Под знаком небес
Ему не дал договорить резкий звук сигнальных рогов. За стенами шатра послышался топот и звон оружия, а затем неподалеку раздался оглушительный взрыв. Через мгновение его сменили крики и стоны. Невин подошел к закрывавшему вход в шатер ковру и попытался понять, что происходит снаружи. Выйти он не мог – его испепелило бы солнце.
Кто-то подбежал к шатру, Невин отпрянул, и вслед за этим внутрь заглянул один из рабов. Его лицо было перекошено от ужаса, губы тряслись.
– Ваше Величество, – прохрипел он, едва ворочая языком, – огонь!
– Говори толком, что там происходит! – крикнул Невин, втаскивая его внутрь. – Успокойся и рассказывай, не то я прикажу содрать с тебя кожу живьем и посадить на кол!
Неизвестно, как именно подействовала угроза, но раб начал сбивчиво описывать то, что успел увидеть. В небе появились корабли. С них начали падать шары, которые при ударе о землю превращались в пожирающее все зеленое пламя. Взрывы поглощали по пять-восемь человек вместе с лошадьми, катапультами и всем, что оказывалось поблизости.
– Пепел! – лепетал раб, затравленно озираясь и вздрагивая от каждого взрыва. – Пепел и угли!
Рядом с шатром ухнуло, полотняная стена занялась, стремительно чернея. Человек побледнел и рванулся наружу, запутался в ковре, закрывавшем выход, упал и забился в истерике.
Тем временем Невин сгреб со стола карту и еще несколько бумаг, а Дарон откинул деревянную крышку люка, расположенного в центре шатра, – он открывал вход в землянку, вырытую как раз на случай внезапной дневной атаки.
Вампиры спустились по деревянной лестнице, захлопнув за собой крышку люка, и зажгли масляный светильник. На стенах заплясали тени, со всех сторон выступали обрывки корней и копошащиеся черви.
Невин сел на простой табурет, стоявший посреди землянки и, воспользовавшись Зовом, заговорил с Телоном:
– Ты жив?
– Да, повелитель.
– Где ты?
– В шатре.
– Кто с тобой?
– Советник Ванхорн.
– Вы знаете, что происходит?
– Да, повелитель, мы поддерживаем связь с некоторыми частями войска через рабов.
– Прикажи навести на небо катапульты и баллисты, пусть стреляют по кораблям. Их нужно сбить, пока они не сожгли всю нашу армию.
– Будет исполнено, повелитель.
После этого Невин заговорил с Ванхорном:
– Как ты думаешь, на нас напали малдонцы?
– Полагаю, больше некому, Ваше Величество. Но откуда у них воздушные корабли? Я думал, только боги могут иметь нечто подобное.
– Да, я тоже считал, что Нагльфар – единственный в своем роде. Но Железный Герцог вновь удивил нас. Кстати, сколько у них судов?
– Четыре. Но они не похожи на обычные корабли. Вместо парусов у них какие-то шары.
– Я приказал сбить их из катапульт.
– Это будет непросто. Они летят довольно высоко. По крайней мере, так я понял из рассказов перепуганных рабов.
– Я поговорю с Эртанором, узнаю, не опасен ли этот огонь для нежити.
Невин позвал Оракула, и тот отозвался, сразу спросив, что происходит. Оказалось, что он совершенно один в пещере, где скрывается от солнца. Его разбудил грохот, но он до сих пор не может понять, что это было. Лергус, с которым он успел связаться за это время, тоже не понимает, что случилось.
– Малдонцы атаковали нас с воздуха, – ответил Невин. – Они прилетели на воздушных кораблях и сбрасывают шары, которые при ударе превращаются в огонь, пожирающий все без разбора. Мне пришлось скрыться в землянке после того, как загорелся мой шатер.
– Надеюсь, вы не пострадали, Ваше Величество?
– Нет, но потерял связь с армией. Я могу только пользоваться Зовом, передавая приказы тем, кто имеет возможность говорить с рабами и распоряжаться ими. Это несколько затрудняет организацию обороны.
– Нужно попробовать сбить корабли из катапульт.
– Я уже велел сделать это, но не думаю, чтобы удалось быстро разделаться с малдонцами. Даже на то, чтобы навести катапульты, нужно время.
