любимого мужа? — хмыкнул Джон, прижавшись к её щеке. — Её горячо любимого Джонни, который подарил столько незабываемых минут вместе…
Алексис зажмурилась, не чувствуя слёз, что потекли из глаз. Отвращение заполняло каждую клеточку её тела, стирая всё светлое, что когда-то оставалось в памяти. Вдруг она резко распахнула глаза и поймала взгляд Киллиана, едва заметно кивнув. В следующий миг прогремел выстрел, и Джон завалился на спину, увлекая Алексис за собой за волосы. Она коротко вскрикнула и завалилась ему на грудь, но тут же спешно дёрнула головой, отползая и оглядываясь — во лбу Джона зияла огромная дыра. Киллиан уже был рядом, помог подняться и крепко обнял, прерывисто дыша. Фрэнк обошёл их и опустился перед Колумом, разрезая верёвки.
— Признаться, я уже отчаялся тебя увидеть. — В его голосе отчётливо звучало облегчение, пока он массировал запястья, морщась от боли в руках.
— Мы полдня лежали в кустах за твоей изгородью, — хмыкнул Фрэнк, видя, что Киллиан слишком поглощён тем, что пытается успокоить Алексис. Колум понимающе улыбнулся и протянул руку, беря у Фрэнка пистолет. Потом подошёл к Барни, испуганно вскинувшему на него глаза, и выстрелил.
— Теперь с прошлым точно покончено.
Алексис выходила из конюшни, шатаясь, вцепляясь в Киллиана, как в соломинку, словно боялась, что если отпустить — исчезнет, и она снова потонет в ужасе последних часов. Сожалений о смерти Джона не было, как бы она к себе не прислушивалась. Он давно для неё умер, а тот человек, который предстал перед ней сегодня не напоминал его даже отдалённо. Отведя Алексис в дом, Киллиан взял с кровати одеяло и укутал её, стирая со щеки капли чужой крови.
— Нам надо прибрать всё, а после поедем домой, хорошо? — тихо спросил он, заглядывая в её глаза. Алексис деревянно кивнула, пребывая в своих мыслях.
Следующий час ушёл на то, чтобы погрузить тела в повозку, впрячь лошадь и насыпать свежей соломы на пол. Фрэнк и Колум уехали в лес, а Киллиан вошёл в дом, найдя Алексис в том же положении, что и оставлял. Он осторожно опустился перед ней на колени, взял в руки ледяные ладони, подул на них, пытаясь отогреть.
— Сможешь ли ты когда-нибудь меня простить? — задал он вопрос, терзавший последний час. Алексис вздрогнула, посмотрела непонимающе. — За то, что убил его.
— Я люблю тебя, — просто ответила она. — А тот человек… Я рада, что его больше нет.
Плита, придавившая плечи Киллиана, раскололась с громким треском, и дышать снова стало легко. Он опустил лицо в её ладони, чувствуя, как остро защипало в глазах, и прошептал:
— Я тоже люблю тебя. Безумно тебя люблю.
* * *
Свадьба собрала в церкви практически весь город — все, кто знали Киллиана и Алексис сочли своим долгом прийти и поздравить. Столы были накрыты прямо на лугу; весело трепетали клетчатые скатерти, и пышные букеты нарциссов и тюльпанов привлекали целый рой проснувшихся пчёл. Алексис счастливо улыбалась, не выпуская руки своего мужа, а тот то и дело бросал счастливый взгляд на жену, думая только о том, чтобы скорее забрать её отсюда домой, а после, утром — в Денвер. Но сначала оставалось ещё одно дело. В очередной раз поблагодарив Мередит за помощь в устройстве свадьбы, они пошли к ступеням церкви, где уже ждал Колум, держа на поводу осёдланную лошадь.
— Тебе не обязательно уезжать так быстро, — сказал Киллиан, обняв брата.
— Чем скорее, тем лучше, — тепло улыбнулся Колум и посмотрел на Алексис. — Я могу поздравить невесту?
— Конечно! — ответила она, подходя ближе и подставляя щёки для поцелуя. Но Колум, хитро сверкнув глазами, звонко поцеловал её в губы, бросив быстрый взгляд на Киллиана. Тот притворно нахмурился, притягивая жену к себе собственническим жестом.
— Куда поедешь? — спросил он.
— В Калифорнию, — пожал плечами Колум. — Мы ведь с самого начала туда собирались.
— И хорошо, что решили задержаться здесь, — хмыкнул Киллиан.
— Новый священник прибудет только через два месяца, — умоляюще протянула Алексис. Прощаться с Колумом оказалось неожиданно тяжело.
— Нет, хватит притворства. — Колум покачал головой. — Отец Пибоди справится, если будет что-то срочное. А разрешение не посещать два месяца службу наши горожане наверняка расценят, как подарок. Не все, конечно, но многие.
— Я буду скучать, — тихо сказал Киллиан.
— Я тоже, — кивнул Коллум и легко взлетел в седло. — Ждите письмо, я напишу, как устроюсь. Кто знает, может, даже приедете когда-нибудь в гости.
Они следили, пока силуэт всадника не растворился в зелёной дымке. А после, обнявшись, пошли к столам. Впереди лежала целая жизнь, со своими трудностями и страхами, но это ждало в будущем. А прошлое навсегда осталось позади.