Синий чулок особого назначения

Сразу после обеда Ядвига ушла в свою комнату, сославшись на самочувствие. Я не решилась просить у неё ключ от библиотеки. В конце концов, подожду до завтра. Но мыслями всё возвращалась то к своей нестандартной магии, то к тем книгам на заветном стеллаже, до которых у меня ещё не дошли руки. Впрочем и относительно просмотренных возникали сомнения. Продираться через старинную вязь было непросто. Вдруг, я что-то упустила? А теперь эти книги могли не просто расширить мой кругозор, но и спасти жизнь.
Чтобы не слоняться без дела и окончательно не сойти с ума, спустилась на первый этаж и свернула в коридор, ведущий к покоям благочестивой Ларинель. Я не была уверена, что призрак графа Форвейн будет меня слушать. И что он подаст дельную мысль, тоже. Но мне было необходимо с кем-то поделиться. С кем-то, кто хоть немного разбирается в магии. А, судя по тому, какую шикарную коллекцию магических книг собрал род Форвейн, в магии этот представитель семейства должен разбираться.
Перед замурованной дверью я негромко кашлянула, привлекая внимание, и позвала:
— Граф Форвейн. Можно вас побеспокоить?
Высунувшаяся голова сварливо ответила:
— Можно подумать, если я отвечу отказом, ты уйдешь. Что опять у тебя приключилось, шальная твоя головушка?
— Вы верно заметили, господин призрак. Приключилось. Скажите, пожалуйста, среди тех книг, которые сохранились со времен Форвейн, есть что-нибудь о нестандартной магии? Я боюсь, что могу пропустить важную информацию. Не все книги написаны разборчиво.
Призрак вылетел из стены целиком и, сложив руки на груди, завис напротив меня.
— Какая ещё нестандартная магия? Ты где таких глупостей поднабралась?
— Что значит, какая? Нестандартная магия. Ну, например, как у меня.
Призрак облетел вокруг меня и озадаченно спросил:
— А что с тобой не так? Фигурка, конечно, подкачала, я попышнее люблю. Но, в общем и целом, не дурнушка. Ничего нестандартного не вижу.
Я вздохнула: он издевается или действительно не понимает?
— Граф Форвейн, я вас о магии спрашиваю, а не о моих внешних данных.
Призрак разозлился:
— А вот нечего всякую ерунду спрашивать! Нет такой магии, понятно? Выдумала тоже, нестандартная!
— Погодите, не злитесь. Может, в ваше время она просто иначе называлась? Ну, вот как с Забытыми? Мы их Забытыми называем, а в ваше время их тёмными магами величали. Может и тут также?
Призрак сменил гнев на милость.
— Возможно. Ну и что у вас тут за нестандартная магия завелась? В чем она проявляется?
— Обычно, при этой магии проявляются способности присущие разным видам силы. И такую магию невозможно отнести к какому-то конкретному виду. Ну, вот у меня, например, если верить целителю Эриусу, в наличии магия жизни и боевая магия. Но ни той ни другой я не владею в полной мере.
— Брехня! Соединись в тебе две этих силы, и тебя разнесло бы на кусочки.
— Вот именно так и сказал господин Эриус. Но магия жизни блокирует мою боевую составляющую, и поэтому я ещё жива.
Призрак был озадачен. Он снова облетел вокруг меня, словно присматриваясь. И потом покачал головой:
— Жаль тебя, конечно. Но о таком в наше время я не слышал. Чтобы разные потоки в неполную силу, да ещё взаимоисключающие… Может, ты просто что-то не то съела и у тебя заворот кишок? А целитель невнимательно смотрел?
Я обиженно вздохнула:
— Вам бы всё шутить, граф. А я так надеялась, что найду ответ в вашей коллекции книг.
— Такого в моей коллекции точно нет. В моё время такого извращения не было.
— А ваше время, это, какое? Сколько лет вы… хм… призрак?
— Много, — раздосадовано буркнул граф, — Гораздо больше, чем хотелось бы. То есть, я вообще не собирался становиться призраком и не хотел этого. Но ради искупления вины согласился с таким… существованием. Но я не думал, что оно затянется на пару столетий и даже сверх того.
— Может, расскажете? — наглость с моей стороны, конечно, но любопытно же.
Призрак возмущенно фыркнул:
— Ещё чего! Моя жизнь — это трагедия! Чтобы я доверился какой-то нечестивице!
И исчез в стене. Поговорили, называется. Я была в растерянности. Что делать, где искать ответы на вопросы о моей магии, да и существуют ли эти ответы? Но слова графа Форвейн о том, что в его время такой напасти не было, всё-таки засели в голове. Ведь если подумать логически, просто так ничего из ниоткуда не появляется. Если изначально нестандартной магии не существовало, то почему она появилась потом? Что послужило толчком?
Призрак сказал, что он существует в таком облике больше двух столетий. А Ядвига упоминала, что замок Форфейпак стал королевской тюрьмой примерно двести лет назад. Получается, что призрак мог быть последним или предпоследним владельцем замка? И ещё что-то об искуплении вины. Думаю, Ядвиге это будет интересно. А вот меня больше интересует, что такого произошло двести лет назад, ну или немного раньше, что привело к появлению нестандартной магии? Из курса истории я что-то не припомню никаких знаковых событий в то время. Триста лет назад началось противостояние Забытых с другими магами, и следующее столетие вся история крутилась вокруг этой темы. В общем, если что-то и произошло, то в общем курсе истории об этом не упоминалось.
 
* * *
Ядвига не вышла к ужину. Кора отнесла поднос с тарелками в комнату дочери коменданта и на мой вопрос шепотом пояснила:
— У Ядвиги очень болезненно проходит женское недомогание. Ничего, завтра ей будет гораздо лучше. Мы с Минди уже привыкли.
Перед сном я всё-таки решила проведать подругу, спросить, не нужно ли ей чего. Ядвига выглядела бледней обычного, но в целом и общем на умирающую не походила. Я присела на край её постели и поинтересовалась самочувствием подруги. Меня заверили, что всё в порядке и волноваться не о чем.
— А почему не обратишься к целителю? Господин Эриус дал бы тебе какой-нибудь обезболивающий порошок.
Щеки Ядвиги порозовели:
— Ты что? Обращаться к мужчине с такой проблемой?
— Ядвига, Эриус в первую очередь целитель. А здесь, в глуши, нужно довольствоваться тем, что есть. В замке когда-нибудь была целитель женщина?
Ядвига кивнула:
— Да, когда мы только сюда приехали, так и было. Но потом она вышла замуж и вернулась в Чумыр. Да и зачем беспокоить господина Эриуса на ночь глядя? Завтра утром уже все пройдет.
И на этих словах лицо Ядвиги страдальчески сморщилось. Ага, пройдет к утру. А всю ночь вот так вот мучиться? Да я и сама не усну, зная, что Ядвига страдает…
— Давай, я всё-таки схожу за Эриусом? Он снимет боль, и ты уснешь. Ничего постыдного нет в обращении к целителю мужчине.