Под знаком небес
Хозяин поспешно поклонился и отправился на кухню отдавать приказания. Тем временем Ольгерд заметил, что путешественники у стойки проявляют к нему интерес. Один из них, бородатый брюнет с ястребиными чертами лица, бросил на него несколько коротких, но внимательных взглядов, а затем подозвал охранника, беседовавшего с девицей, и сказал ему несколько слов. Последний при этом кивал, а перед тем как вернуться на свое место, посмотрел в сторону Ольгерда. Что-то коротко бросив девице, он скрылся за занавеской, отгораживающей кухню.
Через минуту оттуда появился официант с оловянным подносом и, ловко маневрируя, направился к столику Ольгерда. На его бесстрастном лице, казалось, застыла вечная полуулыбка учтивости. Когда блюда были расставлены, а графин красного вина водружен в центр скромного пиршества, Ольгерд кивнул и принялся за еду.
Едва он успел расправиться с куском козлятины и запить его изрядным количеством вина, как заметил, что из дальнего конца зала к нему направляется здоровенный лохматый детина с увесистым кистенем в покрытой шерстью руке. Его бычью шею покрывал пестрый узор татуировки, изображающий льва, пожирающего дракона, – знак наемника, распространенный на юге Синешанны.
– Ты кто такой? – спросил он негромко, останавливаясь перед столиком Ольгерда.
– Тебе-то что? – ответил тот спокойно. Смерив взглядом потенциального противника, он без труда определил, что громила может рассчитывать лишь на грубую силу, а в бою с настоящим воином успех зависит от быстроты и ловкости.
– Мне шепнули, ты нездешний, – проговорил здоровяк, пожевав губами, – разнюхиваешь что-то. Спрашиваешь о том, о чем некоторым знать не положено. Что на это скажешь?
– Ничего, – Ольгерд обтер пальцы салфеткой и, скомкав, бросил ее перед собой. – Я просто зашел поужинать.
Здоровяк криво усмехнулся и сделал движение, словно собираясь уйти, но затем резко вскинул над головой кистень и с хриплым криком нанес удар. Стальной шар ударился о крышку стола, и во все стороны полетели щепки и осколки, недопитое вино брызнуло словно кровь, а кости с глухим стуком посыпались на пол. Тотчас же вокруг поднялся шум, и посетители повскакивали со своих мест, на всякий случай хватаясь за скрытые одеждой рукояти мечей и кинжалов. Ольгерд схватил цепь, напряг мускулы и рванул на себя кистень, одновременно поднимаясь на ноги и одним движением освобождаясь от плаща. Наемник, не удержавшись на ногах, был вынужден податься вперед, и Ольгерд встретил его прямым ударом в лицо, сопровождавшимся влажным звуком. Здоровяк откинул голову, и из его разбитого носа сначала тонкой, а затем широкой струйкой потекла кровь. В ярости наемник шевелил губами, бесшумно осыпая Ольгерда проклятиями, но тот, не теряя времени, нанес еще один удар, после которого глаза его противника закатились, и он начал опускаться на пол. Однако Ольгерд притянул его к себе и, схватив свободной рукой за волосы, с размаху опустил головой о засевший в столешнице шар кистеня.
Вокруг воцарилась тишина. Ольгерд столкнул наемника на пол, сел и придвинул к себе остатки мяса. Внутренне он весь сжался, приготовившись ко всему, но внешне был абсолютно спокоен.
Тем временем из-за занавески показался высокий худощавый старик, одетый в длинную хламиду то ли фиолетового, то ли пурпурного цвета, починенную и заляпанную во многих местах. У него были тонкие черты лица и длинные седые волосы, аккуратно расчесанные, что не соответствовало неопрятности в одежде. Чисто вымытые сухие руки, сложенные на животе, едва заметно подрагивали, а на среднем пальце правой сверкал драгоценный перстень. Трактирщик, семенивший рядом с ним, обеспокоенно поглядывал на распростертого возле стола наемника. Повинуясь знаку старика, он приблизился к телу и, опустившись на корточки, приложил два пальца к бычьей шее.
– Все в порядке, – сказал он через некоторое время с видимым облегчением, – Раин жив.
– Перенесите его в задние комнаты, – велел старик столпившимся возле стойки официантам и нескольким охранникам, появившимся неизвестно откуда.
