Без дракона не продашь!

- Эдварду нравится, что я его кормлю, не ревнуй, - паясничал дракон.       
Похоже, у принца пунктик. Он ни за что не желает подчиняться женщине. Даже если на кону стоит чистота рубашки и незапятнанная репутация.
- Бегите тогда в ванную, там отмывать легче! – всплеснула руками и подтолкнула принца подальше от двери. – У крыланов быстрое пищеварение. Только поел, как сразу начинается обратный процесс.
- Что это значит? – остолбенел Мишута с кусочком манго в руках.
А серо-бурый кроха будто все понял, не захотел кушать в ванной. Малыш подхватил кусок фрукта из застывших лап чешуйчатого, стрелой метнулся к потолку и завис в углу.
- В укрытие! – в два раза громче завопила я, проследив за направлением морды крылана.
Эдвард дернулся с места и, грохоча крыльями, перелетел в противоположный угол. Но долго не усидел, кинулся на стол к фарфоровой тарелке. Но с не с фруктами, а с конфетами!
И тут драконищу заметно поплохело. Королевское самообладание покинуло принца, и Мишута рванул к пушистой крохе с таким свирепым выражением лица, что я испугалась за жизнь обоих. Где это видано: разозлился на малютку из-за карамельных леденцов!
Если принц прибьёт моего крылатого карапуза, то я прибью принца. Мы в суровом драконьем мире: око за око, жизнь за жизнь.
Медлить было опасно, и я метнулась в ванную комнату. Стянула с вешалки махровое полотенце, вернулась и накинула его на крылана, как сачок для ловли бабочек.
Подхватила малютку и выпустила уже в ванной.
- Все конфеты живы? – обернулась я к чешуйчатой сладкоежке.
- Да, - буркнул мужчина и подергал носом, взглянув на правый рукав рубашки.
По белоснежной ткани стекала темная жижа и медленно капала на пол. Принц нахмурил и без того хмурый лоб.
- Привыкай к сюрпризам от наследников, - развела я руками. – Дети – это не только радость, но и какахи на рубахе.
- Вон еще на полу несколько пятен, - недовольно высказал мне дракон. - И на покрывале на кровати. Я позову горничную, пусть уберет.
Мужчина дернул за шнур, а я сделала щелку в ванной комнате и заглянула внутрь.
Эдвард сидел вниз головой на оконной раме. Щебетал и фыркал что-то совсем несуразное.
- Я понимала его, а теперь уже нет, - обернулась к принцу.
- Понимала речь животных или только крылана? – Миша обнял меня сзади, и вот уже я дергала носом.
Мог бы хотя бы рубашку переодеть, вредная морда!
- Только его, наверное, - хмыкнула я. – Жаль, что больше не могу.
- Попробуй сфокусироваться на Эдварде и почувствовать, что вы с ним одно целое, - прошептал принц, задев губой мое ухо. - Единый организм, одинаковая энергия. Допусти мысль, что различия между вами выдуманные. На деле - их нет! И ты понимаешь крылана, как саму себя.
«Да я и себя не всегда понимаю», - хотела продолжить, но осеклась на полуслове.
Вгляделась в черные глаза-бусины и отчетливо услышала, как Эдвард произнес: «Бана».
Малютка хочет банан! А то все манго, да манго! Малышам положен разнообразный рацион!
Стукнула принца по рукам и упорхнула за кусочками других фруктов. Выставила на пол в ванной тарелку и, улыбаясь в тридцать два зуба, с трепетом наблюдала, как пушистая макушка с аппетитом уплетает гостинцы.
- Что-то разобрала? – принц пристроился рядом.
- Да, но некоторые буквы он проглатывает или не знает.
- Что?! Нет, - рассмеялся Миша. – Ты просто не уверена, что можешь понимать его также хорошо, как любого человека. Поверь и направь энергию на это желание!
Как просто на словах! А на деле?
В комнату постучали, и я дернула от волнения плечами.
- Чем могу помочь, Ваше Высочество? – поклонилась горничная.  
Принц обозначил фронт клининговых работ, и уточнил, свободна ли сейчас комната, в которой я располагалась прежде.
- Тогда мы переждем в ней, - кивнул дракон и добавил уже мне: - Бери Эдварда, если он закончил, и устроим еще один практический урок.
- Только переодень рубашку, пожалуйста, - крякнула я.
Мне и самой хотелось переодеться. Сбросить это исконно тоскливо-драконье и надеть что-нибудь любимое. Я выбрала длинное алое платье, хотя, помнится, принцу не нравился этот цвет.
