Начать с чистого листа (СИ)

— Ненавижу это имя. Так звали любовницу парня, с которым я жила. А ты ее просто поставил перед фактом, что больше не дашь денег, и она ушла? — тут же поинтересовалась у собеседника.
— Не все так радужно, как кажется. Я застал ее со Стасом, ее любовником и моим одногрупником, — все, я уплыла в неведомые дали, просьба не беспокоить.
— В… каком… институте… ты… учился? — запинаясь через каждое слово от сдавившего меня дыхания, спросил, а когда услышала ответ, на меня напал ступор, ведь именно там учился Стас. И получается что Елена, любовница Стаса, была девушкой Ника. Вот теперь и не верь в то, что Земля круглая. Разве бывают такие совпадения?
А теперь мы, попавшие в одинаковую ситуацию, только с разными последствиями, сидим здесь в одном городе, в одном кафе, за одним столом. Как это можно назвать, как не шутки судьбы. Я настолько задумалась, погружаясь в себя, что не слышала, как меня несколько раз окликал Ник. И только когда меня дернули за руку, я, наконец, очнулась.
— Ты чего, как по голове ударенная, сидела? Еле-еле до тебя достучался. Что я такого сказал, что ты уплыла в нирвану?
— Стас был моим парнем, — на одном дыхании выпалила я, смотря как меняется выражение лица собеседника. И тут в ступор впал уже он, но не надолго. О чем-то подумав, Ник изрек:
— Значит нам действительно суждено подружиться, раз уж так карта легла. Тем более, на романтические отношения ты сейчас явно не настроена, что меня больше всего устраивает.
— Даже если бы тебя и не устраивало, то я все равно не смогла бы испытывать к тебе каких-то чувств. Ты меня извини, пожалуйста, но ты в зеркало давно смотрелся? Ты в любом случае не в моем вкусе. И извини, я не хотела тебя обидеть, но ты ведешь себя так, как будто весь мир должен быть у твоих ног, — выпалила на одном дыхании.
— Хм, да я и не обиделся. Только одна просьба: смотри не передумай впоследствии, — тут же предупредил меня Ник, а я, честно говоря, удивилась такой просьбе.
— Да уж, не передумаю. Ты сам, смотри, не влюбись в меня. Бежать снова мне не очень хочется.
Пообщавшись еще часа полтора, мы, наконец, разошлись по домам. Я весь вечер думала об этом парне. Хотела бы я иметь такое самомнение, как у него. Вроде невзрачный, неухоженный, конечно, кое-что — это часть маскировки, но ведь невозможно скрыть красоту, если таковая имеется. Хотя для меня внешняя красота никогда не стояла на первом месте, главное — красота души. А вот с этим мне еще предстоит разобраться, общаясь с Ником. То, что он интересный собеседник, я уже поняла, и то, что ему от меня ничего не надо, тоже видно невооруженным взглядом. Поэтому я приняла решение, что раз уж мы собрались дружить, то принимать я его должна таким, какой он есть.
О том, чтобы заводить какие-то романтические отношения, тоже речи быть не могло, я еще от прошлых не избавилась. И теперь просто никому не смогу верить, тем более, что мысль о чужих объятиях вызывала глухое раздражение. Поэтому остается только дружба. А со временем, будет видно.
  
