Зима была холодной (СИ)

Алексис промолчала. В словах капрала был резон — жить под постоянной угрозой нападения страшно, ей ли не помнить! Но боль от потери дома и своей жизни была ещё слишком свежа, чтобы не представить, что могут чувствовать люди, которых насильно выгоняют с родных мест. Они защищались. Алексис тоже защищалась, когда убила того янки…
Дорога вильнула, лес расступился, и Пайкс-Пик предстала во всей красе. Гора дрожала в мареве, словно хотела растаять от жары.
— Смотрите, сегодня будет дождь, — обрадовано воскликнул Лоуренс, показывая на север, где собирались тёмные тучи.
— Если гроза не пройдёт мимо, — ответила Алексис. Из странного противоречия соглашаться с капралом не хотелось. Впереди показался дом, и она запоздало вспомнила, что там лежит Киллиан, и что он, услышав повозку, может крикнуть что-то. И тогда её репутация будет совершенно безнадёжно испорчена. Дёрнув поводья, Алексис остановилась, вынуждая Лоуренса сделать то же самое.
— Спасибо, что проводили, капрал. — Она улыбнулась настолько искренне и дружелюбно, насколько была на это способна. — Вам лучше поспешить обратно, если хотите успеть до грозы.
Капрал явно был разочарован. Возможно, он хотел переждать дождь у неё? Тогда его мысли не делали ему чести… Однако Алексис была всё же слишком предвзятого мнения о нём.
— Спасибо, что позволили проводить, — тепло улыбнулся он в ответ. Приложил пальцы к козырьку кепи и кивнул: — Мэм.
Алексис дождалась, пока высокая фигура скроется за поворотом, и только потом тронула поводья, пуская лошадь шагом. Кажется, капрал всё же был прав, и дождь пойдёт. Тучи стремительно надвигались и уже занимали четверть неба. Было по-прежнему жарко, но теперь в зное ощущалась тяжёлая духота, и воздух звенел от мошкары. Загнав повозку, она выпрягла лошадь, налила ей воды и насыпала овса в ясли, и только тогда взяла корзину и направилась к дому. Вокруг было так тихо, что в голову невольно полезли пугающие мысли — всё ли в порядке с Киллианом? Почему он молчит? Может, лежит бездыханным? Сердце гулко стукнуло и понеслось вскачь, и в дом Алексис почти вбежала, распахнув дверь и первым делом уставившись на лежавшего Киллиана. Луч света упал на пол, и он недовольно поморщился, прикрывая глаза рукой.
— Я слышал голоса. Колум?..
— Не приедет. — Поставив корзину у входа, Алексис подошла ближе и внимательно посмотрела на Киллиана. — Он объезжает дальние фермы, вернётся к ночи. Так что сегодня придётся потерпеть моё присутствие.
Киллиан иронично хмыкнул, но промолчал. Он уже успел пожалеть, что сорвался, понимая, что в чём-то был не прав. По крайней мере не надо было кричать на девчонку за то, что та помогла ему. Алексис вздохнула. В голове промелькнула мысль, что она скорее согласилась бы остаться с капралом Лоуренсом, нежели провести ещё одну ночь с Киллианом.
— Надо переложить вас куда-то. Не спать же вторую ночь на полу.
— Амбар вполне подойдёт.
— Нет, — отрезала Алексис. — Вы останетесь здесь. Нужно только переложить вас повыше.
— На кровать? — саркастично приподнял бровь Киллиан. Алексис вспыхнула, замялась и отвернулась. Сама мысль о том, что он может спать в этой кровати, что он спал в этой кровати — смущала. Словно эта вещь как-то связывала их, как бы глупо это ни звучало.
— Я предлагаю поставить три сундука и положить сверху одеяла.
— И вы будете таскать эти сундуки в одиночку?
Действительно, об этом Алексис не подумала. Остановившись посреди комнаты, она упёрла руки в бока и огляделась. Можно, конечно, уложить его на стол, но, во-первых, он слишком короток, а во-вторых… Да нет никакого «во-вторых», это просто абсурд!
— Вы ляжете на кровать, — решила она, наконец. — Я тоже, — вздохнула она, видя, что Киллиан собирается возражать. — И лучше молчите! — предостерегающе подняла она палец.
Спустя четверть часа Киллиан был водружён на кровать и теперь лежал, хватая воздух широко раскрытым ртом. На висках выступил пот — движения по прежнему отнимали слишком много сил. За окном тем временем потемнело.