Когда они, подхватив бесчувственного наемника под руки и взяв за ноги, поволокли его за занавеску, старик приблизился к Ольгерду и опустился на свободный стул. Какое-то время он разглядывал свои сухощавые пальцы, а затем поднял глаза и, твердо посмотрев на Ольгерда, проговорил:
– Мне ты можешь сказать, что тебе нужно. Если я скажу «нет», твои поиски окончатся. Никто больше не ответит на твои вопросы.
– Я ищу одного человека, – сказал Ольгерд. – Он нужен моему хозяину.
– Чего же он хочет от него?
– Помощи.
Старик кивнул:
– Продолжай.
– Мне нужно отыскать его и попросить уделить немного времени моему господину. Он хорошо заплатит.
– Вот как? И кого же ты ищешь?
– Мне неизвестно его имя, но я могу узнать его по описанию.
Старик удивленно поднял брови.
– Я слушаю, – сказал он через секунду.
Ольгерд отрицательно покачал головой:
– Нет, мне приказано самому найти его. Вы можете мне помочь? Разумеется, за определенную плату.
– И сколько же ты готов предложить?
– Пятнадцать золотых.
– Хм. Не так плохо, – старик усмехнулся в усы, – но подумай, что мешает мне приказать своим людям забрать у тебя эти деньги даром, а тебя порубить на куски и скормить свиньям?
– Мой хозяин, – ответил Ольгерд, понижая голос так, чтобы никто их не слышал.
– И кто же он?
Вместо ответа Ольгерд вынул из-за пояса небольшой медальон и, накрыв ладонью, пододвинул по столу к старику. Тот взглянул и, побледнев, поспешно спрятал его в кулаке и вернул Ольгерду.
– Хорошо, – сказал он, заметно волнуясь, – пятнадцать золотых. Но я еще не слышал, какой помощи ты от меня ждешь.
– Мне нужно попасть к игрокам в кости, – ответил Ольгерд. – В клуб «Седьмой ястреб».
Старик растерянно огляделся, потер переносицу и, подавшись вперед, заговорил совсем тихо:
– А ты знаешь, что его посещают… непростые люди и не каждый может попасть в него? И тот, кто оказывается за игровым столом, должен молчать обо всем, что видел или слышал?
– Меня не интересуют сплетни, – отозвался Ольгерд, поднимая с пола плащ, оброненный в стычке с наемником. – Только один человек. Я не стану разговаривать с ним, если он не пойдет со мной после того, как увидит знак, что я показал тебе.
Старик на некоторое время задумался.
– Следуй за мной, – сказал он, вставая.
Он провел Ольгерда на кухню, где суетились поварята, которыми командовал круглолицый толстяк в посеревшем от копоти фартуке и с лоснившимся потным лицом. Старик велел двоим топтавшимся поблизости охранникам отодвинуть большую железную плиту, и, когда они оттащили ее от стены, оказалось, что за ней есть невысокая, в половину человеческого роста, дверь, окованная медными полосами. Ее покрывала чеканка, изображавшая сцены охоты на диких кабанов и буйволов, а по краю шел причудливый узор из переплетающихся змей. В центре же красовались исполненные с особым старанием семь соколов, державших в клювах игральные карты. Старик вытащил из складок своих одежд большой бронзовый ключ с широкой бородкой и, вложив в замочную скважину, трижды повернул. Один из охранников толкнул дверь, и та с легким скрипом поддалась, открыв темный проход с низким потолком и дощатыми стенами. Старику подали масляный фонарь, и он, сделав Ольгерду знак идти следом, нырнул в тоннель.
Двигаться пришлось согнувшись едва ли не пополам, потолок стал выше только в самом конце пути, когда впереди показалась большая железная дверь, вся покрытая крупными заклепками. На ней не было ни замочных скважин, ни висячих замков, и Ольгерд понял, что она отпирается изнутри. Старик постучал три раза коротко и затем еще четыре раза с небольшими промежутками. Как ответ на условный сигнал, послышался лязг отодвигаемых засовов, и дверь распахнулась.
На пороге стояли двое обнаженных по пояс мужчин, чьи тела были покрыты пестрыми татуировками, изображавшими различных птиц, в основном охотничьих – ястребов, кречетов и соколов. Также можно было увидеть множество разноцветных змей и рыб. Из одежды на мужчинах были только короткие белые штаны. Старик кивнул им, и они поклонились ему в пояс. Ольгерд обратил внимание на то, что пол был покрыт песком, а татуированные люди босы.