– А много ли судов?
– Четыре.
– Насколько они велики?
– Не знаю. Какое это имеет значение? – Невин почувствовал легкое раздражение: к чему эти расспросы, если они вынуждены прятаться под землей и не могут повлиять на ход боя?
– На маленьком корабле много воинов не прилетит, – рассудительно ответил Эртанор. – Если удастся сбить эти воздушные суда, придется, вероятно, драться с их экипажем.
– Рабы слишком напуганы, да и половину из них уже, наверное, перебили этими взрывающимися шарами. Вампиры не могут выйти из своих убежищ. Мы окажемся легкой добычей! – Невин с ненавистью посмотрел на земляной потолок, сквозь который доносились звуки взрывов.
– Если малдонцы победят, в их руках окажутся обозы, боевые машины, лошади и доспехи, – сказал Эртанор. – Этого никак нельзя допустить! Мы останемся ни с чем, и поход придется отложить, а это равносильно поражению!
– Поэтому я и хочу знать: твои мертвецы смогут отразить нападение малдонцев, если они высадятся?
– Нежить может сгореть в огне этих шаров, если их пламя действительно испепеляет без остатка. К сожалению, мы не ожидали подобной атаки и не укрыли мертвецов. Они сейчас так же беззащитны, как и рабы. Но если малдонцы окажутся на земле, нежить вступит с ними в бой. Надеюсь, корабли все же не слишком велики.
– Я тоже надеюсь.
* * *Ирд смотрел вниз, туда, где ядовито-зелеными цветами распускались взрывы Огней Итинель. Крошечные фигурки рабов суетились, пытаясь спастись или как-то построиться, чтобы отразить нападение. Тщетные попытки, ведь с земли не достать тех, кто парит под облаками.
Вампиров нигде не было видно. Оно и понятно: пока светит солнце, им из своих убежищ не выйти. А логова их как на ладони: шатры, палатки, навесы. Вероятно, есть и другие, но с высоты их не заметно. Ирд подумал, что уничтожить попрятавшихся носферату не составит труда: они сгорали, не смея покинуть шатры, превратившиеся в смертельные ловушки. Снаряды Итинель были наполнены каким-то легко воспламеняющимся составом. Сам по себе огонь не причинял особого вреда вампирам, лишь высасывая из них часть силы, но если носферату подвергался длительному воздействию пламени, как и происходило в случае, когда вещество из шаров Итинель попадал на кожу, то в конце концов он терял весь свой запас живучести и обращался в пепел.
Ирд окинул взглядом запас огненных шаров, осиновых кольев и бутылей с чесночным экстрактом, сложенных на дне гондолы. Дьяк знал, с кем придется иметь дело, и хорошо подготовил своих воинов.
«Нет предела совершенству» развернулся и, проплыв пару десятков футов, завис над несколькими шатрами. Капитан приказал сбросить с левого борта два Огня, и смертоносные шары полетели вниз подобно гигантским слезам неведомого бога. Земля вспыхнула, и через несколько секунд, когда рассеялся дым, вместо шатров виднелось только черное пятно, с которого ветер поднимал тучи горячего пепла.
«Несколькими упырями стало меньше», – подумал Ирд, с радостью отметив, что против Огней Итинель носферату не устоять.
В сотне футов от «Нет предела совершенству» сыпал шарами «За кем последнее слово», и там, где секунду назад стояли грозные катапульты, появлялись груды черных дымящихся развалин, очертанья которых ничем не напоминали машины смерти.
Вдруг что-то с тяжелым гудением рассекло воздух над головой Ирда. Он обернулся и увидел, как над палубой пролетел внушительный камень и исчез за противоположным бортом.
– Тревога! – закричал он, бросаясь на капитанский мостик. – Мы атакованы!
В этот миг еще один обломок скалы прожужжал над гондолой, на этот раз немного ниже.
– Капитан, нас обстреливают с земли! – воскликнул Ирд, прыжками взбегая на мостик.
– Вижу! – гаркнул тот, перебирая руками по штурвалу. Штурман стоял рядом, растерянно наблюдая за тем, как капитан, отобравший у него управление, пытается увести корабль в сторону.