ГЛАВА 7. ПОТРЯСЕНИЕ
 
В институте, после того, как мы с Ником сдружились, началась травля. И если на него просто смотрели с ненавистью, то меня каждый старался зацепить. Но я хоть и ростом не вышла, но отпор всегда дать смогу и не только кулаками, но и словами, а это многих раздражало. Несколько раз меня поджидали после пар, чтобы отделать по первое число. Но рядом всегда находился Ник, поэтому мне везло. Как мне потом сказал один из ребят, с которым мы более-менее общались, мой новый друг оказался не сыном местной аристократии, а загадкой, то Ника боялись, потому что он, оказывается, мастер рукопашного боя. Еще в самом начале как он пришел, на него пытались наехать за то, что он не такой как все, то есть, сам нищий, а мнит из себя слишком много. Но он не стал никому доказывать, что породу не пропьешь, она или есть, или ее нет, третьего не дано. И когда на него попытались наброситься местные корольки в количестве пятерых штук, то он их отделал по самое не горюй. Вот после этого к нему и боялись подходить.
Некоторые, которые хотели как-нибудь посильнее унизить, называли нас отбросами, но на таких мы вообще внимания не обращали, как правило, это был кто-нибудь из шавок местных корольков. Кроме, как вякать исподтишка, они и не могли ничего. Да и из себя мало что представляли, выживая за счет сильнейших. А на убогих грех обижаться. Хорошо, учиться нам никто не мешал. Учителя, хотя и кривились от "убожеств", как они нас называли, но нашим знаниям нарадоваться не могли.
Каждый вечер мы с Ником ходили изучали новый город. То что, он был красивым и с кучей достопримечательностей, нас вполне устраивало. Как оказалось впоследствии, наши вкусы совпадают практически во всем. Я даже однажды пошутила:
— Нам даже поспорить не о чем, так как мы и мыслим одинаково, и вещи нам нравятся одинаковые, и интересы тоже.
— А зачем нам спорить? Ведь любой спор, в конечном итоге, предполагает ссору, а ссориться мне не хочется, — тут же ответил он.
— Почему сразу ссору. Можно ведь просто поспорить. Ты мне будешь доказывать, что черное — это красное, а я тебе буду говорить, что это зеленое, а в итоге мы сойдемся на том, что это все-таки черное, — попыталась перевести все в шутку.
— Интересный у тебя подход к спорам.
— Ага, мы с Алексом так часто затевали такой шуточный спор. Зато потом весело было, — стала рассказывать я.
— Ты мне так и не скажешь, из-за чего ты от этого своего Алекса сбежала? — задал давно мучающий его вопрос Ник.
— Я не сбегала, просто уехала. Он меня слишком опекал. А я ненавижу навязчивую опеку, — попыталась увернуться от правды.
— Я чувствую, что ты темнишь, но если не хочешь, то не говори, — не стал настаивать парень, но видно было, что интерес остался.
Очень часто, когда я пыталась выяснить, кто его родители, он мне постоянно говорил, что обычные, среднестатистические банковские служащие. И хотя мне и не нравилось такое недоверие, но крыть было нечем, я ведь тоже правды не говорила. Единственное, в чем призналась, это о работе родителей в органах. То, что там только мама, я не распространялась.
Вот так и прошел почти весь учебный год. Всем снобам и мажорам надоело нас травить, потому что мы не обращали на них внимания, и забава у них не удалась. Потому и отстали. Третий курс мы закончили, как и ожидалось, на "отлично".
Летом, собрав толпу единомышленников, мы отправились в поход. Пошло нас десять человек. Все, видимо, привычные к жизни в походных условиях, а вот нам с Ником пришлось туго. Да, не рассчитали мы свои возможности. Но раз уже пошли, пришлось как-то приспосабливаться. Это еще хорошо, что взяли с собой всяких мазей и спреев от насекомых, иначе бы точно повернули назад. И, скрепя зубами, все же выдержали эту пытку под названием "походный отдых", но вот ходить еще раз зареклись. Я не знаю, как мы смогли выдержать целых два месяца, это останется загадкой. Но оставшийся месяц лета мы больше никуда не совались. Сидели тихо-мирно дома или у меня, или у Ника, чтобы не нарваться еще на каких-нибудь энтузиастов.
Просто сидеть было скучно, поэтому я попросила Ника позаниматься со мной и обучить приемам рукопашного боя, на что он с радостью согласился. Так и начались наши занятия.
В один из вечеров, когда наши тренировки затянулись, Ник решил не тащиться домой на ночь глядя, а остаться у меня. Я первым приняла душ, чтобы успеть перед сном попить чай, потому что Ник терпеть не может есть перед сном, и когда кто-то это делает, его раздражает. Поэтому, чтобы не нервировать его лишний раз, я решила это сделать в то время, пока он будет в душе. Попив чай и помыв за собой чашку, направилась в комнату, предварительно успев расстелить ему диван в гостиной. Подходя к ванной, через которую мне, в любом случае предстояло пройти, я чуть было не врезалась в открывшуюся в это время дверь. Из душа вышел Ник, завернутый в одно полотенце. Я невольно залюбовалась его телом, даже несмотря на лицо. Но долго мне рассматривать его не дали. Он постарался быстрее уйти спать, только на ходу пожелав мне спокойной ночи.