 
- Оно напоминает мне о родном доме, - объяснила я, когда заметила недовольство в драконьих глазах.  – Для меня это важно. Я чувствую себя здесь чужой.
Нырнула в ванную комнату и прицепила Эдварда к сердцу. Почесала пальцем ему макушку, погладила ушки и, подхватив Мишу под локоть, с королевской грацией зашагала по коридору.
Когда муж – принц, дракон, ученый, маг, нужно соответствовать.
- А почему никто из твоих родных не поздравил нас с браком? – остановилась я у двери. – Ладно, зажали подарки, но могли хотя бы добрых слов наговорить.
- Если честно, Натта, - дракон неожиданно смутился, – наша церемония была тайной. Ни мать, ни Гавриил пока не знают, что мы женаты.
- И даже Аврора не в курсе? – удивленно крякнула я.
- Думаю, что нет, - пробормотал принц. – Наверное, она еще во дворце.
- Что ж, - ухмыльнулась я, - самое время им доложить!
Стукнула дракона по плечам.
- Сейчас? – нахмурился он.
Я пламенно кивнула и, поддержав серо-бурую кроху рукой, захлопнула дверь перед носом у принца.
Неожиданно восприятие изменилось. Хлопок словно разорвал мое ощущения себя на «до» и «после». Я остро почувствовала, что прямо сейчас наблюдаю повторение какого-то важного прошлого события из жизни.
Красное платье, звук хлопнувшей двери, лицо дракона за ней и смутно возникающий, а зачем отчетливый, дикий крик в моей голове:
«Не хочу выходить за тебя замуж! Бери лучше в жены Аврору, пока и та не передумала!»
Глава 24. Удобно! Сам едва не убил, сам спас!
Еще минута, и меня настигло болезненное осознание, что тот крик в голове принадлежал не постороннему человеку, а лично мне. Я застонала, качнулась, не удержавшись на ногах, и уперлась ладонью в дверь. Резко почувствовав неустойчивость и слабость, сняла Эдварда с платья, чтобы не упасть вместе с ним.
Из глубины памяти поднималось что-то тяжелое, позабытое, задавленное.
Всплыл образ мерзкого, пристающего Гавнюши с бегающими глазками и сальным взглядом. Вспомнились мелкие подколы королевы.
Я со злостью стукнула кулаком в дверь и тотчас услышала за ней голос дракона:
- Что-то забыла, Натта? - проворковал мужчина.
«Нет, вспомнила!» - хотела со злостью закричать я, но промолчала.
Обида и гнев сдавили горло, и мне не хотелось произносить проклятому ящеру ни единого слова.
От ненависти пнула дверь ногой.
Как я могла позабыть о своем решении?! Как?
Без умелого мага-дракона, конечно, не обошлось!
События забытого дня и последовавшей за ним свадьбы пронеслись в голове жестоким вихрем.
Я даже согласия на брак не давала! На церемонии ойкнула от боли, а не сказала «да»...
Да он чуть меня не угробил! Еще пара фокусов, и я бы не вынесла... Застряла бы в ином мире.
Кончики пальцев заныли от переполнившего меня возмущения, словно их искусали комары, и я взглянула на ладони. Подушечки ярко переливались золотистыми искрами. Магия требовала выхода.
Как удобно! Сам едва не убил, сам спас! Настоящий рыцарь на белом коне.
- У тебя все в порядке? - принц легонько стукнул по двери.
«Проваливай!» - грохотало у меня в голове.
Дверная ручка повернулась, но на этот раз я опередила дракона. Ровным, будто тщательно отработанным жестом обхватила рукоятку и вложила в движение единственное желание: дракон не должен открыть дверь.
- Что ты сделала, Натта? - ручка дернулась, заходила ходуном, а я с опаской отступила назад.
- А ТЫ что со мной сделал? - мой голос дрогнул, и я перешла на визг, вместо запланированной грозной тирады. - Свел с ума! Едва не угробил! Заставил выйти за тебя замуж, как бессловесную куклу, принудил! Продолжать?! Я не давала согласия на брак!
- Исключительно для твоего блага, - спокойно выдала чешуйчатая тварь, явно не сожалея о содеянных злодеяниях. - Если бы ты не почувствовала себя плохо, мы бы уехали из дворца сразу после свадьбы. И ни моя мать, ни Гавриил больше никогда бы тебя не побеспокоили.