Ну, возьми меня!
- Ничего себе! – задрала я голову, глядя на зеленых светлячков, которые облепили черные стены. Кровавый ковер под ногами вел меня в сторону роскошной лестницы.
- Вы куда? – спросила меня стража, стоящая возле лестницы.
- Эм… Я поступать! – улыбнулась я, рассматривая мрачную роскошь черной магии.
- Вступительные экзамены закончились вчера! – послышался хриплый голос одного из стражников.
- Так это ж здорово! – пожала плечами я, пытаясь пройти.
- Нельзя! – передо мной скрестились сверкающие ленты заклинаний. – Если вы по поводу результатов, то вон туда!
Меня развернули в сторону целой стены: «Информация для поступающих!».
Я подошла к стенду, глядя на кучу бумажек. «Результаты не обжалуются!», - прочитала я. Поводив носом и повставав на цыпочки, чтобы было лучше видно, я перечитала расписание результатов поступления. И списки поступивших.
- Ну, - спросила я у суровой охраны. Они стояли в темных доспехах. В прорезях сверкали жуткие глаза. – Где написано, что не берут? Я все прочитала!
- Экзамены закончились. Результаты на стенде, - хором ответила охрана.
- Приемная комиссия принимает с девяти до трех, - начала перечитывать я. – Все вопросы по поступлению в приемную комиссию!
Я бросилась обратно к охране. Огромные часы показывали пять часов. Зловещая большая стрелка подбиралась к пяти.
- А приемную комиссию можно? – спросила я, слыша эхо своего голоса.
- Они уже не принимают, - скрипнули зубами охранники.
- Завязали что ли? Так это ж хорошо, что уже не принимают! – обрадовалась я, вспоминая кличку местного зельеголика «Приемщик». – Дольше жить будут! А то принимать – это плохо! Раз принял, два принял, три принял, а потом постоянно принимать начинаешь! Скажите им, чтобы завязывали!
- С утра приходите, - послышался голос одного из охранников.
- Пока трезвые? Ну да, - согласилась я. – Пока трезвые еще можно поговорить. А когда уже приняли, то все! Я просто хочу поступить в Академию. Очень хочу. Мечтала всю жизнь! Представляете?
Часы пробили пять. Гул пошел по черному залу Академии, сотрясая ее эхом. Волшебные светлячки плавали в полумраке, вздрагивая от каждого «бом!».
- Прием посетителей окончен! – послышался голос охраны. – Освободите помещение!
- Так я и не захватывала его! – ответила я. Но тут же в сердце вспыхнула надежда. - Так с кем мне поговорить, чтобы в Академии учиться?
- Если вы есть в списках, то с ректором! – отрезала охрана, заслоняя мне проход заклинанием.
- А где я могу найти ректора? – оживилась я, глядя на неприступную лестницу, охраняемую надежными заклинаниями.
- На третьем этаже! – послышался ответ.
- Ну так пустите меня на третий этаж! К ректору! – возмутилась я, упирая руки в боки.
- Не велено. На третий этаж могут пройти сотрудники Академии, студенты и те, у кого есть полномочия, - ответила охрана. – Например, министр темных сил! Или сам темный лорд!
- Значит, полномочия, - вздохнула я, начиная расстраиваться. – Везде полномочия нужны! А девушкам что? Как им без полномочий жить! Ой, а можно тогда ректора сюда позвать? А?
- Не положено. Ректор занят! – послышался голос охранника.
- Да я что тут жениться пришла? Или отбивать ректора?– удивилась я. – Ну занят, так занят! Нет, понимаю, я девушка молодая. Но скажите его девушке, чтобы не ревновала! Я просто спросить!
- Прием посетителей окончен, - хором произнесла охрана. – Ректор занят работой! Приходите в другое время.
- А у вас тут написано, что ректор ведет прием до шести, - показала я на стенд.
- До шести … - переглянулась охрана, получившая четкий приказ сверху. – До шести человек. Шесть уже было. За черту не заходить!
- Ой, а если я его позову? – спросила я, тревожно глядя наверх. – У вас не написано, что звать ректора нельзя…
***
Охрана, конечно же, соврала! Ректор Академии Темных Искусств города Тварьбурга Мортифер Торн был вовсе не занят. Ни работой, ни ревнивой красоткой. Да и приемный день по регламенту заканчивался в шесть, а не в четыре.
Просто у ректора уже голова гудела от возмущенных криков не поступивших и их многочисленной и разъяренной родни.
Роскошные черные волосы Мортифера были идеально расчесаны и уложены. Ведь можно быть темным властелином и думать о красоте собственных волос?
Его суровый и строгий взгляд внимательно следил за каждой строчкой в газете. Ректор пытался понять по скудным очеркам, куда дует политический ветер. И в какую сторону прогибаться Академии.
Следить за политической жизнью славного города Тварьбурга мог только человек с крепкими нервами. Или стоящий посреди поля пустырника. Чтобы срывать и глотать, не жуя.
Бедная муха, случайно залетевшая к нему в кабинет, ломилась в стекло: «Выпустите меня! Или хотя бы не читайте вслух!».
- Значит, власть в Тварьбурге… да и во всем Черном Мире сменилась, - задумчиво произнес Мортифер, закрывая свежую газету. – Смертельная битва великих чародеев окончена. Интересно, кто победил? И есть ли вообще победитель? Сейчас сидят, небось, и зализывают раны…
Красавец ректор откинулся на спинку черного трона. Черные, искусно вырезанные розы обвивали не менее искусно вырезанные черные черепа, сплетаясь с такими же черными змеями. Старинные книги аккуратными рядами стояли на полках, тщательно разложенные по цвету и толщине.
Мортифер очень любил порядок.
- Имя так и не объявили, - махнул рукой ректор, закрыв газету.
Он прекрасно знал, что битва за власть – это самая страшная битва. На какие только ухищрения не идут чародеи, чтобы победить. Кто-то нарочно отлавливал оборотня, предлагал ему деньги, дабы тот укусил его. Кто-то разрешал демону вселиться в себя, ради обретения сверхчеловеческой силы. Кто-то не без удовольствия приносит в жертву всю родню, дабы удостоиться высшей власти.
- И с каждым разом все чудовищней и чудовищней, надо думать, - поднял брови ректор и поджал губы. – Чудовища сражаются друг с другом. А потом самое чудовищное чудовище становится Темным Лордом.