Hate you! (СИ)

Я с Юной на руках, сел на заднее сидение, Минсок обошел машину и, сев на водительское сидение, включил печку. Через минуту стало ощутимо теплее. Я попытался разжать руки Юны, но она лишь крепче вцепилась в мою рубашку, царапнув меня по груди и натянув мокрую ткань так, что она прилипла к спине. Она всё ещё боялась, но разве я мог её отпустить сейчас? Разве мог оставить одну? Я ещё раз взглянул на её опущенные веки, обхватил её руками сильнее, стараясь отдать хоть каплю тепла, которого во мне, наверное, уже не осталось, и посмотрел в окно, за которым проносились дома и мелькали огни.
Наверное, хорошо, что она сейчас зажмурилась и не видела меня… Волосы взъерошены, губы сжаты в тонкую полоску, а тёмно-карие глаза ещё сильнее потемнели от гнева и отчётливо выделялись на бледном, застывшем, словно маска, лице.
Машина въехала на территорию и остановилась у парадного крыльца. Я, не дожидаясь — Минсока, одной рукой открыл дверь, затем отпихнул ногой, чтобы она снова не захлопнулась, и вылез из машины. Сунбин и Юджин подъехали вслед за нами. Сонвон ждал на пороге, держа дверь открытой. Я вошел в холл и тут же у меня снова попытались отобрать девушку.
-Нет. — рявкнул я на Намджуна, тот в испуге шарахнулся в сторону. Рози, Джин и родители не рискнули подойти ко мне, и я беспрепятственно прошел наверх в её комнату.
Уложив Юну на кровать, я с трудом отвел её руки от себя, при этом оторвав от рубашки пуговицу, и собрался уйти, но тут она распахнула глаза и испуганно уставилась на меня.
Pov*Юна*
Постепенно сознание прояснилось, начали возвращаться ощущения, а вместе сними паника и нарастающий ужас. Спиной я почувствовала холодный, мокрый асфальт, а затем прикосновение чьих-то тёплых рук. С трудом приоткрыв глаза, я увидела лицо склонившегося надо мной Сунбина и снова провалилась в темноту. Она была такая же непроглядная, холодная и пугающая, как первая, отличие лишь в том, что сейчас я всё чувствовала и видела картины произошедших событий. Лица всех парней одно за другим проносились передо мной в бешеной пляске. Уличные сцены белыми пятнами проступали в непроглядном сумраке, будто на чёрную ткань капали отбеливателем. Капли расползались, превращаясь в рваные дыры, и показывали отвратительные, пугающие картины. И я, погружалась в них, чувствовала, что захлёбываюсь эмоциями и тону.
Внезапно тёплые руки сменились холодными, я почувствовала, как меня подняли с земли и куда-то понесли. Хотелось вырваться, заставить меня отпустить, даже если после этого последует падение, но у меня не получалось даже открыть глаза. Кошмары меня не отпускали. Чем настойчивее я пыталась вернуться в реальный мир, тем сильнее меня засасывало в темноту. Я задрожала от холода. Холодные руки прижали меня ближе к сильному, чуть тёплому телу. Я почувствовала холод мокрой рубашки и уцепилась за неё, как за спасательный круг. Этот человек где-то в глубине ещё хранил тепло тела, и я его чувствовала.
-Тише, всё хорошо. — прошептали мне на ухо. Голос был хриплый и напряжённый, совсем не похожий на мелодичный голос Сунбина. Но кроме него на той площадке некому было меня спасти.
Вдруг я почувствовала, как меня тянут в сторону, практически отдирают от обладателя этой мокрой, но такой нужной мне сейчас рубашки. Раздался злобный рык, и меня снова прижали к широкой груди. Положение сменилось. С меня стянули обувь, и ноги коснулись чего-то мягкого. Рука, поддерживающая спину, чуть опустилась, я полулежала на ней. Хватка чуть ослабла, я вцепилась в Сунбина сильнее, царапнув его по груди, и руки снова, словно стальные цепи, обвились вокруг меня. Стало теплее, я начала отогреваться и успокаиваться, но это длилось не долго. Несколько минут движения, удар по тормозам, звук распахнутой дверцы и снова холод.
По шуму голосов я поняла, что мы приехали в поместье Кима. Меня снова попытались забрать, но прежде, чем я успела крепче схватиться за рубашку, раздался нечеловеческий, рычащий вопль, напугавший даже меня, и новые руки отдернулись. Я боролась с остатками своих видений, большая часть которых отступила после понимания, что я уже в поместье, а гаражи далеко. Мои руки попытались оторвать от рубашки, но я сведенными пальцами продолжала отчаянно хвататься за свой «спасательный круг». Наконец, мои кошмары отступили, и я распахнула глаза.
