Цвет крыльев. Черный.

– Ну что, где корзинка? – Люцифер потер ладони. – Я жуть, какой голодный.
– Какая корзинка? – Анжела вертела головой, пытаясь углядеть Самаэля.
Но того нигде не было видно.
– Как какая? Для пикника. Мы же за этим сюда пришли.
– Если ты пришел за этим, то мог бы и сам ее захватить. А я пришла сюда совершенно за другим! – Анжела дернула плечом.
Может теперь, после всех событий, Самаэль больше не стоит у нее за спиной? Черт, это было бы логичным. И как она про это не подумала раньше? Что же ей теперь делать?
– Ммм... – Люцифер пожевал губами, карикатурно нахмурив брови. – Неужели ты хочешь поговорить с Сэмми? Так сказала бы мне сразу! А то пришлось тащиться черте куда!
– Даже если и так, это вовсе не твое дело!
Анжела пыталась думать логически. Второй раз у нее вряд ли хватит на это решимости. А если просто очень громко позвать его? Может он придет? Дэймон вроде говорил, что Ангелы чувствуют людей, их эмоции. Только вот говорил ли он это про всех, или только про Хранителей? В любом случае стоило попробовать.
Набрав в легкие побольше воздуха, девушка крикнула изо всех сил:
– Самаээээээээээль!
Лес ответил лишь гулким раскатистым эхом. Анжела сделала еще один глубокий вдох для новой попытки.
– Да не ори ты так, – Люцифер дернулся и энергично потер уши руками, – ужас просто! Ты, наверное, и стекло голосом разбить сможешь, если сильно постараешься. Наш общий друг Сэмми уже давно тут. Он и по лесу шел вместе с нами. Что ему еще делать на Земле, как не приглядывать за мной? Знаешь, возможно, ты и впрямь сумасшедшая. Не припомню ни одного случая, чтобы психически здоровые люди вопили, вызывая Ангела Смерти.
– Но, если он уже здесь, то почему я его не вижу? Если он шел по лесу с нами, то почему не мелькал, как обычно? – Анжела растеряно огляделась, проигнорировав последнее высказывание.
Кажется, ее планы рушились прямо на глазах, словно карточные домики.
– Оооо, – Люцифер закатил глаза и вскинул брови, – скажи мне, пожалуйста, дорогая, в каком таком особенном месте обычные смертные люди могут видеть самого Самаэля?
Он говорил тем тоном, каким обычно говорят с маленькими, до ужаса глупыми детьми.
– В месте, где он спустился на Землю.
– Отлично. Тогда в чем вопрос? Зачем мы тащились через весь лес к этому милому оврагу?
– Но он спускался тут!
– Да, в прошлый раз именно так и было. Но он летал наверх, доложить о моем появлении. Сразу, после того, как я закончил свое маленькое, интересное шоу, он умчался. И после спустился в совершенно другом месте. Знаешь ли, это тоже своего рода правило такое, не спускаться дважды на одну полянку, – терпеливо пояснил Люцифер, намеренно растягивая слова.
– Черт, – Анжела хлопнула себя полбу.
– Всегда пожалуйста, – Люцифер карикатурно раскланялся.
И как она могла так опростоволоситься? Как же глупо и нелепо вышло! Ведь она знала, что он летал наверх. Люцифер говорил об этом тогда. Так почему она не додумалась сама?
– И, разумеется, ты не скажешь мне, где это место?
– А зачем? Я же могу все ему передать.
– Нет уж, – фыркнула она, – это личный разговор.
– Как хочешь, – Люцифер пожал плечами, – так что там с корзинкой? У нас будет пикник?
– Еще чего, – развернувшись, Анжела пошла обратно в сторону машины, коря себя за непредусмотрительность.
С другой стороны она чувствовала некоторое облегчение.
– Жаль. А я так надеялся.
– Сначала я тоже надеялась, что ты заткнешься, – хмыкнула девушка, потирая плечи.
Над лесом сгустились тучи, обещая ледяной дождь. Колючий ветер забирался под достаточно теплую, но короткую куртку.
– О, это сарказм, крошка Беллз? Разве милые юные леди так говорят? Кажется, Война тебя испортил, – протянул Люцифер.
И тут же без перехода неуловимо быстро стянул с себя черную, мешковатую куртку с огромным капюшоном, и протянул ее Анжеле, оставшись в одной, совсем легкой, майке.
– Эммм... – от удивления девушка запнулась и чуть не упала, – что это?
Уж чего-чего, а заботы от Люцифера было сложно ожидать. Скорее наоборот, подвоха.
– Ты разве сама не видишь? Это моя куртка. Теплая, красивая и к тому же чертовски удобная!
– Но...
– Что «но»? Бери, давай! Война не простит мне, если ты простынешь и умрешь от воспаления легких. Кто так вообще одевается?
– Ну, я же ведь на машине, – Анжела растеряно пожала плечами и все-таки взяла куртку.
Отказываться было бы глупо.
– Хочешь сказать, что эта вот твоя прогулка по лесу – спонтанный порыв сиюминутного желания? – Люцифер изогнул одну бровь. – Просто признайся, что ты не додумалась одеться потеплее.
– Знаешь, по-моему, я начинаю понимать, за что тебя изгнали.
    
Глава 5.
Вылетев из Сэнт Хиллз, Крис и Дэймон усиленно махали крыльями, даже не разговаривая друг с другом. Не считая того, что оба торопились, желая покрыть как можно большее расстояние, они не были друзьями. А значит и потребности в общении не возникало.
Отчасти поэтому до границы с Канадой они долетели достаточно быстро. А еще и потому, что все было им в помощь – большая высота, попутный ветер, ясное небо и свежие крылья.
Однако дальше им пришлось немного сбавить темп – оба успели порядком устать.
– Может быть, мы остановимся на перерыв? – первым спросил Крис, махнув рукой, на расстилающиеся внизу горы, с узкими полосками синих рек и зеркалами небольших озер. – Кажется, нам обоим необходим отдых.
– Придется остановиться. А то я уже и крыльев своих не чувствую, – Дэймон тряхнул головой, и пошел на снижение.
Раньше он так не уставал, даже пролетев, куда большее расстояние. Впрочем, раньше и его крылья были другими. Белоснежными, громадными и сильными, способными донести его куда угодно. Без этих засохших бурых пятен крови на растрепанных перьях.
Раньше он выпускал их легко и свободно, с чувством лишь одной только светлой радости. И уж конечно без боли и той невыносимой муки, от которой хочется грызть землю.
– Здесь и заночуем? – Крис стоял, неторопливо втягивая свои, уставшие за день полета, крылья и даже не подозревая о мыслях Дэймона.
Они опустились в живописной долине, около чистейшего лесного озера, с прозрачной, ледяной водой.
Вокруг шуршал звуками густой лес, с покрытыми влажным, зеленым мхом, деревьями. До ближайшего города было очень далеко.
– Нам нужно торопиться, – Дэймон упрямо помотал головой.