— Я бы на вашем месте закрыл поплотнее дверь в амбар, — прохрипел Киллиан, тяжело дыша и пытаясь сделать вид, что несколько ярдов от камина до кровати дались ему легко. — Сейчас налетит буря.
— Обычный дождь, — дёрнула плечом Алексис, противореча скорее из вредности, нежели от здравого смысла. Киллиан жил здесь дольше и уж точно знал, когда стоит бояться стихии, а когда можно не обращать внимания на мелкий дождик. Поэтому она вышла на улицу под предлогом набрать воды и сделала вид, что не слышит ироничное хмыканье за спиной.
Снаружи было темно и тихо. Оглушительно тихо, словно природа вокруг замерла, готовясь к чему-то страшному. Гора почти вся скрылась в низких облаках, как в пушистой сизой шубе, изредка озаряемой зарницами. Раскаты грома ещё не долетали до слуха, и от этого мертвенный бледно-синий свет казался ещё страшнее. Алексис поспешно пересекла двор и плотно затворила двери в амбар, водрузив увесистую щеколду. Оглянулась ещё раз на гору, проверяя, сильно ли приблизилась буря, и малодушно порадовалась, что встретит её не одна.
Стараясь не смотреть в сторону Киллиана, она поставила чайник на плиту и развела под ней огонь. Потом достала из корзины пироги и принялась их резать.
— Вы голодны? — поинтересовалась Алексис, спустя несколько минут. Но со стороны кровати не доносилось ни звука. Вытянув шею, Алексис посмотрела на Киллиана, но тот, кажется, опять уснул. Между тем в комнате стемнело так сильно, что пришлось зажечь лампу и притворить ставни.
Если бы не гроза, солнце бы только-только начало садиться, поэтому ложиться спать было рано. И заняться особо было нечем. Поужинав, Алексис попробовала было вышивать — салфетки к белоснежной скатерти с бледно-жёлтыми магнолиями, ждали своего часа. Но, промучившись четверть часа, она отложила вышивку. Попыталась читать, но мистер Дарси сегодня отчаянно не хотел разговаривать с мисс Беннет. Подкрутив фитиль лампы, Алексис устало потёрла глаза, и вдруг над головой раздался оглушительный треск. Словно сотня деревьев разом рухнула на землю. А потом загрохотало.
Вжав голову в плечи, Алексис невольно прикрыла глаза и быстро прошептала молитву. Ей приходилось переживать немало гроз — в Вирджинии ураганы были не редки. Но всякий раз, когда начиналась буря, она пугалась. По-детски, глупо, но ничего с собой поделать не могла. Вот и сейчас, слушая раскаты грома, она вцепилась в книгу так крепко, что побелели пальцы. Дождь обрушился на домик, хлеща по крыше — отличный способ проверить, как хорошо её залатали. Сквозь щели в ставнях можно было видеть непрерывное свечение. Гром оглушал, и ветер завывал в каминной трубе. Укутавшись в шаль, Алексис решительно отложила книгу — за сегодня она точно больше не прочтёт ни строчки. Тяжело вздохнула и, облокотившись на стол, положила подбородок на скрещенные ладони. Пламя в лампе неспешно плясало, то приподнимаясь, то опадая, погружая в лёгкий транс.
Стоило первому раскату грома расколоть небо, как Киллиан проснулся, и теперь раздумывал над тем, что делать дальше. Не то, чтобы он чувствовал неловкость, злоупотребляя гостеприимством, но завтра пора уезжать. Неважно, насколько сможет восстановиться — Колум должен его отсюда забрать. Коня он потерял, как и весь улов, что удалось собрать — семь отличных мужских скальпов. Можно было продать их и выручить около сотни. А теперь? Одни убытки. И теперь ещё это ранение… Главное — скорее встать на ноги.
Новый раскат сотряс дом, и Алексис вздрогнула, привлекая внимание. Со своего места он мог разглядеть её профиль, чётко вырисовывавшийся на фоне слабо горевшей лампы. Устало сгорбленная спина, в медовых волосах отражается свет, окружая лёгким ореолом. Она сжималась при новом оглушительном грохоте, скорее всего даже не замечая этого. Наверняка, будь её воля, Алексис уже забилась бы под одеяло, накрывшись с головой.
— Миссис Коули, — тихо позвал он, но она не услышала. — Алексис! — громче.
Услышав своё имя, прозвучавшее из его уст впервые, она вздрогнула и удивлённо обернулась.