Вместо ожидаемого Лазаря, на меня смотрел Ким.
-А где Сунбин? Он здесь? — потрясенно прошептала я. В глазах Тэхёна на секунду отразилось недоумение, затем разочарование и после — сосредоточенность.
-Уже нет, он привез тебя сюда, передал мне и уже уехал. Тебе нужно переодеться, я позову Рози. — больше не сказав ни слова, он вышел и закрыл за собой дверь. Комната утонула во мраке.
Я села на кровати, сложив ноги в позу лотоса и удивлённо огляделась. До сих пор не могла поверить, что я дома, в безопасности и что всё закончилось. Из памяти стёрся важный кусок событий, и теперь мне казалось, что стены комнаты выросли на том самом месте, вместо гаражей, и я сижу не на постели, а на мокром, грязном асфальте, а вокруг хлещет дождь, мешая видеть и забивая своим грохотом уши. Обрывки картины явно встали перед глазами. Я начала испуганно оглядываться, комкая одеяло и снова поддаваясь панике.
Вошла Рози и хлопнула по выключателю, зажегся свет, заставляя меня прийти в себя. Я от яркой вспышки вздрогнула и зажмурилась. Девушка прошла в ванную и включила воду, затем вернулась ко мне и начала стаскивать с меня майку.
-Зачем?.. Я… Я не хочу… — голос звучал испуганно и то и дело подскакивал.
-Не беспокойся, всё хорошо, тебе нужно согреться, иначе ты заболеешь. — она говорила мягко и успокаивающе, но это мало помогало. Послушавшись, я пошла за ней в ванную. В горячей воде я немного расслабилась, меня перестала бить крупная дрожь, зубы перестали стучать, а нервно согнутые пальцы распрямились, и стало больно. Шок, наконец, прошел, и захотелось расплакаться, но при Рози я не хотела этого делать, как она ни уговаривала, что мне станет легче.
Выйдя из ванной, я вытерлась полотенцем, оделась в тёплую синюю пижаму, которую Рози принесла с собой, и села на стул перед зеркалом, позволяя подруге высушить феном мои волосы. Когда всё было окончено, девушка пожелала мне спокойной ночи и, погасив свет, направилась к выходу.
-Стой. — воскликнула я. Она обернулась. — Позови… Позови Тэхёна, пожалуйста.
-Хорошо. — после минуты напряжённого молчания, нерешительно ответила она, явно не понимая, зачем мне это нужно, но не решаясь перечить. Я и сама не знала, зачем мне это нужно, просто, наверное, страшно было оставаться одной в темноте и хотелось чувствовать по близости хоть какую-то силу. А единственная сила здесь — это он.
Pov*Тэхён*
Я шел по коридору со стаканом коньяка в руке и думал над тем, что я завтра сделаю с Юджин за сегодняшний спектакль. Сегодня с ней разговаривать уже не стоило. Отсюда было слышно, как мать кричит на мою сестру на другом конце поместья, а она плачет. Обычно я старался защитить своих, но сейчас мне даже не было её жаль. Она заслужила это своей неосмотрительностью. Я сделал глоток и ухмыльнулся, чувствуя, как жидкость растекается внутри, возвращая сведенные мышцы к жизни, согревая закоченевшее тело.
Холл был ярко освещен, впрочем, как и всегда, но внизу стояла тишина, видимо, все разошлись по своим комнатам и легли спать. Только Намджун с Минсоком уехали забирать брошенную мной машину, конечно, если от неё что-нибудь осталось. Я бросил её не в лучшем районе города. Из комнаты, в которой должна была находиться АЮна, вышла Рози, тихо прикрыла дверь и направилась ко мне.
-Как она? — спросил я, поравнявшись с брюнеткой. — Спит?
-Нет. Тебя зовёт. — как-то напряжённо ответила она и, забрав у меня стакан, направилась дальше по коридору.
Я вошел в комнату. Она лежала на боку, подложив ладони под щёку, и смотрела на дверь как-то грустно и потерянно. Не включая света, подошел к кровати и сел рядом. Она перевела свой испуганный взгляд на меня. В этот момент мне ужасно захотелось коснуться её волос, сказать, что всё в порядке, кошмар закончился и больше не повториться, но я не мог, боясь её реакции. Я бы не смог объяснить свой жест и, скорее всего, напугал бы её ещё сильнее.