Синий чулок особого назначения

Я обессилено плюхнулась на краешек постели, заботливо укрывая подругу одеялом. Но вопросительные взгляды Коры и Минди требовали объяснений:
— У Ядвиги случился приступ. Меня разбудит призрак графа, я попросила его привести господина Эриуса. Сейчас всё в порядке, Ядвига спит.
Минди трясущимся пальцем показала на кровавые разводы на моей сорочке:
— А это что?
— Это моя кровь. Нечаянно порезалась.
Ну не объяснять же, в самом деле, что случилось? Если Ядвига захочет, сама все расскажет. Я и так влезла в её проблемы дальше некуда. Вдруг её несостоявшийся оборот — это моих рук дело? А точнее, моей магии?
Через некоторое время вернулся Эриус. В домашнем костюме, наспех причесанный, со своим целительским чемоданчиком в руке.
— Дамы, я попрошу вас разойтись по своим комнатам. Роберта, приведи себя в порядок и возвращайся. Твоя помощь будет кстати.
Я поспешила в купальню. Умылась, смыла с себя кровь, переоделась в домашнее платье и заколола волосы.
Пока я приводила себя в приличный вид, Эриус приготовил какую-то густую смесь ярко оранжевого цвета.
— Нужно этим красителем нанести защитные руны. Кровь выглядит неэстетично, а краситель хорошо держится на коже.
Ядвига то ли спала, то ли впала в какое-то бессознательное состояние. Но Эриус, осмотрев её, пришёл к выводу, что она просто физически истощена. Словно борьба с монстром, который пытался вырваться на свободу, вычерпала все силы.
Я смыла символ на груди, начертанный кровью, и тут же воссоздала его уже оранжевой смесью. Она быстро засыхала, и оттереть её получалось с трудом. Так и перерисовала все символы на теле Ядвиги. Какое-то время ей придётся скрывать запястья с начертанными на них рунами.
— Теобальд, это я виновата. Сегодня во время сеанса я заметила странную пульсацию в оставшихся нитях. Я должна была что-то сделать, но так устала, что просто отмахнулась.
Эриус ответил мрачным взглядом:
— И что бы ты сделала? Я предполагаю, что тело Ядвиги уже готовилось к обороту, а ты, начав уничтожать нити, просто подстегнула процесс. Остатки наследственности поспешили проявиться, пока их не уничтожили полностью. Так что мы на верном пути. И пока нити не уничтожены полностью, госпоже Намзини придётся ходить с рунами.
 
Целитель просидел с Ядвигой до утра, отправив меня спать. Утром я сменила его. Ядвига просыпалась, пила оставленные Эриусом микстуры и снова засыпала. Ничего необычного больше не проявлялось, никаких рыков и удлинившихся ногтей. Но ночная встряска и на мне сказалась не лучшим образом. Я чувствовала, что при всем желании не смогу провести сегодня сеанс. После завтрака появилась Минди и сменила меня возле постели Ядвиги. Коменданту мы решили пока ничего не говорить. Он помочь тоже не в состоянии, а лишней суеты и паники нам тут не нужно.
Раз уж сеанс откладывается, нужно заняться другими делами, которые давно ждут своей очереди. Все ингредиенты для зелья у меня есть. Перечитав ещё раз рецепт, я принялась за подготовку компонентов. Что-то нужно было растереть в порошок, что-то настоять, что-то прокипятить и процедить. Вот этим я и занялась, потеснив Кору на кухне. А заодно слушала Дейзи, которая делилась свежей порцией сплетен.
— Господин без памяти вчера как помылся да побрился, да переоделся в свою настоящую одежду, а не в робу тюремную, таким красавцем стал! А вечером у него беседа была с господином комендантом! Уж о чем они там говорили, не знаю, но вид у коменданта был после этого разговора важный и деловой.
— А память к нему не вернулась? — осторожно спросила я.
— По всему видать, что нет. Он вчера всё по замку ходил, всё приглядывался к чему-то, принюхивался. А Кевин сказал, что теперь к господину без памяти следует обращаться господин Неизвестный. Настоящее имя господина без памяти держат в секрете даже от него самого. Вот как!
— Серьёзный видать господин-то, раз память стерли, — поделилась своим мнением Кора.
После обеда к Ядвиге снова пришёл Эриус, а я вышла на пустырь, подышать свежим воздухом и взбодриться морозной погодой.
Как ещё утром заметила Минди, наступили холода. Под ногами похрустывала промерзшая земля, и я боялась, что моей метелке очень плохо. А я даже подпитать её не в силах. Пройдя несколько метров, я невольно замедлила шаг. Возле моей метелки стоял мужчина, закутанный в знакомый мне плащ, подбитый мехом. Паул. Видно было, что он с интересом и удивлением рассматривает моё чудо-дерево. Когда я чуть приблизилась, он повернулся в мою сторону и обратил все внимание на меня.
От его взгляда меня бросило сначала в жар, потом в холод. Захотелось развернуться и убежать, но потом голос разума напомнил, что мне вообще-то уже не пятнадцать лет для таких выходок, и мы, если что, с Паулом и потанцевать успели и весьма содержательно побеседовать. И неважно, что это был во сне, главное, что было.
На слабеющих ногах я всё-таки подошла и остановилась по другую сторону от метелки. И что со мной такое? Не замечала раньше за собой подобного смятения. Даже рядом с Альбертом таких приступов смущения никогда не случалось.
— Добрый день, Роберта. Невероятно рад видеть вас. Не подскажите, что это за странное дерево?
— Добрый день, Паул. Это метелка, которую я посадила на пустыре, чтобы проверить, насколько достоверны слухи о том, что здесь ничего не растет вот уже много лет. Как видите, моя магия противостоит силе проклятия.
— Ничуть в этом не сомневаюсь. Так это здесь расползается та жуть, о которой вы мне рассказывали?
— Да, именно здесь. А вы не удовлетворите моё любопытство и не расскажете, как вам удалось вырваться из тюремной камеры?
Я пристально посмотрела на Паула, пытаясь делать вид, что меня ничуть не смущает его присутствие. Но всё-таки отвела взгляд и стала чересчур внимательно рассматривать распустившиеся бутоны метелки.
— Коменданту замка было направлено письмо его величества короля Августа, в котором содержался приказ о моём освобождении. Но так как во дворец мне ещё рано возвращаться, я решил задержаться здесь. На неопределенное время.
— А как… принцесса Оливия? Вы предупредили её о грозящей опасности? — я постаралась придать голосу небрежности, но получилось как-то неубедительно.
Рука Паула коснулась моих пальцев, когда я потянулась к одному из бутонов. Мы будто одновременно коснулись цветка, и бутон тут же раскрылся шире, обнажая бархатную сердцевину.
— Ого. Она реагирует на вашу магию.
Я не ответила. Хотела убрать руку, но Паул осторожно перехватил её и задержал, не отпуская.
— Принцесса Оливия достаточно сообразительная девушка. Она проявит осторожность и благоразумие.
— И всё же, что именно ей угрожает? — я продолжала задавать вопросы, которые на самом деле не так уж и волновали меня. Но мне казалось важным скрыть и смущение и охватившее меня волнение. Продолжая держать за руку, и не сводя с меня взгляд синих глаз, Паул спросил: