Прости за любовь

— Извините… — пробормотала Кассандра и попыталась сползти со скамьи, но тут же была остановлена узкой, но сильной рукой — Анна опустила ладонь ей на колени и нажала, не давая встать. — Я не хотела…
— Не хотела чего?
— Не хотела… оскорбить… ни вас, ни вашего сына… Простите меня, мадам Розенкрейцер!
Кассандра почувствовала, как к глазам ее снова подступают слезы.
— Ты что, всю ночь здесь просидела? — поинтересовалась Анна, не сбавляя тона.
Кассандра пожала плечами.
— И не спала?
— Вздремнула чуть-чуть…
Анна оглядела ее и прицокнула языком.
— Знала же, что проклята будет та, кому достанется этот обалдуй! Эй, ты чего? — Анна наклонилась, разглядывая сбегающую по щеке Кесси слезу. — Он что, выгнал тебя?
Кассандра закусила губу и покачала головой.
— Ну, тогда что?
— Я сама… — Кесси перевела дух, чтобы выровнять голос. — Сама ушла. Мадам Розенкрейцер, все хорошо.
— Вижу я, лучше не бывает, — Анна вздохнула и опустилась на скамью рядом с ней. — Кесси, твоя мать говорила с тобой про брак?
Кесси пожала плечами и отвела глаза.
— Ну! Не мельтеши!
— Говорила, что я должна буду выйти замуж, чтобы объединить империю «Мэйден Роуз» с империей «Дастиш Зонг».
— Хм… Она, конечно, была права, но я немного не про то. Понимаешь… Брак — это немного не то, что показывают в кино.
— В школе не показывали кино.
— Да? Очень хорошо! То есть про брак ты не знаешь ничего вообще?
Кассандра покраснела.
— Я знаю, что леди и джентльмены были созданы разными. И леди — почва, в которую джентльмен роняет зерно, чтобы на свет появился новый росток.
Анна прокашлялась, подавляя смешок.
— Кесси… Можно я буду называть тебя так?
Кассандра торопливо кивнула.
— Я не про то, откуда берутся дети. Я — про брак. Понимаешь, дело не начинается и не оканчивается спальней. Многие из нас с детства верят, что когда они вырастут, появится прекрасный джентльмен, который предначертан им судьбой. Но это не совсем так. Джентльмен и его леди, — Анна сцепила пальцы в воздухе, образуя замок. — Джентльмен и его леди дополняют друг друга. Как… Не знаю… Стебель и цветок. Джентльмен и его леди должны уметь друг друга поддержать, направить, а иногда и покритиковать — иначе не получится ничего.
Кассандра задумчиво посмотрела на Анну.
— Я понимаю, но…
— Я знаю, что ты хочешь сказать. Беда в том, что мой сын не в состоянии поддержать никого. Он должен бы уже повзрослеть — но я не представляю, когда это произойдет. У мальчиков второе совершеннолетие наступает в двадцать пять, но как по мне — это не значит ни-че-го. Наверное, потому их и стараются побыстрее женить — чтобы какая-то леди сняла заботу с плеч родителей и взяла воспитание джентльмена на себя, — Анна хихикнула. — Как-то так. Я просто хочу сказать… Что рано или поздно у него это пройдет. Но только если ты будешь стараться исправить его.
— Но что, если он мне даже шанса не дает? — Кассандра не сдержалась и все-таки встала, сжимая кулаки.
— Ну, — свекровь пожала плечами. — Никто не обещал, что будет легко.
Анна улыбнулась и тоже встала. Убрала с лица Кесси выбившуюся из-под заколки прядь, а затем не удержалась и снова зевнула.
— Ладно. Мне надо на кухню, раздать распоряжения поварам. Без меня тут, наверное, с голоду все умрут, — Анна вдруг стала серьезной. — Но завтра я уеду. И всем этим будешь заниматься ты. Так что лучше пошли со мной — я тебе все покажу.
— Уедете? Куда?
Анна мягко улыбнулась и пожала плечами.
— Домой, дела зовут. Юрген — не единственный мой ребенок. Мы живем на планетке потише, я не люблю городской суеты.
Кассандра закусила губу, сдерживая подступивший к горлу вопрос: «А я?». Анна будто бы угадала эту невысказанную мысль. Потрепала ее по волосам и добавила:
— Не волнуйся, все будет хорошо. Пошли.
 
— «Пока не выстроится семнадцать звезд!» — произнес Юрген писклявым голосом, стоя в сторонке и наблюдая за тем, как Эрика осваивает управление яхтой. — Эрика, ну что это за бред?
— Не знаю… — задумчиво протянула Эрика. — Слушай, а что делает этот рычаг? — она нажала на понравившийся ей элемент управления, и яхта, вздрогнув, накренилась набок.
Юрген выругался, подскочил к ней и, перехватив управление, мягко вдавил рычаг назад.
— Не делай так! Это нужно только, чтобы выйти из пике.
— А… Окей. Надо же, Юрген, какой бы из тебя получился пилот!
Юрген отвернулся и фыркнул, разглядывая проплывающие в иллюминаторе облака.
— «Древний обычай!» — пропищал он еще раз. — Звезды, Эрика! Древний обычай — кто вообще так говорит?
Эрика хохотнула, не отрывая взгляда от лобового стекла.
— Очевидно, твоя супруга, дорогой. И да, еще есть девушки, которые думают, что секс нужен, чтобы делать детей. Самой смешно.
— А мне — ни капли! — Юрген упал в соседнее кресло и теперь, наконец, уставился на нее. — Эрика, я женат на монашке! И тебе от этого смешно!
— Конечно, да! — Эрика поставила управление на автопилот и, покачивая бедрами, подошла вплотную к Юргену. Она спрятала руки в карманы, остановилась в паре шагов от него и склонила голову набок, разглядывая красивое лицо любовника, сейчас немного помятое после долгой ночи. — Юрген, почему ты так переживаешь из-за нее?
— Это не из-за нее, — буркнул Юрген. Скрестил руки на груди и уставился в окно. Вообще-то, Эрика была права, как всегда. Сам факт отказа расстраивал его куда больше, чем потеря новенькой яхты. В голове почему-то то и дело всплывало нежное запястье, которое он сумел рассмотреть вблизи всего раз, и неожиданно мягкие губы, которые целовал на свадьбе.
— Вот и хорошо, — Эрика подтолкнула одну ногу Юргена носком сапога, заставляя того развести колени в стороны, и уселась на его правое бедро. — С самого начала никто не предполагал, что вы будете вместе спать. Или — упаси нас Звездный Свет! — друг друга любить. Она просто твоя супруга.
— Да, — подтвердил Юрген и стиснул пальцы в кулак. — Просто моя супруга.
Эрика поймала его запястье, заставила расцепить пальцы и опустила ладонь себе на бок, так чтобы Юргену пришлось обнять ее за талию.
— Тепло?
— Тепло.
— Расслабляет немножко? — Эрика поводила пальцами Юргена вдоль ткани, а потом ловко засунула их себе под одежду.
Юрген подобрался, усаживаясь поудобнее.
— Ну, если только чуть-чуть.
Эрика наклонилась к нему и, поймав губы Юргена, неторопливо, но смачно поцеловала.